Эдуард Поляков – Сопряжение. Чернильный маг. Книга 3 (страница 6)
– А что тут объяснять? – заскрипел зубами Семён. – Отец для Черноозерских был удобным человеком. Преданный, как дворовый пес, и лишних вопросов не задавал. А я…
– Семён не стал давать присягу Черноозерским, – искоса глядя на Семёна, пояснил здоровяк. – Вот теперь ему и придется самому решать проблемы.
– Подожди, что? – охренел я от такого поворота. – Мы же вчера договорились! Ты должен был дать присягу и перенять дела отца. Да весь бизнес твоего отца завязан на Черноозерских и их фарм компании!
Я только сейчас начал понимать весь масштаб той задницы, в которую, из-за собственной упертости, Семён загнал свой клан.
– Не берите в голову. Я сам разберусь, – отмахнулся он. – Но служить сраным вампирам я не намерен! После того что они сделали… Нет!
Повисла тяжелая пауза.
– Зря ты, конечно, отцу машину подарил, – невесело усмехнулся я.
Семён воспринял эти слова иначе.
– Я сделал подарок человеку, который спас мне жизнь! – набычившись, произнес он.
Казалось даже, еще мгновение, и Семён набросится с кулаками. Но нет. Пронесло.
– А если ты решил, что таким образом я хочу купить твою помощь…
– Обороты сбавь, – повернувшись к нему, серьезно ответил я. – А то ляпнешь что-нибудь такое, за что потом стыдно будет.
– О! Магнус что-то задумал! – потирая руки, произнес Антоха.
Действительно этот человек был всегда за любой кипиш.
– Внедорожник, который Семён подарил отцу – хорошая машина. Большая, проходимая, вместительная. А еще такая машина внушает уважение.
– Уважение, – сплюнув под ноги, произнес Семён. – Мне сейчас нужна пара крутых бойцов, а не уважение.
– Из твоего клана бегут люди. Как крысы бегут. Понимаешь? – втолковывал ему я, не понимая, как урожденный лидер и стратег может не знать основу человеческого поведения. – И твои подданные это видят. Не водяной твоя главная проблема, а имидж. Ты можешь нанять хоть десяток лучших игроков, закидать деньгами того водяного, но преданность не покупается. Она зарабатывается. Вчера Костя Абрыкин, брат нашей Кати, выдвинулся на зачистку логова медведемонов, – припомнил я услышанные вчера по радио новости. – Лично выдвинулся и привлек боевую пятерку погонщиков боевых мамонтов. Понимаешь?
Семён кивнул, но я решил «дожать» этот вопрос.
– Ни фига ты не понимаешь! Люди должны видеть, что их проблемы – это твои проблемы! Дай телефон, – произнес я, требовательно вытянув руку.
Удивительно, но Шарапов даже не задал вопрос, кому я хочу звонить. И это хорошо, потому как набрав по памяти номер отца, я сразу перешел к делу.
– Это я, пап. Помнишь, что ты сказал про прокачку? Да, нужна помощь. Можешь свозить нас за город? Нет, недалеко. До вечера обернемся. Только это, нужно будет заскочить в усадьбу Шараповых, – усмехнулся я, глядя на Семёна. – Фобос забыл переодеться…
– Переодеться заезжал, говоришь?! – продолжал улыбаться папа, подшучивая над прежним нанимателем. – Семён, что у тебя под подкладкой торчит? Пулемет Дегтярева?
Впрочем, Семён не оценил хорошего настроения отца и продолжал отмалчиваться.
– Да отстань ты от него, – вступился я за друга. – Дело и вправду серьезное.
– Если дело серьезное, то зачисткой должны заниматься профессионалы, – резонно заметил он.
– Да там просто выводок водяных, – откликнулся Антон. – А бронники – это понты для местных.
– Все так, – подтвердил я. – Люди должны видеть, что даже после смены главы клана их не оставили в одиночку разбираться с монстрами.
– Приключенцы – подъем! Приехали, – заглушив мотор, скомандовал отец.
За два часа дороги всех порядочно разморило. Почти всех. Стоило мне уснуть, как Фубля выбралась из-под куртки и вместо кивающего болванчика пристроилась на панели авто.
Нас уже встречали. Дикого вида мужичок возрастом за пятьдесят покинул деревянный сруб и с ружьем наперевес засеменил к авто.
– Вы кто таки… Ох, матерь моя! – хватаясь за двустволку вскрикнул мужичок, увидев фиолетовую мантикору на моем плече.
Признаться, я не успел отреагировать, но за меня это сделал живой ремень. Едва пальцы то ли охотника, то ли егеря легли на спусковую скобу, как Эстер ожил. Отстрелив щупальце он – или она – ухватился им за ствол ружья и с силой дернул его вниз. Грохнул выстрел, В следующую секунду незадачливый егерь, ошалев, наблюдал, как в его сторону смотрит пара «Законодателей» отца. Для меня стало приятной неожиданностью то, что отец, даже уйдя со службы телохранителя, не расстается с табельниками.
– Спокойнее, дядя, – подняв щит, произнес Антон.
Запоздало подняв. Если бы дед имел цель угрохать своих спасителей, то минимум один из нас, скорее всего я, уже бы лежал уткнувшись в землю носом.
