Эдуард Галеев – Принудительный контракт (страница 58)
Акулов извлек обойму и, передернув затвор, нажал на спуск. От металлического щелчка Рома слегка вздрогнул, но оружие в руки взял. Разглядывая пистолет, он восхищенно зацокал языком:
— Муха не сидела!
— Только со склада, — сымпровизировал Геннадий.
— Сколько хочешь?
— Стольник дашь, не обижусь.
Рома еле заметно ухмыльнулся, и Акулов понял, что весьма продешевил. «Блин, сейчас он все равно начнет цену сбивать, — мелькнула у него мысль. — А с другой стороны — много нам надо?»
— Вещь хорошая, новая, — начал спекулянт. — Но, у меня сейчас денег мало…
— Короче?
— Пятьдесят дам!
— В другой раз я с тобой бы поторговался! Но, сейчас времени нет. Так и быть — давай полтинник!
Рома отвернулся полубоком и, наклонив голову, зашуршал купюрами. Наконец он протянул продавцу зеленую ассигнацию с изображением Ленина.
— Нет! — замотал головой Геннадий. — Мне что-нибудь помельче!
— Нету, да!
— Давай сюда «ствол!»
— Ладно, сейчас посмотрю. Правда, не мои. Отдать должен.
На этот раз спекулянт извлек из кармана пять красных «десятирублевок». Акулов принял деньги и спрятав их в кармане, предложил:
— А золото, не возьмешь?
— Нет, золотом Альберт занимается. Но, покажи, что у тебя.
При виде лесторианской монеты, глаза у Ромы вспыхнули не хуже «презренного» драгметалла. Он вновь зацокал языком и досадливо протянул:
— На это у меня никаких денег не хватит…
— Как другу, отдам за «стольник», — небрежно бросил Геннадий.
— А она хоть настоящая?!
— На, смотри!
После детального изучения золота, спекулянт выхватил из нагрудного кармана рубашки купюру достоинством в сто рублей и протянул ее клиенту:
— Бери, пока не передумал!
— Не, ну если тебе…
— Бери-бери!
Акулов спрятал «стольник» и, повернувшись, собрался уходить.
— Стой! — остановил его Рома. — Ты ничего не забыл?
— Ах, обойма. На. В пистолет не вставляй, клади в карман. Выйдешь после меня примерно через пять минут. Пока!
ГЛАВА 40
Как только Черласий увидел появившегося напарника, тот двинулся ему навстречу. Геннадий издали показал другу поднятый вверх большой палец, в тот момент совершенно не думая о том, что тискарцу подобный жест может быть непонятен. Едва напарники приблизились, Акулов отдал барсетку и тихо сказал:
— Все в порядке. Уходим отсюда скорей.
— Куда?
— Точно не скажу, но желательно подальше.
Быстрым шагом, что для землянина было нелегко, помощники двинулись поперек торговых рядов. Метров через сто Геннадий остановился и купил у первого попавшегося продавца самсы, шесть штук «заказных». Отдав товарищу половину, Акулов с нетерпением впился зубами в пропеченую до хруста слоеную корочку вожделенного треугольника, пропитанного жиром. Руки мужчины дрожали и несколько кусочков мяса из начинки упали вниз. Не обращая на это внимания, он за короткое время полностью разделался со своей порцией.
Напарник, сначала пробующий земную пищу с опаской, вскоре уплетал самсу за обе щеки. Но, вторую штуку он осилил уже с трудом, так как калорийность данного продукта просто зашкаливала! От предложенной третьей, Геннадий не отказался, и также разделался с ней весьма быстро.
Акулов почувствовал прилив сил и его настроение поднялось. Приобретя у старушки-торговки матерчатую сумку, он добавил в нее несколько лепешек и две бутылки лимонада, купленные рядом. Зайдя за базарный туалет, Геннадий достал пистолет и также аккуратно поместил его в сумке. Сняв панаму, скомкал и опустил ее в урну.
Наконец мужчина сориентировался на возникшей в поле зрения макушки гостиницы «Москва», и двинулся с товарищем в сторону ГУМа. Людей на рынке становилось все больше, поэтому передвигаться в плотном потоке было не так просто. Акулов вспомнил тактику юношеских лет, и едва мимо пробегал с телегой очередной подвозчик товара, Геннадий устремлялся за ним. Вскоре это занятие пришлось бросить: нерасторопный тискарец отставал и затирался базарной толпой.
