Эдвин Табб – Майенн (страница 15)

— Я должен поговорить с ним, — медленно произнес Горлик, — и я полагаю, что вы изберете меня своим представителем для переговоров. Среди вас только я обладаю необходимыми навыками для этого. Машина должна апеллировать к логическому мышлению, а я посвятил долгие годы изучению ментальных дисциплин.

Карн спросил его:

— Почему вы называете его машиной?

— А чем иным он может быть? Ни одна органическая субстанция не смогла бы жить столько лет. Ни одно живое существо не может достигнуть в развитии таких огромных размеров.

— Но он сказал, что ему скучно, — сказал Дарока, — а разве машина может чувствовать подобные эмоции?

— Для поддержания нормальной функциональной активности мозгу требуется постоянный приток свежей информации, — ответил Горлик, — и для меня совершенно очевиден тот факт, что Тормайл не порождение органической жизни. Это — машина; возможно, самосовершенствующийся, сложный механизм.

— Не следует делать столь скоропалительных выводов. — Сак Кволиш посмотрел на свои руки: они огрубели за последние дни, работы было слишком много. — Это существо прибыло сюда совершенно из другой области Вселенной, а мы не знаем, какие формы жизни могут существовать в других Галактиках. Нам известно лишь одно: Тормайл скучает и хочет поэкспериментировать над нами для своеобразной мозговой и интеллектуальной стимуляции. Что вы можете предложить ему в этом плане?

— Мне известно много способов.

Сак пожал плечами: — Я бы не сказал этого о себе, — он взглянул на брата, — а что думаешь ты, Тек?

— Я тоже не смогу. Мои размышления и выводы похожи на те, что сделал Харг. Мы словно подопытные букашки под микроскопом гигантского и всемогущего исследователя. Или как провинившиеся дети на ковре перед грозным родителем в ожидании неизбежного наказания.

Карн произнес:

— Существо не говорило ничего об интеллектуальной стимуляции, уточнив лишь то, что оно скучает. Оно надеется на то, что мы внесем разнообразие в мир его ощущений, но не уточняло, каким образом.

— Но это и есть не что иное, как ментальная стимуляция, — пожал плечами Горлик. — Так вы согласны поручить переговоры мне?

Чом проговорил, усмехнувшись:

— Не торопитесь так явно, друг мой. Парламентер, которого мы изберем, будет, безусловно, иметь определенные преимущества перед остальными, но этот человек должен обладать дьявольским умом и интуицией, чтобы суметь извлечь из переговоров максимум полезного не только для себя, но, прежде всего, для всех нас. И поэтому, мне кажется, спикером должен быть я — у меня профессиональная подготовка для ведения бесед на разные неожиданные темы, а уж насчет того, чтобы упустить шанс или выгоду — можете быть спокойны!

— Тормайл не опустится до разговора с грязным дельцом и лжецом вроде вас, — произнес Горлик холодно.

— Какого черта вы оскорбляете меня!

— Это реальность, которую подтверждают все ваши поступки. Может, мне привести факты?

— Замолчите оба! — сказал Харг.

— Но наши шансы зависят от правильного выбора, и я настаиваю на том, чтобы послали меня.

— Настаивайте, сколько хотите, — вмешалась в перебранку Мари. Она, как и Харг, прекрасно знала, что в данной обстановке, когда нервы напряжены до предела, любая вспыхнувшая ссора грозит перерасти в гораздо большее. — Пусть нашим представителем будет кто угодно, лишь бы это помогло нам выбраться отсюда. Я даю твердое обещание, что этот умелец получит свободный вход в любой из моих домов.

— Не бросайтесь тем, что вам не принадлежит, — прошипел Чом, — мне не хочется доверять свою жизнь подобному проходимцу. Эрл, что скажешь?

— Решайте это без меня, — ответил Эрл.

— Карн, а вы? Окончательное решение всегда за капитаном.

— Оставьте этот спор и лучше займитесь картами. Это отвлечет ваши головы и лишит возможности вцепиться друг другу в горло.

— Прекрасная идея. — Харг улыбнулся. — Я — полностью «за»!

— Постойте. — Дарока, как обычно, говорил мягко. — Горлик прав в одном: наш спикер должен быть лучшим из нас. Наши жизни могут зависеть от того, насколько правильно он оценит возникшую ситуацию. При всем моем уважении к остальным, я полагаю, что нас должен представлять либо капитан, либо Дюмарест. Впрочем, я не совсем точен: капитан должен оставаться на корабле. Эрл, что вы скажете?

— Прекрасный выбор, — одобрила Мари, — не так ли, Харг?

Игрок кивнул, а Горлик спросил: — Почему мы обязаны выбирать из этих двоих?

— Они оба — офицеры, — ответил Дарока, глядя ему в глаза и мягко улыбаясь, — единственные, оставшиеся среди нас. Вполне возможно, что Тормайлу придет в голову иметь дело с официальными представителями. Я не настаиваю, но мой выбор — Дюмарест.

