Эдуард Семенов – Сук: по-другому не выжить. Первая, вторая, третья древнейшая. Три в одном (страница 16)

Быстро выкинула эти мысли из головы и заставила думать себя рационально. Что еще можно прихватить с собой. Конечно, нужны деньги. Наличные.

Она откинула полы куртки Автандила и Максима, проверила их карманы. Вытащила телефон и бумажник Автандила. У Макса деньги были в заднем кармане. Пачка баксов и рублей сложенные пополам. «Нищеброд». Бумажник Автандила был из кожи, приятно пах. Так, теперь Леди. У нее в руках ничего не было. Зато в кармане шуба лежали ключи от машины.

Пружина, не раздумывая, взяла их себе. Посмотрела на труп Автандила. У этого тоже, где-то должен быть ключи от машины. Да, вот он в кармане брюк. Забрала и их.

– Что ты делаешь? – услышала она удивленный голос Захара.

Пружина подняла голову и увидела, что он собрал сумку и уже готов к выходу.

–Трофеи собираю, – показала ему ключи Людмила, – им они уже не понадобятся.

Она осмотрела его внимательно.

– Все собрал? Ничего не забыл.

– Да, все здесь, – он показал ей свою спортивную сумку.

– Деньги, ключи, документы. Проверь еще раз. Телефон. Зарядку. Нам сюда больше не вернуться.

Захара невольно сравнил ее со своей матерью. Она тоже так ему говорила всегда. И так же, как и матери он резко ответил.

– Все собрал. Ты еще посоветуй присесть на дорожку.

Пружина не оценила его юмор.

– Вот, это правильное предложение, – она кивнула на тумбочку, – надо присесть и успокоиться. Запомни, нам главное выйти за эту дверь. За ней мы ведем себя как, – хотела сказать «супружеская пара», но осеклась, нефига так думать, продолжила, – как уезжающие отдыхать. Идем спокойно, улыбаемся, даже если встретим ментов. Мы только слышали выстрелы, но откуда они. Не знаем.

Пружина заглянула в глаза Захару.

– Ты все понял?

Захар поморщился, ему была не приятна такая опека. Или приятна. Еще никто, кроме матери, так о нем не заботился. Он кивнул головой и довольно ответил.

– Да, понял, не дурак.

– Вот и хорошо.

Людмила деловито отодвинула с прохода уже начавший остывать труп Леди, и заглянула в глазок. На лестничной клетке никого не было. Взяла с тумбочки свою сумочку. Надела ее на локоть. Опустила в нее бумажник, телефон и деньги.

– Это нам на первое время, – объяснила Захару и кивнула вперед. – Пошли.

Ключи от мерседеса Леди Пружина оставила в руке. Открыла дверь, пропуская вперед Захара. Потом выключила свет и решительно вышла в коридор. Дом не спал. Она слышала, как где-то этажами ниже хлопали двери. Работал лифт. Возможно, кто-то в этот момент даже смотрел на них в глазок. Но она должна быть спокойна. Вышла. Посмотрела на Захара. Тот уже жал кнопку вызова лифта.

– Захар, дверь закрой.

Захар вздрогнул. Полез в карман за ключами.

– Это съемная квартира?

– Да, – загремел он ключами.

– Давно, платил?

– Ну, через неделю надо будет снова платить.

Закрыл дверь. Вернулся к лифту. Дверь раскрылась. Никого. Людка вошла внутрь.

– Давай, заходи. Значит, у нас есть еще неделя.

Кабина лифта спустилась на первый этаж. Людка увидела, что Захар не застегнулся как следует и решила ему помочь. Заботливо протянула руки, и дернула замок до конца.

– Шапка у тебя есть?

Захар вспыхнул.

– Ну, что ты прямо как мать!

Открылась дверь. И прямо перед собой они увидели двух человек в милицейской форме. Людка почувствовала, как у Захара напряглись мышцы спины, сжались кулаки. Она чмокнула его в щеку.

– Не злись, милый. Я же просто забочусь о тебе.

Стоящий перед ними лейтенант милиции, в серой шинели, сделал шаг назад, выпуская их из лифта. Он улыбнулся милой женщине и с завистью посмотрел на мужчину. Красивая пара.

– В вашем подъезде стреляли? – спросил он, исполняя свой долг.

