Эдуард Веркин – Советы по выживанию в школе (страница 3)

Это когда «ненавижу Мотылева».

В восьмидесятых годах правительства многих стран озаботились установлением контактов с инопланетным разумом. Во многих странах на установление этого контакта до сих пор выделяются серьезные средства, целые лаборатории задействованы. Однако порой бывает, что завязать отношения с Колей Тупиковым, окопавшимся на последней парте, гораздо сложнее, чем прослушать очередную альфу кентавра в рамках программы SETI[2].

Именно проблема КОНТАКТА, а не вопросы взаимоотношений с учителями или трудности в учебе стоит на первом месте в нашем списке. Поскольку если ты не можешь ужиться с одноклассниками, учебы тебе никакой не будет. Это можно с уверенностью сказать. С девяностадевятипроцентной уверенностью. Почему с девяностадевятипроцентной? Есть один процент людей (как среди мальчиков, так и среди девочек), которым нормальные отношения с коллективом не нужны. Им и так хорошо.

Самим по себе.

Обычно это люди очень сильные физические и с мощ-ной силой воли. Либо в развитии очень сильно опережающие своих сверстников. Они не подстраиваются под коллектив, они подстраивают коллектив под себя. Или живут параллельно с ним. Про таких говорят – самодостаточные.

Для остальных девяноста девяти процентов школьная жизнь – это прежде всего отношения со сверстниками. Затем сам процесс обучения. Затем уже все остальное.

Проблема № 1 сплетается из огромного числа факторов, большинство которых лежит вне школьной жизни. Допустим, ты с детства заикаешься. И жутко по этому поводу напрягаешься и комплексуешь. И этого, в общем-то, достаточно – в школе найти общий язык с ребятами для тебя будет сложновато. Особенно девочке. Заикатый мальчик – еще куда ни шло. В этом даже свой шарм есть своеобразный. В наше время заикание или еще какой дефект речи – ценный товар, отличным подтверждением тому служит отечественная эстрада.

Или, допустим, ты из не очень богатой семьи, твой рюкзак куплен на распродаже, а телефон не просто китайский, но безымянно китайский. Этого тоже достаточно, чтобы в школе возникли сложности.

Да ты можешь быть просто рыжим. Или толстым. Или близоруким. Ты можешь глупо пошутить во втором классе и заработать репутацию ненормального на десять лет вперед. Причин для конфликта с одноклассниками может быть тысяча, впрочем, конфликтов вообще без причин тоже случается немало. Создать безконфликтную среду практически невозможно, а вот уметь жить в коллективе научиться вполне реально, но об этом поговорим в отдельной главе.

№ 2.

Трудности, связанные с учебой.

Трудности, связанные с учебой, переживаются довольно легко. Особенно если во всем остальном порядок. Да и справиться с этими трудностями, в общем-то, несложно. Начнешь хорошо учиться, и все. В конце концов это даже не учеба в полном смысле этого слова, это повторение пройденного. Того, что люди узнали за последние пятьсот лет развития человеческой цивилизации. А для повторения пройденного сверхума не нужно. Нужно терпение и только терпение.

Другое дело, если неуспеваемость вызвана конфликтами с учителями. Ага – «ненавижу физрука». Здесь дополнительным усердием не отделаешься. Хотя этот вариант тоже возможен – отличников, даже с мерзким характером, учителя уважают.

Впрочем, о физруках, о педагогическом составе и вообще об учебе тоже ниже.

№ 3.

Сложности, возникающие с родителями.

Отсутствие взаимопонимания с родителями – беда каждого поколения. Они тебя не понимают. Каждое опоздание с дискотеки вызывает у папани зоологическую злобу. Портрет любимой группы, наклеенный на дверь комнаты, повергает маменьку в жесточайший приступ мигрени. Все как всегда, все как обычно. Только вот, кроме смысложизненных вопросов, размолвки возникают и в связи со школьной жизнью.

Угу.

Родительские собрания, дневники, электронные дневники, стоны: «У всех дети как дети…»

И все в том же духе.

2020. В наши дни серьезным катализатором конфликта «отцы-дети» стали электронные игры. Перекочевав с компьютеров на смартфоны, они на порядок расширили аудиторию. Если раньше в мониторе пропадал каждый третий, то сейчас к экранам прилипают практически поголовно. Чем вызывают справедливую родительскую озабоченность и гнев.

№ 4.

Вопросы, связанные с определением своего будущего после школы.

Кем быть?

Куда пойти учиться?

И учиться ли вообще?

Нервотрепка, связанная с выбором своего места под солнцем, начинается задолго до окончания школы, посвятить ей пару страниц просто необходимо. Вообще, конечно, пункт № 4 на самом деле главный, но это становится ясно только по прошествии некоторого времени.

