Эдвард Ли – Телевидение (страница 20)
- Это твоё имя? Мэл? Это как... Мэллори?
- Нет, - поправила она. - Мэлисон. Моя мать всегда называла меня Мэл, - ещё одно хихиканье, - сказала, что это означает "плохой" по-французски или по-итальянски, или что-то в этом роде.
- Что ж, Мэл, я рад официально познакомиться с тобой. Зови меня просто Фартинг, - Фартинг изо всех сил старался не смотреть на её грудь. - И это прозвучит странно, но я даже никогда не встречался с Элдредом и всего несколько раз разговаривал с ним по телефону, когда был ещё ребёнком. Тем не менее он счёл нужным сделать меня своим единственным наследником. Я не мог быть более благодарен за это. Моя жизнь полностью изменилась.
- Повезло тебе. Например, как выиграть в лотерею.
- Лотерею?
- Да, сорвать большой куш, знаешь ли. Думаю, это то, как вы, янки, называете это...
Фартинг задумался над сказанным.
- Да, я выиграл в лотерею, это круто. Это здорово. Но я здесь всего два дня, а начинаю обнаруживать... какие-то странности.
Она скрестила лодыжки на кофейном столике, это движение прижимало её голое бедро к его бедру. У него не было выбора, кроме как смотреть вниз на её обнажённые ноги. Это было затуманенное зрелище, в которое впивались его глаза.
"Чёрт возьми..."
Неделю назад мысль о том, что он будет сидеть рядом с красивой обнажённой женщиной с разноцветными волосами, была... ну, за пределами любого варианта развития событий.
- Расскажи мне о странных вещах? - спросила она.
"С чего начать?"
- Ну, я слышал, что дядя Элдред состоял в каком-то клубе.
- Клуб? - она засмеялась. - Может быть, в клубе выпивки?
- Может быть, но я думаю, что это было больше похоже на клуб выпускников. Я слышал, что он учился в Кембридже давным-давно. Но что ещё более странно, люди в этом клубе в основном иностранцы и все они очень богаты. Это не имеет большого смысла. Зачем очень богатым людям тусоваться с парнем лет девяноста, который живёт в трейлере?
- Ты меня удивил, дорогой. Я впервые услышала об этом.
- И все они ездят на очень дорогих спортивных машинах - я имею в виду, очень-очень дорогих - и дело в том, что с тех пор, как я впервые ступил сюда, я видел много крутых дорогих автомобилей, которые как бы крутятся вокруг моего трейлера. Я имею в виду Rolls-Royce, Lamborghini, и тому подобное. Зачем людям, у которых есть всё в жизни, искать старика в трейлерном парке?
- Ну, Элдред был не из тех, кто хвастается, понимаешь? Но он был тоже очень богат. Я думаю, он просто жил здесь, чтобы быть незаметным.
"Но зачем?"
Фартинг наклонился и подчеркнул:
- Зачем быть незаметным? Зачем быть богатым, но не иметь даже машины или красивого дома?
Мэл напряжённо ему улыбнулась.
- Боже мой, тебе, конечно, любопытно, не так ли? Но зачем об этом беспокоиться? Теперь у тебя есть всё. На твоём месте я бы делала чёртовы стойки на руках на улице.
"Она права, - понял он. Возможно, Фартинг слишком много интересовался этим вопросом, потому что... - Потому что у меня больше ничего нет. Ничего особенного в моей жизни..."
- Хорошо, я понимаю твою точку зрения, но... Но есть ещё одна вещь. С тех пор, как я здесь, мне несколько раз звонили люди с иностранным акцентом. Сначала я подумал, что это представители разных компаний, но, как оказалось, они ничего не продавали. Всё, что они делали, это спрашивали меня о странных вещах, например, они спрашивали меня, видел ли я сны? Один из них сказал мне: "Обратите внимание на свои сны". И скажи мне теперь, что это не пиздец!
- Конечно, я не могу сказать тебе иначе, но тебе не из-за чего сходить с ума, не так ли? - она моргнула. - Но это забавно, я имею в виду сны. Почти каждый раз, когда я провожу здесь ночи, мне снились ужасные кошмары, ну, худшие вещи, которые я только могла себе представить. Я имею в виду, они были настолько плохи, что я даже не могу тебе рассказать.
Фартинг молча обдумывал её ответ. Наконец, здесь было что-то общее. Его собственные сны с тех пор, как он был здесь, были худшими в его жизни, самыми ужасными вещами.
Она снова улыбалась прямо ему; она сжала его бедро.
- Ты выглядишь так, будто увидел привидение.
