Эдуард Сероусов – Анатомия измены (страница 9)

– Твой брак был разрушен задолго до моего появления, – спокойно ответил Климов. – А что касается бизнеса… возможно, общество имеет право знать, как на самом деле делаются деньги в таких компаниях, как твоя.

Ирина, до этого молча слушавшая перепалку, внезапно встала.

– Хватит, – сказала она твёрдо. – Хватит использовать меня как пешку в ваших играх. Ты, – она повернулась к Алексею, – видел во мне только дополнение к своей успешной жизни, красивую куклу для презентаций и приёмов. А ты, – она посмотрела на Максима, – ты использовал мою уязвимость, мою потребность быть услышанной, чтобы добыть информацию. Вы оба… вы оба одинаковые.

– Ира, это не так, – начал Алексей, но она подняла руку, останавливая его.

– Я любила тебя, Лёша. Правда любила. Но ты не любил меня – ты любил идею обо мне, образ, который сам создал, – её глаза наполнились слезами. – И да, я встречалась с Максимом. Но не как любовница – как пациентка. Он помогал мне разобраться в себе, найти свой путь. А потом… потом я поняла, что он тоже использует меня, и это было… – она покачала головой, не находя слов.

– Ирина, я никогда не хотел причинить тебе боль, – сказал Максим. – Да, я использовал информацию, которую ты мне давала. Но наши сессии, наши разговоры – они были настоящими. Я действительно хотел помочь тебе.

– Помочь мне или использовать меня, чтобы добраться до моего мужа? – спросила она горько.

– И то, и другое, – честно ответил Максим. – Я психолог, Ирина. Я вижу боль и стараюсь её облегчить. Но я также вижу несправедливость и стараюсь её исправить.

– Какое благородство, – Алексей сарказм в его голосе был почти осязаемым. – А где была твоя жажда справедливости, когда ты разрушал свой собственный брак? Когда твоя жена Мария была вынуждена начинать жизнь с нуля после развода с тобой?

Максим вздрогнул, словно от удара.

– Ты не знаешь, о чём говоришь.

– Я знаю достаточно, – Алексей сделал шаг к нему. – Знаю, что ты использовал свою бывшую жену, чтобы добраться до моей. Что ты манипулировал обеими, играл их чувствами, их доверием.

– Это неправда, – тихо сказал Максим. – Мария… она сама предложила познакомить меня с Ириной. Она видела, как Ирина страдает, и думала, что я могу помочь.

– И ты, конечно, согласился из чистого альтруизма, – Алексей покачал головой. – Не потому, что увидел возможность использовать жену богатого бизнесмена для своих целей.

– Хватит! – Вера встала между ними. – Это никуда не ведёт. Мы все здесь преследуем свои цели, у каждого своя правда, своя версия событий. Но факты остаются фактами. И один из них – ваша компания, Алексей, вовлечена в незаконную деятельность. У меня есть доказательства.

– Какие доказательства? – Алексей напрягся. – Обрывки разговоров, вырванных из контекста? Предположения и догадки? Этого недостаточно для серьёзных обвинений.

– А как насчёт документов? – Вера достала из сумки флешку. – Здесь копии внутренней переписки вашей компании, детали транзакций, отчёты, которые никогда не видели официальные аудиторы.

– Откуда у тебя это? – Алексей побледнел.

– У меня свои источники, – уклончиво ответила Вера. – Важно не это. Важно то, что здесь достаточно информации для начала официального расследования.

Алексей смотрел на флешку как на змею, готовую укусить.

– Чего ты хочешь? – спросил он наконец. – Денег? Эксклюзивного интервью?

– Правды, – просто ответила Вера. – Я хочу, чтобы вы рассказали мне всё. О сделке, о нарушениях, о людях, вовлечённых в схему. И, возможно, о других подобных операциях.

– Это самоубийство, – покачал головой Алексей. – Ты не понимаешь, с кем имеешь дело. Там замешаны люди, которые не остановятся ни перед чем, чтобы защитить свои интересы.

– Я понимаю риски, – кивнула Вера. – Но также понимаю важность того, что делаю. Коррупция разъедает нашу страну изнутри, и кто-то должен говорить об этом открыто.

Алексей смотрел на неё долго, оценивающе. Затем перевёл взгляд на Максима.

– А ты? Чего хочешь ты? Материала для новой книги? Возможности наблюдать за разрушением человеческих жизней и записывать свои наблюдения?

– Я хочу того же, что и всегда, Алексей, – спокойно ответил Максим. – Понимания. Истины. Возможности помочь людям увидеть реальность без иллюзий и самообмана.

– Даже если эта реальность разрушит их?

– Иногда нужно что-то разрушить, чтобы построить заново, – философски заметил Климов. – Твой брак с Ириной давно превратился в фасад, в игру, в которой оба участника несчастны. Возможно, пришло время перестать притворяться.

Алексей почувствовал, как внутри нарастает ярость. Этот человек, этот самодовольный психолог с его теориями и философией, разрушил всё, что было ему дорого, и теперь стоит перед ним, рассуждая о пользе разрушения.