Кажется, все. Наиболее важные сложности школьной жизни вроде как обозначили. Почему самые основные? Потому что бывают еще и неосновные проблемы. То есть те, что зудят где-то на третьем плане, но жизни особо не отравляют. Проблема сменки, то бишь сменной обуви. Столовая как обитель зла. Платье к выпускному – как пошить быстро, дешево и по возможности эксклюзивно. Чтобы эта стрекозявка Вера Клюквина ничего не сказала. Задачка не из легких.

Трудности, связанные со школой, возникают как у мальчиков, так и у девочек. Трудности эти универсальные.

И для всех поровну.

Телесные наказания в учебных заведениях были отменены лишь в двадцатом веке. В том числе и в России. До этого в педагогической практике господствовало убеждение, что хорошая порка лишь способствует усвоению знаний. Выражение «вбивать знания» – как раз оттуда.

Впрочем, кроме порки имелись и другие способы вразумления упертых школьников. Карцер. Хлеб и вода в течение суток. Лишение выходных, лишение каникул. Постановка коленками на горох. Впрочем, некоторые педагоги усовершенствовали эту процедуру: учащиеся частенько с голода съедали горох – и педагоги стали ставить детишек на мелкую гальку.

Глава 2

Ученики

Старая учительница идет по улице и вдруг видит: маленькие дети сидят на скамейке, курят и играют в карты. Учительница возмущается:

– А почему вы не в школе?

– Да что вы, тетенька?! – удивляются малыши. – Кто же в школу в пять лет ходит?

Василиса Валентиновна Лимбоцкая сравнивала всех учеников с животными. Для каждого придумывала не то чтобы уж прозвище, а так, условное обозначение из мира фауны.

Лепила ему на лоб своеобразный ярлык, чтобы не спутать при случае с другим непарнокопытным. Причем ярлыки эти Василиса Валентиновна раздавала весьма точно и метко. Так, Шуру, который ее почему-то раздражал особенно сильно, она всегда сравнивала с курицей. Классный толстяк, мама которого весьма кстати работала в столовой, назывался, естественно, свиньей. Особенно после того, как он сдуру вымыл сменную обувь в фонтанчике для питья. Одна нервная девочка называлась сойкой. Сливянко, медленный, томный и при этом неглупый, был окрещен слизнем. Другой ученик, длинный не по годам, само собой – жирафом. Причем почему-то жирафом безрогим.

Были еще севрюга, макака, слон и совсем уж непонятная ампулярия.

Однажды Василиса Валентиновна разговаривала в учительской с завучем. Обсуждали достоинства разных классов. Где больше дураков, где меньше дураков, в каких классах плохо с поведением. С поведением на уроках у самой Василисы Валентиновны, кстати, проблем не было – никто себя плохо вести не осмеливался. Чревато было. Что касается дураков…

Завуч считала, что в классе мозгами блещет, мягко говоря, меньшинство учащихся. Да и то, те, кто блещет, на самом деле лодыри несусветные, ни на что не способные. И заискивающе спрашивала у Василисы Валентиновны, что та думает по этому животрепещущему поводу.

– А для меня все одно, – устало отвечала Василиса Валентиновна, – я ничего не думаю, мне что один зоопарк, что другой – без разницы…

Если бы в школе не было учителей и учеников – это было бы идеальное место. Тишина, покой, простора много.

Но и те и другие, к сожалению, есть. Первых, учителей, не так много, но они свирепые. Вторых, учеников, гораздо больше, и они тоже свирепые. А если не свирепые, то берут количеством.

Ученики, как и учителя, бывают разные. В каждой школе легко выделить несколько групп, так как любая нормальная школа построена по четким иерархическим принципам. За некоторыми исключениями. Так, обычно выпадает из местной «Табели о рангах» младшая школа. Ну кто в здравом уме и трезвой памяти будет требовать чего-то с первоклашек или их обижать? Конечно, свои хулиганчики встречаются и здесь, но это только начало их карьеры, развернутся по полной программе они уже потом.

Посему первые классы – это золотое время. Вспоминаю о нем со слезой.

На уроке литературы пугал девочек. Поймал таракана и имитировал его поедание.

А с класса четвертого-пятого ты постепенно включаешься в четкую схему, в которой каждый старший класс выше по своему положению класса младшего. Чем дальше ты продвигаешься по этой лесенке, тем меньше получаешь тумаков. В старших классах ты уже чувствуешь себя более-менее комфортно, отлупить тебя могут лишь заглянувшие на огонек учащиеся колледжей. Между тобой и низшими параллелями образуется с трудом преодолимая пропасть.

2020. Вопрос противостояния школьников и учащихся колледжей, довольно актуальный в годы ученичества автора, уже почти снят, особенно в крупных городах. Посторонним лицам проникнуть в школу довольно сложно, старшая школа, как и колледжи загружены учебой, местечковый «школьный патриотизм» постепенно изживает себя.