Пружина хихикнула.

– Ой, не знаю. Хлопки какие-то были, – посмотрела на Захара, – Да, милый, ты слышал?

Захар свел брови домиком. Замотал отрицательно головой.

– Нет, не помню.

Пружина посмотрела на лейтенанта, и пожала плечами.

– Извините, – затем взяла Захара под руку и вывела его из подъезда краем глаза отметив, что милиционеры забыли о них сразу. У подъезда стоял милицейский УАЗик с включенным маячком. В машине сидел водитель. Пружина и Захар прошли мимо к своим жигулям. Пружина шепнула ему.

– Садись в машину, грейся. Я сейчас.

Прямо перед носом милицейской машины, она прошлась по нечищеному тротуару и залезла в сугроб у подъезда. Сунула руку в пробитый наст, нащупала пакет с кассетой. Вытащила, развернула. Кассета не испортилась. Даже не намокла от снега. В голове мелькнула мысль. И чего это Леди пыталась найти? Кассета-то маленькая, для видеокамеры. И с удовлетворением решила. «Дура старая! Отжила свой век». Засмеялась, и весело подмигнула парню, который сидел за рулем уазика.

Тот тоже улыбнулся ей. «Все хорошо» – успокоила себя Людмила, и нажала кнопку, открыла дверь мерседеса Леди, который был припаркован тут же, рядом. Причем припаркован плохо. Мешал проезду уазика.

Людка прошла перед носом водителя, подошла к Захару.

– Давай выезжай. Я переставлю машину Леди.

Вернулась назад к мерседесу. И спокойно села на сидение водителя. Водить машина она умела. С детства. Включила двигатель. Осмотрелась. Сумочка Леди лежала на заднем сидение. Проверила бардачок. Нашла записную книжку. Достала, кинула в свою сумочку. Показала руками водителю уазика, чтобы он сдал назад и дал ей припарковаться как следует.

Водитель ее понял. Дождался как выедет Захара, отъехал. Людмила переставила машину. Вышла, достала с заднего сидения сумочку Леди. Закрыла мерседес. Пересела в машину Захара.

Увидела, что тот весь как камень.

– Да, что ты так напрягаешься.

Она провела своей рукой по его колену, коснулась члена. Тот сразу набух.

– Все хорошо, мой зверь. Не волнуйся. Давай, проезжай вперед, и постарайся встать где-то рядом, так, чтобы нам был виден подъезд. Место должно быть во дворе. Уже день. Все разъезжаются на работу.

– Что ты хочешь увидеть?

– Хочу понять, сколько у нас реально времени.

– Как?

– Если сейчас менты засуетятся. То у нас нет и недели. Начнется шум, и твоя машина нам не поможет. От нее лучше будет избавится. Если уедут по-тихому, значит, недельку на ней сможем еще покататься. Подожди. Сейчас все будет ясно.

Захар нашел место у дома, стоящего напротив. Через детскую площадку их подъезд был виден, как на ладони. С удивлением Захар отметил, что с того момента, как Пружина стала им руководить, он стал меньше думать и рефлексировать, а больше делать. Правда, при этом он убил человека. Но ведь он только защищался. У него был пистолет. В общем, это и убийством назвать нельзя. Самооборона. Захар вспомнил, как полоснул по горлу ножом. И от этих мыслей возбудился. Сколько раз после Грозного, он видел это движение во сне. Ему всегда казалось, что это нож злого абрека тянется к его горлу. Видение мучило его несколько лет. Сегодня он сам перерезал горло абреку.

Больше, он не будет мучить меня по ночам?

Было бы здорово! Возбуждение Захара достигло пика. Эх, с каким удовольствием он бы сейчас вдул Пружине. Захар с вожделение посмотрел на свою подругу. Та поняла его и не отрываясь глаз от подъезда, быстро расстегнула ширинку, и помогла освободиться от семени рукой.

– Ох ты мой богатырь.

***

Пружина напряглась, когда увидела, как к их подъезду подъехала зеленая машина марки мицубиси и из нее вылезло трое чернявых мужланов с повадками горилл. Они, не стесняясь прошли мимо милицейской машины, о чем-то эмоционально разговаривая и вошли в их подъезд. Через какое-то время из него вышли милиционеры и пошли в следующий подъезд. Людмила хмыкнула.