Эдвард Ли – Адский город (страница 24)
- Вау. Это не булочка в духовке – это целая гребаная пекарня. Похоже, она вот-вот лопнет, - затем он просто сел обратно.
- Я вам не верю! - воскликнула Кэсси. - У бедняжки начались схватки! Разве вы не собираетесь ей помочь?
- Ух, как насчет... нет? - oтветил Ксек.
Еще один крик разорвал воздух.
- Ну и черт с ним! - возмутилась Кэсси. - Если ты ей не поможешь, я помогу!
Она вскочила и ворвалась в соседнее купе. Женщина с длинными волосами лежала на полу, раскинув руки, на ее лице застыла печать боли. Кэсси не знала, как ей помочь; она опустилась на колени, взяла женщину за руку и попыталась утешить ее.
- Не волнуйся, все будет хорошо, - выпалила она. - Сделай глубокий вдох. Попробуй толкнуть...
На заднем плане она услышала, как Ви сказала:
- Ксек, она не знает. Иди и приведи ее.
- Когда-нибудь она поймёт, - ответил Ксек. - Это самый лучший способ.
Тиш вошла в купе и похлопала Кэсси по плечу. Она выглядела грустной, жестом приглашая Кэсси вернуться.
- Я не могу просто бросить ее! - настаивала Кэсси.
Тиш быстро нацарапала что-то в блокноте и показала Кэсси. Записка гласила: "Ты ничем не можешь ей помочь".
- Но ей нужна помощь!
Тогда Тиш ушла прочь.
Еще один крик вырвался из горла женщины. Ее тяжелые груди вздрогнули, когда она закричала. Кэсси задрала поношенное платье и увидела, что влагалище уже расширилось.
Показалась головка ребенка.
- Толкай! Толкай! - взмолилась Кэсси.
Потом Кэсси тоже закричала.
Маленькая головка, появившаяся на свет, была не детской – по крайней мере, не человеческой. Она была серой и сплющенной, с шишками на лбу, похожими на предтечи рогов. Когда новорожденный рот открылся, Кэсси увидела, что он полон клыков. Кроваво-красные глаза смотрели прямо на нее.
Затем младенец начал выть.
Собственные крики Кэсси последовали за ней в их купе. Увидеть голову было более чем достаточно, когда все остальное выйдет наружу, она определенно не хотела быть там.
- Это был не ребенок, Кэсси, - сказала ей Ви.
- Люди не могут здесь размножаться; ничто человеческое не может родиться в Aду. То, что ты там увидела, было гибридом.
- Возможно, ее изнасиловала горгулья или городской чертенок.
- У этой твари нет души, - закончил Ксек, как будто это её должно было устроить.
Затем раздался визг, горячая вспышка детской потребности, но вскоре шквалы, казалось, сошли на нет, превратившись в брезгливый влажный щелкающий звук - как у животного, небрежно поедающего что-то.
- Сначала он высосет всю кровь из пуповины, - сообщила Ви, - а потом съест послед.
- А потом, - продолжил Ксек, - он начнет кормиться...
Кэсси рванулась, распахнула окно, и ее вырвало.
Ксек поднял бровь в сторону Ви.
- Похоже, это будет долгая поездка...
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. МЕФИСТОПОЛИС
Глава 7
Отвращение Кэсси переполняло ее, но, даже несмотря на это, она не могла подавить периодические взгляды в окно. Миновав пустоши, она вскоре увидела странные акры сельскохозяйственных угодий, где рабы выращивали вредные культуры, и ранчо, усеянные тем, что могло быть только скотобойнями, обрабатывающими рожденный Aдом скот, который лучше не описывать. Поезд грохотал только по одному мосту – высокому подвесному мосту, перекинутому через реку шириной в милю цвета тьмы.
- Стикс, - сказала ей Ви. - Он окружает город, - и затем Ксек очарованно добавил:
- Все городские стоки, отходы, мусор и нечистоты сливаются в него. Отходы – это наш самый большой ресурс, даже больше, чем сера.
От этих видений у Кэсси перехватило дыхание. Плавсредства самых разных размеров – от каноэ до барж – скользили по поверхности реки, покрытой дымящейся жижей. Рыбаки тащили сети, кишащие отвратительными тварями, которые позже попадут на рынок; крабовые ловушки были подняты на борт, но ракообразные существа, которые в них содержались, вряд ли можно было назвать крабами. Части тела, внутренности и различные человеческие и не очень человеческие органы плавали на поверхности невыразимой реки, и их тоже собирали с усердием.
