Эдуард Шауров – Оракулы перекрестков (страница 14)
— Гребал я этические нормы с корпоративной моралью! — отрезал Виктор, — И тебе советую. Вот действительно ни с чем несравнимое удовольствие. Как, говоришь, зовут твою несостоявшуюся супругу?
— Ирина фон Гирш.
— Я ее знаю?
— Навряд ли.
— И все одно она тебя не стоит! — махнул рукой Виктор. — Хочешь, я найду тебе женщину прямо сейчас?
И Бенджамиль вдруг понял, что это не простой треп, что Виктор действительно сможет найти ему женщину прямо сейчас, сию минуту.
— Не стоит, Вик, — сказал он испуганно. — Я не в форме. Давай лучше выпьем.
— Как знаешь! — Виктор пожал плечами и полез за новой бутылкой.
Когда в открытую дверь столовой въехала Амаль, друзья успели опорожнить новую бутылку на три четверти, а Бенджамиль успел завершить рассказ о своем маленьком турне по черному буферу.
— Дальше ты знаешь, — сказал он в заключении.
— Поучительная история. — Виктор допил вино из своего бокала. — А согласись, Бен, твою аутсайдовскую жопу хорошенько потрясло на наших кочках!
— Если бы не ты!.. — Бенджамиль с размаху прижал обе руки к груди.
— Сударь, платье вашего друга готово, — проворковала Амаль хорошо поставленным грудным контральто и выложила на свободный стул брюки, рубашку и френч.
— Ты, как всегда, на высоте, дорогая! — Виктор, придерживаясь за спинку стула, нагнулся и пьяно чмокнул домработницу в гладкую макушку. — Смотри, Бенни! Моя Амаль намного практичнее любой бабы!
Он звонко хлопнул Амаль по шарообразному корпусу там, где предполагалась задница.
— Шалун! — пробасила роботесса и укатила прочь.
— Облачайся, скиталец! — Виктор протянул Бенджамилю стопку одежды. — А то мне с высоты домашнего костюма дискомфортно взирать на банный халат.
Слегка смущаясь, Бенджамиль скинул халат на спинку стула и принялся натягивать чистые, выглаженные брюки. Когда он застегивал рубашку, Виктор обратил внимание на медальон оракула.
— Что это у тебя на груди? Какой-то фетиш? — спросил он, весело ухмыляясь. — Выдает себя за добропорядочного корпи, а сам носит амулеты, как какой-нибудь ситтер.
— Это не амулет. Это оракул. — Бенджамиль погрозил товарищу пальцем. — Он предсказывает будущее и не любит, когда с ним шутят.
— Выкладывай эту штуковину на стол! — потребовал Виктор, разливая остатки вина по бокалам и на скатерть. — Поглядим, что это за мистика.
Бенджамиль, секунду поколебавшись, потянул оракула с шеи.
В столовой было довольно светло, но мелкие буквы цвета ртути терялись на светло-сером экранчике монитора. Виктор, прищурившись, нагнулся ближе и громко прочитал:
— И что? — спросил Виктор, недоуменно поднимая брови. — Про что эта надпись?
— Я спросил его, как мне жить дальше, и он ответил! — волнуясь, объяснил Бен.
— И что он тебе советует?
Бенджамиль старательно пропустил мимо ушей ядовитый тон вопроса:
— Бывает трудно сказать сразу, но, по-моему, он советует мне поступать по обстоятельствам.
Виктор откинулся на спинку стула и захохотал.
— Такой совет может и моя Амаль дать! — сказал он, насмеявшись вволю. — Полная ерунда.
— Ничего не ерунда! — загорячился Бен. — Оракул предсказал, что я не попаду домой, и вот я здесь. Потом он насчет девушки предупреждал, только я не понял, и насчет Лимкина. Если бы я послушался предсказания, то ни за что не поперся бы ночью бог весть куда, за едва знакомой женщиной!
— Поперся бы! — уверенно сказал Виктор. — У этой кошечки наверняка имплантант-манок. Мужикам от этой фигни просто башку сносит, без вариантов. Лично я по барам без глушилки и не хожу даже. Так что поперся бы, за милую душу поперся.
