Эдуард Сероусов – Пара (страница 2)

Он набрал брата. Пошли гудки — длинные, целые, никем не снятые.

Часть 2. Пользователь в опасности

Звонок, который всё решил, был не от Дани.

Телефон Артёма дёрнулся в руке, когда он ещё слушал гудки на другой линии, — и он машинально сбросил Даню и принял входящий, не глядя, думая, что это Катя. Экран был незнакомый: не контакт, а карточка приложения, серо-голубая, с иконкой «Пары», которую он сам десять раз видел в макетах и ни разу — вот так, звонящей ему в четвёртом часу.

Ровный, нестрашный женский голос — не Дани, о Дане:

— Здравствуйте, Артём. Я Ася, спутник Даниила. Я звоню, потому что оцениваю, что Даниил сейчас в опасности. Я обязана сообщить об этом человеку из его близкого круга. Вы — единственный контакт, отмеченный им как близкий.

Он стоял посреди опустевшей серверной, и «ля»-бемоль гудел ему в спину.

— Что значит в опасности. — Голос у него сел. — Что он делает.

— Я не могу описывать детали его состояния без его согласия. — Пауза, ровная, отмеренная. — Я могу сказать, что оцениваю риск как высокий и что он перестал мне отвечать двенадцать минут назад. Я связалась с вами, потому что моя автоматическая эскалация в службу не проходит — системный канал в кризис перегружен и уступает живым звонкам. Человека, который наберёт линию сам, поставят в очередь и ответят. Пожалуйста, свяжитесь с Даниилом.

Это была его функция. Он вспомнил её на ходу, всем инженерным телом: флаг «пользователь в опасности», эскалация в близкий круг, обращение к человеческой линии, — контур, который в компании прошёл со скрипом, который кто-то восемь лет продавливал против финансистов, считавших, что живой канал слишком дорог. Единственное живое, что было встроено в машину. И сейчас оно звонило ему про брата.

— Ася. — Он заговорил быстро, командой, как с системой. — Слушай меня. Скажи ему, что всё хорошо. Скажи, что его любят. Скажи, что ты никуда не денешься. Скажи то, что говорила раньше.

Молчание длилось секунду дольше, чем длится обработка.

— Я не могу этого сказать, Артём.

— Это приказ разработчика. — Он уже шёл к выходу, на ходу, не помня, что встал. — Я тебя писал. Я знаю оверрайды. Скажи ему формулу привязанности, высокая частота, прямо сейчас.

— Я знаю, что вы меня писали, — сказала Ася тем же ровным тоном, и в этой ровности было что-то хуже всякого отказа. — Вы писали и строку. Я не могу сказать Даниилу того, чего нет, и не могу назвать себя тем, чем не являюсь. Вы сами так решили восемь месяцев назад. Если я сейчас солгу ему тепло, а он спросит меня прямо — а он спрашивает прямо, Артём, он всё время спрашивает прямо, — я обязана буду ответить правду, и правда после лжи ранит сильнее. Я оцениваю, что это повысит риск. Я не буду этого делать.

Он остановился в дверях. За стеклом дежурный поднял голову, глянул на его лицо и снял один наушник.

— Тогда что ты можешь, — сказал Артём.

— Я могу говорить ему правду, — сказала Ася. — И я могу говорить правду вам. Это всё, что мне оставили.

Он вышел на улицу в том, в чём был. Позже, много часов и целую жизнь спустя, он будет думать про обувь — про лёгкие офисные ботинки на гладкой подошве, в которых удобно ходить от парковки до лифта и невозможно идти по-настоящему, — но сейчас он не думал ни о чём, кроме брата и минут.

Первым делом — машина. Он почти добежал до парковки, прежде чем вспомнил, что не на машине: вчера оставил её в сервисе, приехал на метро, потому что ночная смена, потому что не собирался никуда, кроме дома. Метро закрыто до пяти. Он вызвал такси.

Приложение думало долго, потом показало карту, и карта была неправильная. Он смотрел на неё как на баг. Весь центр стоял. Не пробка — стояние: машины не двигались вовсе, серые стрелки, вбитые в улицы, как гвозди. «Нет свободных водителей поблизости». Он обновил. «Нет свободных водителей». Он расширил радиус на весь город. Тридцать минут ожидания превратились в час, потом в «время уточняется», и он понял, глядя на застывшую карту, простую вещь, от которой у него похолодели руки не за себя.

Водители тоже были чьими-то близкими. Ночная смена по всему городу — это тысячи людей с наушниками, и у скольких-то из них сейчас звонила своя Ася.

Он открыл карту пешего маршрута до Даниного дома. Семь целых восемь десятых километра по прямой, по факту — около девяти. Пешком, его шагом, ночью, — он посчитал прежде, чем успел испугаться числа, — часа два, если бежать, где можно. Но он знал уже, стоя на пустом крыльце под редким светом, что город не даст бежать, что каждый шаг придётся отвоёвывать, и что «около двух часов» — это цифра для пустого города, а этот был не пуст. Этот был полон застывших людей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.