Лолис поддержала его:

— И мой тоже. Эрл, дорогой, вы согласны?

— Я подумаю.

— Обо всем?

Приглашение было слишком прозрачным, и Эрл заметил, как криво усмехнулась Мари и сжались губы Майенн. У него не было желания быть осторожным. Лолис была глупа, она рассердила его своей назойливостью.

— Госпожа, вы зря теряете время.

— Но почему, Эрл? Если тебе так нравится Дженка, то почему не могу понравиться я? Неужели я настолько уродлива?

Они все очень устали. И жесткий отпор с его стороны мог стать неоправданной жестокостью, и он сказал, стараясь быть мягким:

— Вы очень красивы, Лолис, и знаете это. Но вам еще столькому надо научиться!

Эрл повернулся к Карну:

— Капитан, нам надо продолжить наблюдение.

Ландшафт вокруг корабля менялся. Потеплело; над долиной висела дымка тумана. В небе светила одинокая звезда, словно глаз наблюдателя.

— Атмосфера, — произнес Карн, глядя на приборы, — но когда мы приземлились, здесь был вакуум. — Он снова провел измерения, — и давление скоро приблизится к норме. Эрл, что ты думаешь?

— Он готовит нам место для высадки, — ответил Эрл, — привычные и подходящие для нас условия вне корабля. Наверняка он позаботится и о воде и о пище. Он все может.

— Как Господь Бог, — пробормотал Карн, — создает подвластный ему мир…

Глава 7

То, что открывалось взору, казалось призрачным, нереальным; это был мир грез и фантазий, напоминающий библейский рай.

Дюмарест стоял у открытой двери корабля и вдыхал полной грудью теплый воздух, насыщенный ароматами цветущих растений. Долина, лежавшая перед ним, за одну ночь превратилась в сказочное царство цветов, источавших тонкие, сладкие запахи, деревьев, радовавших глаз густой и сочной зеленью, зарослей кустарника, разнообразных трав — все поражало глаз, дразнило обоняние, вызывало восхищение и удивление. Где-то на краю долины, за возвышавшимися скалами, вставало солнце: золотистое, теплое и ласковое.

— Как здесь красиво! — Майенн смотрела вокруг, улыбаясь, радуясь и удивляясь одновременно, — о таком мире я всегда грезила, мечтала! Если бы я могла жить здесь, с тобой, Эрл, любимый! Мне ничего больше не было бы нужно.

— Что ж, — хладнокровно констатировал Карн, — сработано вполне добротно.

Добротно, умело и очень быстро, на основе информации, извлеченной из их подсознания, решил Дюмарест. Он наблюдал за своими спутниками, которые восхищенно взирали на открывшееся царство изобилия.

— Сказочно, просто прекрасно. — Дарока изумленно смотрел вокруг. — Это что-то из области фантазий и вымыслов далекого детства!

Мари засмеялась, искренне и не стесняясь, когда неожиданно рядом с ней коробочка спор гигантского папоротника вдруг лопнула, выбросив в воздух ароматное облачко золотистых семян.

Сак Кволиш протянул руку и сорвал с дерева сочный розовато-желтый плод:

— Попробуй это, Тек. Это что-то поистине восхитительное, — и, видя колебания брата, добавил, — и не беспокойся понапрасну. Если бы Тормайл собирался уничтожить нас, он не стал бы размениваться на такую мелочь, как отравленные фрукты. Пойдемте осмотрим все вокруг, и давайте не волноваться!

Карн, глядя на разбредающихся спутников, сказал Эрлу:

— Мы должны остановить их, Эрл.

— Нет, мы не в силах сделать это. Сак прав: нам наверняка нечего опасаться со стороны зарослей, плодов и растений. — Дюмарест смотрел, как Майенн сорвала красивый цветок и поднесла его к лицу, наслаждаясь запахом.

Лолис танцевала на маленькой лужайке, залитой солнцем, радуясь окружающему, как ребенок:

— Это чудесно, — смеялась она, — когда я выйду замуж, обязательно буду жить во дворце, который будет окружен точно таким же раем! Любовь делает чудеса! Эрл, пойдем вдвоем и посмотрим все вокруг!

Она пожала плечами, видя его неподвижность:

— Ты не хочешь? Что ж, я полагаю, что Горлик окажется более внимательным!

— Подождите! — Карн чувствовал себя очень неуверенно, его терзали сомнения и чувство опасности. — Мы должны быть вместе. Если Тормайл захотел, чтобы мы покинули корабль — что ж, мы сделали это; но мы не имеем права расслабляться.

— Ты слишком беспокоишься, — засмеялась в ответ Лолис, — нам здесь нечего опасаться!

Если бы все обстояло именно так, думал Дюмарест. Он задумчиво смотрел на сорванный лист, лежавший на его ладони. Что это: реальность или плод воображения? Долина расцвела неожиданно, став для них убежищем, пристанищем, уютной гаванью. Но с другой стороны все это могло быть лишь результатом их фантазий, воплощением их надежд и мыслей. Просто мираж.