Эдвард Хох – Секретный архив Шерлока Холмса (страница 30)
— Он заметил нас, — сказал Шон Мориарти.
— Обойдите здание сзади, Ватсон, а мы с Мориарти разделимся и будем контролировать выходы.
Я кивнул и стал красться за рядом безмолвных мраморных колонн, высматривая нашу добычу. Каменный пол и гладкие стены, резонируя, затрудняли бесшумное передвижение, но я шел на цыпочках, стараясь двигаться как можно тише. Остановившись, я напряг слух, пытаясь уловить эхо других шагов, но услышал лишь собственное дыхание.
Внезапно я увидел, как за одной из колонн что-то шевельнулось. Я застыл, затаив дыхание, потом медленно двинулся вперед.
— Должен вас поздравить, доктор Ватсон. Не знаю, как вам удалось бежать, но теперь вы умрете смертью за свободу Ирландии.
Повернувшись, я увидел О'Мэлли с револьвером, направленным мне в грудь. Под мышкой он держал зловещего вида пакет в коричневой бумаге.
— Не делайте этого, О'Мэлли! Подумайте о жертвах!
— Мы все время только о них и думаем, — отозвался он, прищурив темные глаза. — Ведь мы потеряли нашу родину, Ирландию, благодаря британскому правлению.
— Но это ничего не решит! — в отчаянии воскликнул я. — Вы только убьете невинных людей!
О'Мэлли пожал плечами.
— Вы знаете, сколько народу погибло во время картофельного голода из-за алчности и равнодушия британских землевладельцев? В Библии сказано: око за око…
— И зуб за зуб.
Обернувшись, О'Мэлли увидел Холмса, бледного, как привидение. Я тотчас же бросился к ирландцу и сбил его с ног, пытаясь отобрать оружие. Мы сцепились, но в этот момент грянул выстрел. О'Мэлли посмотрел мне прямо в глаза, затем его тело обмякло.
— Ватсон, с вами все в порядке? — крикнул Холмс, опускаясь на пол рядом с нами.
— Да, благодарю вас, — ответил я, тайком радуясь звучавшему в его голосе волнению. Холмс отнюдь не был склонен к проявлению эмоций, и мне польстило, что он так тревожится за меня.
— Слава Богу! — Облегченно вздохнув, Холмс поднял с пола коричневый пакет. Открыв его, мы обнаружили, что часовой механизм еще не приведен в действие. — Думаю, нам следует отнести это в Скотланд-Ярд, — сказал Холмс, когда к нам подошел Шон Мориарти.
Шум борьбы и выстрел уже привлек внимание полисменов, и я убедил Холмса поручить бомбу их заботам и вернуться со мной на Бейкер-стрит.
Оказавшись наконец в безопасности в нашей гостиной, я смог как следует рассмотреть Шона Мориарти. У него был такой же высокий куполообразный лоб и такие же тонкие губы, как у его брата, но в складке рта отсутствовало жесткое выражение, и черные глаза были гораздо мягче. За чаем, который подала нам миссис Хадсон, он покачал головой, вызвав у меня в памяти странный, напоминающий рептилию жест, присущий Джеймсу Мориарти.
— Должно быть, мой брат испытывал всю горечь унижения, обратившись к вам за помощью.
По настоянию Шона, Холмс и я наконец перестали отрицать участие Джеймса Мориарти.
Я хотел спросить у него, каким образом он и его брат оказались на противоположных позициях нравственного спектра, но ограничился вопросом к Холмсу, который после долгих протестов согласился лечь на диван, позволив мне дать ему морфий и перевязать ребра.
— Как вы узнали, что они отведут нас к Шону, если мы станем их пленниками?
Холмс изумленно уставился на меня, а потом расхохотался, но тут же скорчился от боли и схватился за бок.
— Господи, Ватсон, вы в самом деле думаете, что я заранее спланировал нашу поимку?
— А разве это не так? — осведомился Шон Мориарти.
— Конечно нет! Я просто хотел проникнуть на их собрание. Все, что произошло затем, явилось для меня полной неожиданностью.
— Но откуда вы знали, что за окном находится Татхилл?
