Эдуард Поляков – Сопряжение. Чернильный маг 5 (страница 54)
Сгорбленная, седая, в пропитанном слизью рубище, Паучиха подняла На внучку водянистые глаза. И на её, совсем не старушечьем лице высказался гремучий коктейль злобы и ярости.
Елизавета вскинула руки, её не отстриженные пальцы принялись вкладывать глифы. И Карина узнала вязь родовой магемы.
«Узы Миражей» — самая сильная, можно сказать, коронная магема урожденных Лейнинген. Её использование, как почерк, был визитной карточкой клана. Именно она семь столетий назад превратила польскую крестьянку и дочь пастуха, проданную отцом за две коровы, в Одаренную. И она же вознесла ее клан к величию!
А потому, шумно втянув воздух носом, Лилит затаила дыхание. И, будто решившись на что-то, Карина закрыла глаза…
— Что? Зачем ты закрыла глаза?
В голосе Паучихи, на этот раз мелодичном и бархатном, прозвучало разочарование.
Лилит не ответила. Вместо этого суккуба выставила руку, в зажатом кулаке которой блеснуло острие заколки. Другая же рука Карины с силой сжала смарт.
— Эта нелепая заколка… И почему ты закрыла глаза? Боишься⁉ — с хохотом озвучила она свою догадку. — Открой глаза! Давай покончим с этим всем, и наконец сойдёмся в ментальной дуэли!
— Ты предлагаешь честную дуэль? — отозвалась Лилит.
— А как иначе? Только ты и я…
По-доброму, совсем по-человечески, улыбнулась Паучиха.
— Идёт! — шагнула навстречу Лилит, И демонстративно раздавила в кулаке навороченный смарт — свой единственный шанс для побега.
И когда их разделял всего метр, девушка открыла глаза.
Паучиха или Лилит не соревновались в скорости складывания глифов. Бабушка и внучка, будто отражение друг друга, синхронно складывали давно заученные глифы «Уз Миражей». А когда комбинация была закончена, их взгляды слились в ментальной дуэли.
Пространство вокруг закрутилось. Силуэты поплыли и размазались. Между бабушкой и внучкой развернулось неисчерпаемое пространство. Телепатическая арена не требовала физических сил или выносливости. Ведь всё сражение происходило лишь в их головах!
Но ментальная дуэль двух ПСИ-одаренных это не дружеский спарринг. Карина это знала. И Елизавета тоже. Согласившись на дуэль разумов, они согласились что из поединка воображения и силы разума двух сильнейших менталистов клана Лейнинген выйдет только один победитель!
И это было ошибкой! Осознанной ошибкой. Ведь Карина прекрасно понимала что победить Паучиху на её поле невозможно!
Стоило суккубе открыть глаза, как девушка почувствовала непреодолимое давление. Она, почувствовала себя муравьём, попавшим под солнечный зайчик увеличительного стекла. Стекла в руках ребёнка, что из детского любопытства и невесть откуда взявшегося садизма, пытался сжечь муравья солнечной лупой.
— Как ты же ты слаба, — услышала она голос бабушки.
Причём этот голос не сотрясал воздух. Он звучал прямо в её голове.
— Слаба, глупа и наивна!
— Может быть! — несмотря на безвыходную ситуацию усмехнулась Карина. — Зато я умею делать выводы из чужих уроков!
Но Паучиха проигнорировала слова Карины.
— Неужели ты думала что…
Ментальная дуэль развеялась, плен ПСИ-дуэли схлынул с плеч, возвратив бабушку и внучку обратно в физическое пространство.
Пространство, в котором Карина всё ещё сжимала раздавленный в кулаке смарт. Его кристалл лопнул, превратив чудо маго-механической электроники в кусок металлолома, и до сухожилий порезав пальцы девушки.
Но Паучихе было стократ хуже.
На холщовом рубище, заменявшем ей одежду, медленно расползалась бурая клякса крови. А за её спиной стоял Араши — водяной элементаль Лилит!
Тот самый, что с детства был ее игрушкой и компаньоном. Что спас Магнуса от коварного удара Фобоса, в день в первой встречи. Что смиренно ждал своего времени внутри магического кристалла смарта, который только что раздавила Лилит. Тот самый, которого Паучиха подарила на семилетие внучки.
— Не… Нечестно!!! — сплевывая губами алую пену слюней и крови, прохрипела Паучиха.
Карина посмотрела на неё как на грязь.
