Эдвард Ли – Чудовищное (страница 45)
До сих пор Клэр знала, что всё это значит. Воинское подразделение, Единый кодекс военной юстиции, Генеральный судья-адвокат. Это был список уголовных обвинений, отправленных высшим юридическим органом армии для официального внесения в судебную базу данных армии США. Это был список людей, которых армия намеревалась судить за преступления.
Остальное было фактическим алфавитным списком военнослужащих, подлежащих судебному преследованию. Примерно на трети листа ей в глаза бросилось одно имя:
"Боже мой, - только и смогла подумать Клэр. Но следующая мысль пронзила её: - Адам!"
Это не мог быть никто другой, кроме Адама, кто подсунул это в почтовый ящик Клэр.
"Господи Иисусе, я только что видела, как этот парень уезжал отсюда пятнадцать минут назад!"
Её неприязнь к Адаму вызвала её первую эмоциональную реакцию:
"Этот сукин сын подставляет Деллина, потому что знает, что я в него влюблена. Он пытается увести меня от Деллина к нему самому".
Но это была наименее практичная реакция, и она поняла это после ещё одного мгновения раздумий. Всё это означало нечто гораздо более важное.
Его мотивы не имеют значения. Адам был прав. У Деллина грязное прошлое.
"У нас есть что-то, что мутирует в местной фауне, вероятно, из-за токсичных химикатов, которые незаконно сбрасываются... и теперь я смотрю на официальный документ, обвиняющий Деллина в том же самом..."
Сразу же она впала в депрессию. Она поняла Деллина совершенно неправильно, и эта неоспоримая истина только что полностью разрушила её увлечение им. Конечно, она ничего не могла с этим поделать. Хранение самого документа представляло собой явное нарушение права Деллина на неприкосновенность частной жизни, и даже если бы полиция провела расследование под прикрытием, им было бы нечего предъявить в суде без подлинных доказательств.
"Меня даже могли бы обвинить за то, что у меня был этот документ, и только потому, что я знаю, что Адам был тем, кто принёс его сюда, у меня нет никаких доказательств этого. С моим СОБСТВЕННЫМ военным послужным списком?"
Клэр знала, что даже признание этой информации просто приведёт к увольнению с отличной работы и создаст для неё ещё больше проблем.
"Чёрт... Всякий раз, когда происходит что-то хорошее, за этим сразу же следует что-то, что всё испортит..."
- Клэр? Кажется, мне здесь исполняется сорок.
Она схватила свои вещи и выбежала. Она попыталась казаться равнодушной, но предполагала, что это будет заметно.
- Я готова. Извини.
- Отлично! - улыбка Джойс сияла. - Тебе понравится этот пляж!
Они вышли через чёрный ход, пошли по небольшой тропинке, которая шла через кусты пальметто и редеющие деревья, которые выстроились вдоль пляжа. Джойс практически бежала от своего энтузиазма; Клэр только хотела бы разделить его сейчас.
Конечно, она не могла рассказать об этом Джойс - она не могла рассказать никому. Она понятия не имела, как отреагирует, когда увидит Адама в следующий раз. Она могла только надеяться, что не увидит его.
- Возьми стул. Разве он не великолепен?
Несколько складных шезлонгов были сложены на краю пляжа. Джойс схватила один и шагнула вперёд неё.
Пляж был великолепен. Песок был идеально белым, а зеленовато-голубые волны прибоя безмятежно плескались прямо перед ней. Через залив шириной в милю она могла видеть первый выступ острова и высокое солнце, сияющее на воде. Это могло быть самым прекрасным видением в её жизни.
Но сейчас она едва узнавала его. Её влюблённость в Деллина была уничтожена. Трудно было вспомнить более глубокое разочарование.
"Я точно знаю, как выбирать парней, в которых не стоит влюбляться. Военный преступник..."
Но было и что-то ещё, неприятное беспокойство, которое, казалось, вгрызалось в неё, как укус насекомого, прямо в середину спины, такое, что невозможно было почесаться.
"Что-то в списке... может, аббревиатуры".
Её рассеянность была настолько полной, что она фактически поставила шезлонг не в ту сторону.
- Впервые на пляже? - сказала Джойс и начала смеяться. - Полагаю, ты действительно хочешь насладиться этим потрясающим видом на твой коттедж.
- Я сегодня настоящая дура, - ответила Клэр. - Я только что вспомнила, что забыла. Мой мозг, - она выпрямила стул, но её мысли всё ещё были в тумане.
"Да. Аббревиатуры. Была одна..."
Она вытянулась на шезлонге, глядя, но не видя на самом деле тихий прибой. Вот тогда она вспомнила аббревиатуру, которая её беспокоила. Прямо под именем Деллина в документе было указано место, где он служил. Внезапно она вспомнила, что именно там было написано:
Место службы: Форт-Дитрих, Мэриленд, (ОБО)
Аббревиатура в конце была той, которая её зацепила.
"ОБО, - подумала она в недоумении. - ОБО..."
Она знала, что уже слышала это раньше. Какой бы отдел или техническая специальность это ни была, она была уверена, что в ВВС тоже есть такая.
"Чёрт возьми! НЕНАВИЖУ так себя чувствовать! Это прямо на кончике моего языка!"
Но через несколько мгновений её раздражение превратилось в бледный шок - когда она наконец вспомнила, что означают эти три буквы.
"Отдел биологического оружия..."
Они будут злиться на него за то, что он находится здесь, когда это светлое время суток. Они не хотели, чтобы его видели обычные люди, поэтому он должен был оставаться внизу в трубе. Но иногда он всё равно выходил, потому что ему нравилось смотреть, как всё выглядит, когда на него падает свет.
Да, ему нравилось, как всё выглядит.
Ему нравилось просто сидеть здесь, вот так. Он сидел в кустах и смотрел наружу. Он знал, что скоро должен вернуться в трубу, но пока не хотел.
Прошлая ночь была захватывающей. Он наблюдал, как длинноволосый мужчина кувыркается и воет на берегу озера.
Твари в озере схватили его.
Было весело наблюдать, как он умирает.
Когда длинноволосый мужчина перестал двигаться и выть, он подошёл и поднял его, а затем бросил обратно в воду. Ему нравились твари в озере, и ему нравилось их кормить.
Длинноволосый мужчина подошёл к берегу; именно тогда он впервые его увидел. Он копался в песке на пляже, вытаскивая оттуда что-то и складывая в корзину. Он не знал, что это за вещи. Они были белёсыми и немного круглыми. Они были примерно такой же формы, как часть между его ног, которую мелкая худая грязная девчонка отобрала у него на днях, когда пыталась уплыть на лодке.
Когда она это сделала, ему было очень больно, но это не имело значения.
Та часть, которую она отняла, уже отрастала снова.
Позже мелкую тощую грязную девчонку увезли на грузовике с забавными хлопающими огнями. Он пожалел, что её увезли, потому что ему нравилось делать это с ней.
Они злились на него, потому что её увезли.
Ему не разрешалось убивать девушек, только мужчин. Он знал, что им нужно было поместить девушек в специальную комнату. Это всё, что он знал - что им нравилось помещать девушек в эту комнату.
Они также злились на него из-за вёдер.
Вещи в вёдрах.
Он должен был выливать вещи из вёдер в озеро, но пару раз он забывал.
Он ставил ведро на минуту, чтобы пописать, или словить змею на еду, а потом забывал о ведре.
Они кричали на него, когда он это делал.