Следующее зрелище потрясло Кэсси: клыкастая змея длиной не менее ста футов[25] безмятежно поднялась на поверхность и проглотила шлюпку целиком. Через несколько мгновений внутренности Кэсси сжались, когда она увидела еще одну змею, крадущуюся прямо под водой, только эта была по меньшей мере в тысячу футов[26] длиной.
- Она не очень хорошо держится, - заметила Ви.
Ксек согласился с ней.
- Ты можешь выйти в Погром-парке, это первая остановка на линии. Тебе не придется долго ждать следующего поезда. Он отвезет тебя обратно в депо, и ты сможешь вернуться домой.
- Вернуться домой одной? - возразила Кэсси.
- Тиш тебя отвезет. Но нам с Ви нужно попасть в город. Мы должны добыть еду. Мы уже давно ничего не ели.
- У меня дома полно еды, - выпалила Кэсси. - Я дам вам все, что вы захотите.
- Мы можем есть только ту пищу, которая есть в этом мире, Кэсси, - объяснила Ви.
- О, Господи, да! Мне нужно вернуться!
Это соображение перевернулось в ее голове.
- Я не хочу возвращаться, - наконец набралась она храбрости и сказала им. - Я хочу поехать в город.
- Хорошая девочка, - сказал Ксек. - И знаешь что? У меня есть отличная идея.
Кэсси не успела спросить, что это за идея такая, как услышала голос кондуктора:
- Приближаемся к городской черте. Первая остановка Погром-парк, в нескольких минутах ходьбы от Геттоблока Дж. П. Кеннеди, Мемориала Батима[27] и нашей собственной красивой Hабережной. Едем до центра города, проспекта Панзузу[28], Атанор-Хилла[29], и нового Баалцефон[30]–Моллa для всех ваших потребностей.
- Нам туда, - сказал Ксек.
Кэсси сжала руку Тиш, заставляя себя смотреть. Теперь они быстро приближались к Мефистополису, самой северной окраине города: вдоль бесконечной прямой линии тянулись дымящиеся небоскребы. Между зданиями Кэсси увидела городской лабиринт, который с таким же успехом мог существовать до бесконечности.
Когда поезд, пыхтя, остановился, Кэсси опустила голову, выходя из вагона; она не осмелилась заглянуть в купе напротив них, где только что родила женщина.
Достаточно было услышать сосущие звуки оттуда.
- Ах, как я люблю этот чудесный свежий воздух, - сказал Ксек, когда они сошли с поезда.
- Честно говоря, - прокомментировала Ви, - я действительно думаю, что Нью-Арк был хуже.
Воздух и в самом деле был зловонным. Кэсси могла поклясться, что почувствовала сажу, впитавшуюся в ее пот и прилипшую к внутренней стороне ноздрей. Тем не менее, несмотря на плотное алое небо, пейзаж, как только они вышли из поезда, оказался ничем не примечательным – или, по крайней мере, не таким ужасным, как она ожидала. Когда они сошли с платформы, она увидела что-то вроде общественной площади. Здесь были парковые скамейки, деревья, открытые участки травы и разветвляющиеся тротуары. В центре площади стояла большая статуя, окруженная фонтаном. Вокруг толпились пешеходы.
Другими словами, эта площадь казалась нормальной для любого большого города. Но потом Кэсси осмотрелась внимательнее.
Деревья были искривлены, деформированы; какое-то лицо, казалось, отпечаталось в ядовитой коре. Вся трава, как и листва на деревьях, были не ожидаемо зеленого цвета, а болезненно-желтого. Многие из пешеходов, слоняющихся вокруг, демонстрировали множество уродств, истощение, свидетельства неисчислимой нищеты; а некоторые даже не были людьми. Одни были троллями, другие – демонами или причудливыми гибридами. "Нормальный" фонтан хлестал кровью, а статуя, стоящая над ним, была копией Иосифа Сталина.
Когда Кэсси посмотрела вниз, она увидела "нормальный" тротуар, бетон которого был усеян осколками костей и зубов.