— Я этого не знал, но, как вы помните, я раньше послал ему записку с просьбой следовать за нами. Он иногда подрабатывает помощником торговца рыбой и, как видите, проделал отличную работу, обнаружив нас. — Холмс улыбнулся. — Я предпочел бы, Ватсон, чтобы вы не записывали эту историю. Я был нанят профессором Мориарти, едва не допустил взрыв собора Святого Павла и был спасен священником и мальчишкой. По-моему, это дело не отнесешь к числу успешных.
— Читателям может понравиться, Холмс, что вы всего лишь человек.
Он посмотрел на оконные занавески, сквозь которые проникал бледный ноябрьский рассвет.
— Едва ли, Ватсон. Если бы они знали, что я всего лишь человек, то зачем им читать обо мне?
Пощадите мою скромность, Ватсон!
Крейг Шоу Гарднер
ПРОИСШЕСТВИЕ С МНИМОЙ ГРАФИНЕЙ
— Полагаю, вы доктор Ватсон?
Я оторвался от изучения сегодняшнего «Таймса», слегка удивленный этим вторжением. Передо мной стояла высокая женщина средних лет, одетая по моде, которой придерживались аристократки. Подведенные губы и румяна на щеках подчеркивали бледность угловатого лица, придавая ему суровое выражение. Тем не менее она была по-своему красива. Но что ей понадобилось в нашей гостиной на Бейкер-стрит? Почему миссис Хадсон не доложила о ее приходе?
— Я баронесса фон Штуппель, — продолжала она, не получив ответа. Судя по властному взгляду, эта женщина привыкла добиваться своего.
— Прошу прощения за мою невежливость, — сказал я, быстро поднимаясь со стула. — Мистер Холмс знает о вашем приходе?
Она кивнула.
— Я уверена, что мистер Холмс осведомлен о каждом моем шаге.
Итак, баронесса и сыщик уже были знакомы. Тем не менее меня интересовало, почему Холмс не предупредил, что ожидает ее. Я почувствовал смутную тревогу: уж не случилось ли чего с моим другом?
— Возможно, я могу что-нибудь сделать для вас до возвращения мистера Холмса. — Я указал на стул напротив моего. — Пожалуйста, садитесь.
Она села с присущей светской даме грацией и вынула из большой, замысловато украшенной сумки веер с восточным рисунком. Несколько секунд она обмахивалась им, очевидно, утомленная затянувшейся летней жарой, потом посмотрела на меня, прикрывая лицо веером.
— Не сомневаюсь, что могу доверять вам, доктор, ибо вы, безусловно, джентльмен. — Она опустила взгляд. — Надеюсь, я не позволила себе лишнего?
Что-то в ее безупречном поведении сбивало меня с толку. Мне очень хотелось, чтобы здесь оказался Холмс, но я рассчитывал, что моя наблюдательность меня не подведет.
— Простите, баронесса, — заговорил я, с трудом подбирая слова, — но в ваших манерах есть что-то необычное. Вы как будто стараетесь держаться на расстоянии, словно вам есть что скрывать.
— Есть что скрывать? Что вы имеете в виду, доктор? — Несмотря на удивленный тон, она не убирала от лица веер.
— Возможно, всему виной ваши нервы, — быстро добавил я, чувствуя, что в посетительнице есть нечто, пока ускользающее от меня, что-то, что нам еще предстоит определить. — Если вы хотите, чтобы мы вам помогли, то должны довериться нам полностью. Коль скоро вы знакомы с мистером Холмсом, то, несомненно, понимаете, что иного пути нет.
Баронесса разразилась явно не аристократическим хохотом.
— Вы отлично усвоили мои методы, Ватсон! — сказала она, отсмеявшись, хорошо знакомым мне голосом.
Мне не следовало удивляться очередному трюку Холмса. В конце концов, он неоднократно проделывал подобное. Тем не менее должен признать, что я был немного раздосадован.
— Холмс, — начал я, — почему вы постоянно… Сыщик ответил, не дав мне окончить фразу:
— Как врач вы должны быть наблюдательным. Если мой маскарад мог обмануть вас хотя бы на несколько минут, значит, я могу появляться в нем и в других местах.
— В других местах? Вы имеете в виду…
Холмс снял дамскую шляпу и парик.
— Да, мы должны снова посетить некое посольство.
— В таком виде? — забеспокоился я. — Простите, Холмс, но вы уверены, что это лучший способ…
— После того, что произошло вчера утром? — Он махнул рукой, утопавшей в кружевах. — Это единственный способ, Ватсон.