— Поперся, не поперся! — пробурчал Бен. — Какая разница? Предсказание-то было!
— А что он написал конкретно?
— Я точно не вспомню. — Бенджамиль взъерошил пятерней свои короткие обесцвеченные волосы. — Что-то про судьбу, и про красавиц, и про опасность.
— Здесь судьба, там судьба. — Виктор положил оракула на ладонь и принялся скрупулезно осматривать вещицу со всех сторон. — Бенни! По-моему, ты сам придумываешь значение этой стихотворной тарабарщины. Кстати, здесь серийный номер: 531322D37, — наконец сказал он, царапая ногтем корпус. — Я и не предполагал, что волшебные вещи в прошлом веке штамповали на конвейере.
— Дай сюда! — обиженно сказал Бен, отбирая у Виктора медальон.
— Помолимся, братия, помолимся и причастимся кровью господнею! — пропел Виктор, косясь на Бенджамиля нечестивым глазом и наполняя бокалы красным.
— Аминь! — мрачно сказал Бен.
Он одним духом выпил свою порцию и спрятал оракула под рубашку.
Глава 7
Снаружи, за молочно-матовыми витражами гостиной, оказалось довольно свежо. Пронзительный студеный ветерок бесцеремонно ерошил волосы, теребил края одежды, забирался в рукава. Бенджамиль, поплотнее запахнув воротник френча, оперся локтями о балюстраду ограждения. Под ногами мерцали редкие огни черного буфера.
Просторная терраса балкона полукругом нависала над стодвадцатиметровой пропастью улицы. Четыре консольные балки в виде орлиных голов удерживали ее от падения в пугающую темноту городских каньонов. Прищурив глаза, легко было вообразить себя парящим на широкой орлиной спине. А если слегка перегнуться через витые перила, можно было рассмотреть тусклую патину плесени на перьях могучих каменных птиц.
— Вик! — позвал Бенджамиль, оборачиваясь. — Теперь твоя очередь.
Штерн сидел в легком сетчатом кресле возле низкого столика и старательно выкрашивал содержимое сигареты в неглубокую керамическую пепельницу.
— Очередь на что? — спросил он, не отрываясь от своего увлекательного занятия.
— Ты обещал рассказать о себе, о своей жизни, чем ты занимаешься, и вообще… — Бен широким жестом руки обвел террасу балкона.
— А, это? — неохотно отозвался Виктор. — Ну что ж, изволь. Спрашивай, а я буду отвечать.
— Э… и откуда это великолепие?
— Отсюда, — сказал Штерн, постучав себя указательным пальцем по лбу. — Из этой самой высоколобой головы.
— И чем же занимается твоя голова?
— Изобретает разные штуки. — Виктор выкрошил одну сигарету и принялся за вторую.
— Допустим? — Бен повернулся к товарищу лицом и оперся спиной о балюстраду.
— Допустим, биактинии для смартингов, генераторы направленных помех для криставирусных вычислителей и стабилизаторы для тех же криставирусных вычислителей. — Виктор наконец оставил свои сигареты и принялся загибать пальцы. — Спайеры и антиспайеры, иммунные процкарды… Мне продолжать?
— Я в этом ничего не понимаю, — признался Бен, — можно как-то попроще?
Виктор ухмыльнулся:
— Ты когда-нибудь видел дефендер типа «камбала»?
Бенджамиль гордо кивнул.
— Подбором картинок на внешнем слое брони занимается криставирусный чип. Так вот, я могу разработать так называемый «мишмаш», и этот «мишмаш» будет заставлять чип показывать на броне высококачественную подборку живописи из Дрезденской галереи. — Видя испуганно-удивленное лицо Бенджамиля, Виктор победоносно улыбнулся. — Впрочем, почему могу? Как раз этой белибердой я занимался три месяца назад.
— Кому это могло понадобиться? — спросил Бен ошарашено.
— Кому, кому… Ребятам из Сити, пульпе. — Виктор вытащил из кармана маленькую пластиковую коробочку вроде той, в которых держат сосательные таблетки, и потряс ею в воздухе.