– Ты не имеешь права, – тихо, но с неприкрытой угрозой сказал Алексей. – Не имеешь права играть с чужими жизнями, манипулировать людьми, решать за них, что для них лучше.

– А ты имеешь? – спросил Максим. – Ты решил за Ирину, какой должна быть её жизнь. Ты контролировал её, держал в золотой клетке, не давая ни настоящей свободы, ни настоящей близости.

Эти слова ударили больнее, чем Алексей ожидал. Потому что в них была доля правды, которую он не мог отрицать.

– Я любил её, – сказал он тихо. – Всё, что я делал, я делал из любви.

– Любовь без уважения и понимания – это не любовь, а одержимость, – ответил Максим. – Ты любил не Ирину, а свою идею о ней, свой проект под названием «идеальная жена».

Алексей сделал шаг вперёд, его кулаки непроизвольно сжались.

– А твоя работа с ней – это и была настоящая терапия? Или просто способ добраться до меня, до моей компании?

– И то, и другое, – честно ответил Максим. – Я никогда не лгал Ирине о том, что наши сессии помогают ей. Они действительно помогали. Но да, я также использовал информацию, которую она давала, чтобы понять тебя, твои слабости, твои уязвимые места.

– Ты манипулировал нами обоими, – Алексей покачал головой. – И ради чего? Ради статьи в газете? Ради новой книги?

– Ради правды, – Максим смотрел ему прямо в глаза. – Ты живёшь во лжи, Алексей. Ложь в твоём браке, ложь в твоём бизнесе, ложь перед самим собой. Я просто зеркало, которое показывает тебе реальность без прикрас.

Алексей рассмеялся, но в его смехе не было веселья.

– Какое благородство! Какая самоотверженность! – он обернулся к Ирине. – А ты? Ты тоже считаешь себя борцом за правду? Когда рассказывала ему о моих сделках, о моих клиентах, о конфиденциальной информации – это тоже было ради правды?

Ирина побледнела.

– Я не понимала, что эта информация может быть использована против тебя. Я просто… говорила о своей жизни, о том, что знала.

– О моей жизни, – поправил её Алексей. – О моих делах, о моих решениях.

– Которые влияют и на мою жизнь тоже! – внезапно с жаром воскликнула Ирина. – Ты думаешь, я не понимаю, что твои «сделки» могут в один момент разрушить всё? Что если твои схемы раскроются, мы можем потерять всё – дом, деньги, репутацию? Я живу в постоянном страхе, Алексей. Страхе, что однажды раздастся звонок в дверь, и это будут не гости, а следователи с ордером на обыск.

Её слова повисли в воздухе, тяжёлые и горькие.

– Значит, ты знала, – тихо сказал Алексей. – Всё это время ты знала о… нюансах моего бизнеса.

– Я не глупая, Лёша, – устало ответила Ирина. – Я видела документы, слышала твои разговоры с Антоном. Видела, как вы оба нервничаете перед проверками, как иногда исчезают крупные суммы без объяснений.

Алексей смотрел на жену, словно видел её впервые. Всё это время он думал, что защищает её от суровой реальности, от грязных аспектов своего бизнеса. А она знала. Всё знала и молчала, неся этот груз в одиночку.

– И ты ничего не сказала мне, – произнёс он. – Никогда не спросила напрямую.

– А ты бы ответил честно? – Ирина грустно улыбнулась. – Или придумал бы очередную ложь, чтобы «защитить» меня?

Ответа не требовалось. Они оба знали правду.

Вера, наблюдавшая за этим обменом репликами, вмешалась:

– Всё это очень трогательно, но давайте вернёмся к сути. Алексей, у меня есть доказательства нарушений в вашей компании. Я могу опубликовать статью на основе этих материалов, и поверьте, последствия будут серьёзными. Или…

– Или что? – Алексей перевёл взгляд на журналистку. – Ты предлагаешь сделку?

– Скорее, сотрудничество, – уточнила Вера. – Вы рассказываете мне всю историю, с деталями, именами, суммами. Я пишу материал, но с акцентом на системные проблемы в отрасли, а не на вашу персональную вину. Вы выступаете как анонимный источник, разоблачающий коррупционные схемы изнутри.

– И становлюсь мишенью для всех, кого сдам, – покачал головой Алексей. – Нет, спасибо. Я ещё не настолько отчаялся.

– Тогда каков твой план? – спросил Максим. – Продолжать как ни в чём не бывало? Делать вид, что этого разговора не было? Что ты не знаешь об утечке информации, о расследовании, о том, что твоя жена несчастна в браке с тобой?

Алексей молчал. Действительно, какой у него план? Вся его жизнь рушилась на глазах, и он не видел выхода из этой ситуации.

Внезапно Ирина встала.

– Я пойду спать, – сказала она тихо. – Мне нужно… подумать. Обо всём этом.

– Я тоже, пожалуй, пойду, – Вера поднялась следом. – День был… насыщенным.

Женщины направились к лестнице, оставляя мужчин наедине в гостиной. Когда их шаги затихли на втором этаже, Максим повернулся к Алексею.