Эдуард Сероусов – Третья смена (страница 3)

— А если убрать Гришу?

— Если убрать Гришу — машина потеряет опору. У неё нет других опор. Дневные операторы — у нас четыре дневных оператора в смене, у каждого свой стиль, у каждого свой шум — система их использует, но усреднённо, и опорный токен дневной смены — это не один человек, а функция от четырёх. На ночь у нас один опорный человек, потому что в ночь раньше выходил один. И этот один — Гриша.

— А почему не взять кого-то живого? Кого-то с другой ночной смены, кто работал в прошлом?

Зоя поморщилась.

— Брали, — сказала она. — Брали разных. Брали Хазиева — есть такой, в Уфе живёт, в «Лунпроме» три года был. Брали Степаненко — она вообще на Луне год отработала, ушла из-за здоровья. С ними система обучалась криво. У Хазиева ночью настроение скакало, у Степаненко был сезонный график — она в декабре работала медленнее, чем в июне. Машина их использует — и сама начинает скакать. У Гриши не скачет ничего. Он же…

— Мёртвый, — сказал Никита.

— Я хотела сказать «стабильный», — сказала Зоя. — Но да.

Они помолчали. Зоя укусила яблоко в третий раз и положила обратно.

— Зоя, — сказал Никита. — Это не нормально.

— Я знаю, — сказала Зоя. — Поэтому я тебе и не говорила. Ты бы устроил истерику.

— Я не устраиваю истерик.

— Ты устроишь сейчас.

— Я подумаю.

— Подумай. Только не до Окуневой.

— А что Окунева?

— А Окунева через четырнадцать дней прилетает, — сказала Зоя. — С инспекцией. И ей очень нравятся наши восемь процентов. Она ими в Москве трясёт перед советом. Она хочет с этих восьми процентов выбить премию для отдела и должность для себя. Если она узнает, на чём держится наша третья смена — она первым делом не уволит Гришу из системы. Она уволит нас. Всех. И тогда уже никакой Гриша не поможет.

— А если не узнает?

— А если не узнает, — сказала Зоя, — то через квартал она всё равно скажет: давайте уберём людей с дневных. Раз ночью без людей идёт лучше — значит, и днём тоже можно. И вот тогда…

Зоя замолчала.

— А что тогда? — спросил Никита.

— А тогда никто не знает, — сказала Зоя. — Я не знаю. Никто.

Никита вышел из её комнаты с пустой кружкой. Кофе он выпил, не заметив.

III. Молчанов

В тот же день, после обеда, Никита спустился на третий уровень — туда, где была инженерная библиотека и архив. Архив — это была комната без окон, с шестью стеллажами, на которых стояли пластиковые папки, и с одним терминалом, на котором были оцифрованные документы. Бумажных документов на «Терре-3» было мало, в основном — журналы вахт за последние семь лет, которые держали в бумажном виде по требованию надзора. Оцифрованных — много, и они хранились на сервере Земли, а сюда зеркалились с задержкой в трое суток.

Никита открыл терминал. Он набрал в поиске: «Молчанов Г. С., вахта 27.03.2047».

Терминал выдал документ. Это был журнал смены — обычный диспетчерский журнал, заполненный от руки и потом отсканированный. Тогда ещё ходили с бумажными журналами; их перестали выдавать только в две тысячи сорок восьмом, когда вышла директива по сокращению расходных материалов.

Журнал был заполнен Залиной. У Залины был ровный, очень аккуратный почерк, без наклона, с правильными цифрами. Никита посмотрел шапку: смена с двадцати двух до шести по московскому. Оператор — Молчанов Г. С., табельный 247-Л. Диспетчер — Кокова З. Б. Дежурный механик — Сафин М. Р. (Сафин потом тоже уволился; ушёл на Дальний Восток, занимался теперь сборкой комплексов «Урагон» в Большом Камне).

В графе «Особые замечания» Залининой рукой было написано: «01:14 — оператор уронил кружку, разбилась. 02:30 — оператор отлучался на 12 мин (туалет). 04:50 — оператор просил кофе, выпил две кружки. 05:40 — оператор задремал на 7 мин. К 06:00 проснулся».

Никита посмотрел на эти записи. Это была не критика — это была фиксация. Залина их фиксировала, потому что так положено. Молчанов не нарушил никаких регламентов: туалет — разрешён, кофе — разрешён, дрёма семи минут — формально не разрешена, но и не наказуема, потому что в семи минутах ничего не успевает случиться.

Дальше шли показатели смены. Концентрат — три тонны двести шестьдесят килограммов (план — три двести). Кислород — две тонны сто десять (план — две сто). Всё в норме. Всё чуть-чуть выше плана.

Никита долго смотрел на эту строку — «оператор задремал на 7 мин». Семь минут в пять сорок утра, за двадцать минут до конца смены. Молчанов сидел в кресле диспетчерской, смотрел на табло, и у него закрылись глаза. Где-то за переборкой шумел вентилятор. Где-то за стеной полз «Уплотнитель-1» с грузом реголита. Где-то в кратере «Соха-2» доскребала последний участок утреннего сектора. Молчанов закрыл глаза, и его подбородок упёрся в воротник комбинезона, и через семь минут зазвенел будильник, который Молчанов сам себе ставил на пять сорок семь — он не доверял Залине будить, Залина в полшестого ходила в коридор размяться, и он боялся, что она не успеет вернуться. В пять сорок семь Молчанов проснулся. В шесть приняла смену дневная.

Никита вышел из архива. У него болела голова.

Он пошёл в столовую и попросил у поварихи Лиды (Лида была с Алтая, ей было пятьдесят, и она вообще не любила Никиту, но Никита её не трогал) чаю с лимоном. Лида налила ему чаю с лимоном и шлёпнула на блюдце засохший сухарик. Никита поблагодарил и сел в угол.

В столовой было пусто, только в дальнем углу сидел Шамиль Хайруллин — электрохимик, специалист по плавильным ячейкам. Шамиль был татарин, из Казани, ему было сорок пять, и он на «Терре-3» был с самого её запуска, четыре года. Шамиль ел макароны с тушёнкой, очень медленно, и читал с планшета какую-то статью на английском.

Никита подсел к нему.

— Шамиль Гумерович.

— Никита Иванович.

— Шамиль Гумерович, у меня вопрос.

— У тебя всегда вопрос, — сказал Шамиль. — Ты задавай. Я ем.

— У ячеек ночью какая температура держится?

— На какой ячейке?

— На всех. Среднее.

Шамиль положил вилку. Он подумал.

— На «Ярило-1» — тысяча сто двадцать, плюс-минус четыре. На «Ярило-2» — тысяча сто восемь, в последнее время. На «Ярило-3» и «Ярило-4» — тысяча сто пятнадцать. На «Ярило-5» — тысяча сто двадцать семь, шумит.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.