— Не тебе говорить о чести, ба! Ведь ты меня этому научила! — торжественно ухмыльнулась Лилит. — Я же сказала что хорошо выучила твои уроки. И не только твои!
Чувствуя как сила покидает её слабое человеческое тело, Паучиха протянула к шее девушки длинные, неостриженные ногти. Но, отступив на полушаг, Карина выгнулась назад, выстрелив каблуком вверх! Навстречу лицу Елизаветы.
Практически идеальный шпагат, и абсолютно идеальный, хорошо поставленный удар снес Паучихе челюсть.
— А этому меня научила Виктория! — медленно опуская ногу из вертикального шпагата продолжала Лилит. — Помнишь её? Та самая неодаренная, на свадьбу с которой ты с Каином прислали джараксуса! Это тебе за их испорченную свадьбу!
Подскочив к дезориентированный Паучихе, девушка что было сил впечатала острый носок туфли в промежность бабушки. Острая, лакированная туфля вошла практически наполовину, и экстрамерность сотряс возглас боли.
— А этому подлому приёму меня научила Алиса!
Сунув руку в декольте, Лилит вытащила, припрятанный меж пухлых грудей, апельсин, который подобрала в саду летающего замка Магнуса.
Мгновенье, и налитой оранжевый плод лопнул в пальцах Карины. Ароматный, терпкий сок заструился по её рукам, щедро расплёскиваясь по лицу Паучихи.
— А этому меня научила Катя Абрыкина! Она — морферика, Она и рассказала о слабости всех пауков. — торжествовала Лилит. — Эфирные масла сожгут твои паучьи трахеи. А если этого будет мало…
В руках Лилит вновь сверкнула сталь шпильки для волос. Впрочем, всего на мгновение. Заточенная, до бритвенной остроты, бижутерия с мерзким, чавкающим хрустом вошла в правое ухо Паучихи.
— А этому, любимая бабуля, я научилась уже сама! — усмехнувшись в остекленевшие глаза Паучихи пожалуй плечами суккуба.
Глава 28
То, что я оказался в лесу стало понятно ещё до того, как успел открыть глаза. Мерный шум дубовой листвы, прелый, влажный запах опавших листьев, и щебет птиц…
Так и оказалось. Не сразу, но я узнал это место. А когда на горизонте вспыхнуло знакомое сияние над рекой Смородиной, вдруг стало нестерпимо тяжело. Ведь если идти по тропинке, через пару сотен метров раскинется дуб, украшенные золотыми цепями, как новогодняя елка. А там, поодаль от дома Бабы Яги покажется Калинов Мост, за которым больше не будет пути обратно…
В груди закололо отчаяние. Сам того не заметив я обнаружил, что рухнул на колени.
Почему так? Нет, я конечно понимаю почему, ведь считал сумасбродный риск дуэли с Каином вполне оправданным. Но в глубине души я надеялся, верил, что мне повезёт. Что смогу, как и сотни раз до этого, увернуться от судьбы.
Не получилось.
Слёзы бессилия сами потекли на мятную рубаху.
— Думала ты всё же орёл! — необычно ласково, прозвучал голос из-за спины.
— Морана⁉ — не сразу узнав голос, обернулся я.
Это была она. Облачённая в белый, бабушка Насти, выглядела торжественно. Как в тот раз, в момент нашей мимолетной встречи на площади у Собора Святого Петра.
В прошлый раз мы встретились случайно. Я — шёл спасать попавших в передрягу друзей. Мара — забрать в Чистилище душу Кости Абрыкина.
Но этот раз всемогущие богиня смерти пришла уже по мою душу.
— Сейчас, только отдышусь, — поникнув, произнес я.
В русском языке есть пословица: «Перед смертью не надышишься.». Так вот, именно это я неосознанно и пытался сделать. И сам того не понимая попытался заговорить зубы языческой богини смерти.
— Можешь передать Насте кое-что на словах?
— Зачем?
Как-то буднично удивилась она. Признаться, это меня взбесило! В конце концов мы не чужие люди! Я — законный муж её правнучки!
Чёрт! Даже Каин, при всей его двуличности, нашёл себе каплю благородства, чтобы спросить у меня Последнее желание! А эта падла…
— А ты что скажешь?
В этот момент я был готов взорваться, выплеснуть на неё всю боль бессилия. И злость… Но не смог даже открыть рта! Вместо меня это сделал кто-то другой.
— Я? — прошептали мои губы, но чёрт возьми, это был не я!!!
И мне стало действительно страшно.