Отец оказался менее красноречив и избрал более доходчиво метод внушения. Два длинных шага, удар, еще удар и вот сторож пасеки уже разоружен, стоит на коленях и держится за свернутый набок нос.
– Семён, вызывай боевую группу, – переломив пополам старенький «ИЖ» приказал отец. – Покушение на дворянина это…
– Что? Какое покушение? – зачастил мужичок. – Самозащита это! Егерь я тутошний! Вы, вона, игроки одаренные, а среди вашего племени глухих людей тоже достаточно!
Я напрягся. Откуда старик увидел в нас одаренных? Может быть, конечно, он сделал вывод, увидев мантикору, но и среди обычных людей магические питомцы – писк моды. Странно, в общем.
– Самозащита? – не поверил отец. – А где предупредительный в воздух?
– Так это… – совсем уж растерялся мужичок.
– Достаточно, Дмитрий Игоревич, – повелительно, как истинный дворянин, вклинился Семён. – Думаю, возникло банальное недопонимание. С кем имею честь?
Спустя пятнадцать минут сбивчивого рассказа Егор Денисович – местный егерь – вкратце объяснил мотивы своего поведения. Сам он – лесничий. Но на зарплату рядового труженика охотхозяйства особо не проживешь, поэтому и держит пасеку. В летний период – отличное подспорье для заработка на туристах, ну а зимой, опять же, продажа меда. «Радушный прием» обусловлен нередкими визитами местной шпаны, что в отсутствие хозяина леса не прочь отдохнуть на его кордоне.
– Да я же это, для острастки только! – признав в нем нового хозяина этих земель, оправдывался мужичок. – Максимум – по колесам стреляю! А вы это в баньку, да по охоту пожаловали? Батенька ваш, царство небесное, любил по горкам местным с ружьишкой побегать.
Семёна от упоминания об отце передернуло. Впрочем, парень сохранил лицо и даже улыбнулся.
– Да нет, Егор Денисович, я по делу. Пришла новость, что водяные у вас шалят. Вот и приехал разобраться. Лично, так сказать, посмотреть.
– Водяные? Какие водяные? – не понял о чем речь.
– Как какие? – напрягся Семён. – Администрация Синегорска прислала письмо с просьбой о помощи. Сообщалось, что твари живут возле воды и скот таскают. Просили прислать боевую группу.
– А… Ну да, – вдруг прозрел егерь. – Водяные… А, ну да. Сам я их лично не видел, водяных этих. Но Бима, ну то бишь собаку мою, во вторник утащили. Прямо из будки, с цепью и утащили. Ага. Шпана таким не занимается. Максимум улей перевернут да в бане нагадят. А к Биму им подходить боязно. Было боязно, – уже совсем грустно произнес простоватый мужик.
– Шпана местная? – уточнил Семён.
Егерь кивнул, пройдясь матом по жителям из соседней деревни.
– Понятно, – сквозь зубы процедил Шарапов.
Понятно было и нам. Отец Семёна откровенно забил на свои обязанности и пустил дело на самотек, ограничившись лишь сбором налогов. И с этим придется разбираться Фобосу.
– Так я это, баньку-то топлю? – раболепно предложил угодливый егерь.
– Нет. Сейчас вы, Егор Денисович, вместе с моим безопасником поедете в Синегорск, захватите местного участкового и пройдетесь по домам местной шпаны. Дмитрий Игоревич, – обратился он к отцу, как будто тот действительно был его СБ-шником. – Не стесняйтесь инструментами воздействия. На моей земли должен быть порядок. А вам, – переключился он уже на егеря, – вот десять тысяч на покупку новой собаки.
– Ба!!! – опешил от таких новостей мужичок. – Да не надо в деревню! С местными я сам как-нибудь сдюжу. Вы главное монстра-то изведите.
– Нет. Я сказал – поедете в деревню вместе с моим человеком. И еще, – недовольно добавил Семён. – Пожалуйста, оставьте свое раболепие. Противно.
– Молодец, – провожая взглядом машину отца, произнес я другу. – Все правильно сделал.
– Правильно было бы такое вовсе не допускать, – недовольно произнес он. – Паскудно мне как-то. Не за себя, за отца паскудно.
Не зная, что ответить, я вернулся в дом. Непонятно что, но что-то в этом егере меня смущало. Да вроде бы каноничный мужик – деревенщина, но уж слишком неотесанный он. Будто на дворе не тридцатые годы XXI века, прозванные во всем мире «Веком Маннапанка», а какие-нибудь восьмидесятые прошлого.
– Чайник поставь, – произнес Антону Семён.
Я же, не зная чем себя занять, взял в руки ружье егеря. Переломил его, понюхал. На запах – обычный порох. Патроны, кстати, тоже оказались стандартные со свинцовой картечью. Ничего необычного, в общем.
– А что заваривать будем? – отозвался от печки Антон. – У старика наверняка сахара нет.
Как прирожденный повар здоровяк уже успел обшарить шкафчики егеря. По мне такое хозяйское поведение в чужом доме смотрелось как минимум некрасиво. Но у Фобоса и Бастиона на этот счет, видимо, были другие взгляды.