Когда его оцепенение прошло, он обнаружил, что снова смотрит - но не нарочно - на её обнажённый лобок.
- Не привидение. Просто... мои собственные кошмары, раз уж ты упомянула об этом. На самом деле, мне даже снилось, что тот старый телевизор сзади был включен, и я смотрел его. Я имею в виду, это было так реалистично, что сначала я подумал, что это было на самом деле, что телевизор действительно был включен, и... и...
- Этот старый телик, говоришь? Он сказал мне, что он у него только потому, что это антиквариат. Он не работал. Но ты говоришь, что он был включен?
- Нет, я имел в виду, что мне приснилось, что он был включен - я имею в виду, так должно быть, потому что у него нет шнура питания.
- Что было на экране? - спросила она с возрастающим интересом.
- Худшее дерьмо, какое только можно вообразить, как я уже сказал. Убийства, пытки, - его желудок всколыхнулся. - Чёрт, это было тошнотворно. Я даже не знаю, как моё подсознание могло додуматься до таких вещей... или почему... - но тут он вспомнил последнее событие. - Ах да! Я встретил очень старую женщину, которая сказала, что её зовут Элоиза. Ты знаешь что-нибудь о ней? Элдред когда-нибудь упоминал о ней при тебе?
Мэл посмотрела прямо на него, сбитая с толку, и отрицательно покачала головой.
- Она сказала, что знает Элдреда десятилетиями, что они были друзьями, но она также намекала, что...
- Дай угадаю, дорогой. Она была проституткой?
- Ну да, но как будто это было очень давно.
Мэл кивнула, забавляясь.
- Не хотелось бы портить тебе представление об Элдреде, но он был знаменитостью. Практически любая знакомая, которая у него когда-либо была, была проституткой. Ему было неинтересно держаться за руки в парке и целоваться под луной. Он сразу приступал за дело.
- Да, да, я это уже понимаю, - торопливо продолжал Фартинг, - но эта женщина, эта Элоиза, она сказала, что бывали случаи, когда Элдред и его друзья покупали у неё её кровь.
Теперь Мэл сделала гримасу, выражающую веселье.
- И она сказала, что Элдред спал в гробу, верно?
- Я серьёзно! Она сказала, что эти люди платили ей за то, чтобы взять её кровь! - воскликнул Фартинг.
Теперь Мэл играла с ним.
- Она сказала, почему эти люди купили её кровь?
- Ну... к моей неудаче - нет. Но она сказала, что это было нужно Элдреду. Она сказала, что у Элдреда были особые таланты...
Мэл громко рассмеялась.
- У Элдреда был особый талант, да. Он был у него в штанах.
Фартинг ухмыльнулся.
- По словам Элоизы, Элдред показывал всем этим богатым людям какие-то вещи.
- Он показывал вещи богатым людям? Какие вещи?
- Я... я не знаю. Но я думаю, что это как-то связано с кровью. Слушай, я знаю, это звучит безумно, но... Подожди! Иди сюда, - а затем он схватил её за запястье, поднял и повёл в заднюю комнату.
Он включил тусклый верхний свет.
- А вот и он, - сказала Мэл всё так же довольно насмешливо, - пресловутый телик, который невозможно включить, потому что у него нет шнура питания.
Фартинг открыл боковой ящик.
"Посмотрим, что она скажет об этом", - а потом он вытащил один из пакетов для переливания крови, несколько капельниц и набор стерильных игл.
- Если ты мне не веришь, то как ты объяснишь всё это?
Внезапно она выглядела смущённой и подошла. Её обнажённое тело теперь было освещено сзади, как вырезанная фигура, её изгибы и линии были острыми как бритва. Изображение было настолько завораживающим, что Фартинг почти забыл, что делает...
Она взяла пакет для переливания крови и озадаченно уставилась на него.
- Что ж, насчёт этих вещей ты прав. Пакеты, иглы... За всё время, что я была здесь, и за всё время, что я провела с Элдредом, он ни разу не упомянул о проблемах со здоровьем или о необходимости переливания крови.
Фартинг подошёл ближе, пытаясь отвести взгляд от её тела. Вместо этого он впитывал яркие цвета её ещё влажных волос и нежного изгиба горла.
- Но это так и есть. По словам его адвоката, у него не было проблем со здоровьем, он не нуждался ни в диализе, ни в переливании крови, ни в чём-то подобном. Так что это просто возвращает нас к тому, что сказала Элоиза: что Элдреду нужна была кровь по какой-то причине, в которой участвовали все его богатые друзья. Она сказала, что у Элдреда был особый талант к чему-то.