Но, в конце концов, напарники выбрались с рынка. С волнением вспоминая дорогу, Акулов повел друга через подземный переход. Черласий крутил по сторонам головой, и шарахался в сторону, когда многочисленные попрошайки оказывались слишком близко и тянули к нему руки. «Как тут не отпрыгнешь, — подумал землянин, — если они внешним видом не отличаются от зараженных на его планете…»
После перехода, шагая по аллее, Геннадий с интересом и грустью рассматривал проходящих навстречу, и обгоняющих его людей. «Куда-то спешат, у всех свои дела, кто-то отдыхает, — размышлял он. — И никто не знает, что буквально через несколько лет здесь все радикально изменится…»
Наконец напарники добрались до кафе-чайханы. Рядом с заведением располагались широкие деревянные топчаны, на которых восседали седые узбекские старцы, неспешно «гоняющие чаи». Возле каждого аксакала стоял маленький фарфоровый чайник и пиала. Как Акулов помнил, эти завсегдатаи сидели тут от рассвета, до заката. А что еще делать пенсионерам, прошедшим нелегкий жизненный путь, и не имеющих понятия, что привычная и стабильная жизнь в этой стране скоро покатится под откос истории…
Также Геннадий знал, что у некоторых аксакалов в чайниках находился вовсе не зеленый чай, а кое-что покрепче. И если присмотреться внимательней, это можно было определить по раскрасневшимся лицам стариков, а у некоторых, по заплетающейся речи.
Землянин подтолкнул товарища в сторону распахнутых стеклянных дверей чайханы и зашагал вслед за ним. Но едва тискарец вошел в помещение, как сразу же попятился обратно.
— Черласий, что с тобой? — удивленно спросил Акулов.
— Там… Там… — еле ответил бледный напарник.
Геннадий перехватил сумку удобней, чтобы в случае необходимости быстро извлечь оружие, и осторожно заглянул в кафе. Больше половины столиков в зале пустовали, а за остальными находилось по одному два человека. За ближайшим столом к выходу, сидели два молодых африканца. Видимо, студенты. Посколько в те времена в университетах и институтах Ташкента, их училось довольно большое количество.
— Ты что, — тихо засмеялся землянин, возвращаясь к другу, — никогда не… Хотя, откуда?
Акулов принялся объяснять тискарцу, что эти темнокожие люди совсем не опасны. Наоборот, они весьма дружелюбны и приветливы. А такой цвет кожи, из-за слишком ярких лучей светила на их континенте. Товарищ немного успокоился, но когда напарники вошли в зал, все-таки на африканцев косился.
Усадив Черласия за угловой столик, чтобы оттуда свободно просматривать все помещение, Геннадий двинулся к «амбразуре»-раздаче. Очередь оказалась маленькой, всего из нескольких человек и притом двигалась быстро. Впереди помощника стояли два юноши, и взволнованно перешептываясь, непрерывно пересчитывали мелочь.
— Что, ребята, не хватает? — понимающе поинтересовался Акулов.
— Немного, — смутился низкорослый и рыжеволосый парнишка.
— Держите! — Геннадий протянул ему красную десятирублевку.
— Нет! Вы что? Не надо! — запротестовал рыжий.
— Бери-бери! — Не обращая внимания на протесты, мужчину всунул купюру юноше в руки. — Сам когда таким как вы был… У меня зарплата хорошая. Так что не переживайте.
— Спасибо!
— Спасибо!
Когда подошла очередь Акулова, он заказал две порции плова и чай, что обошлось ему всего в один рубль. Молодой повар-узбек виртуозно толкнул перед собой тарелки. Затем взял глубокий дуршлаг, бросил в него щепоть покрошенной зелени, потом большую пригоршню мелко нарубленного тушеного мяса. Зачерпнув из казана половником приличную порцию горячего плова, вывалил в дуршлаг. После чего резко перевернул заполненную тару в тарелку. В результате в ней появился идеальный рисовый холмик с мясной верхушкой, к тому же красиво припорошенный зеленью.
Тискарец не стал присматриваться к невиданному для него блюду и сразу же последовал примеру напарника. Испытывая несравнимое ни с чем удовольствие, Черласий даже перестал коситься на представителей африканского континента.
— Эх, кормили бы нас так на хронтаре! — мечтательно протянул он, потягивая теплый чай из граненого стакана.
— А у тебя губа не дура! — засмеялся землянин. — Я бы тогда добровольно с ними контракты заключал. Шучу, конечно…
После чайханы Геннадий повел товарища прогуляться вдоль магазинного комплекса «Торговые ряды». Неторопливо шагая мимо магазинов, Акулов с грустью и ностальгией вспоминал свои прошедшие юношеские годы. Часто после занятий, он с друзьями шатался, где только можно, в том числе и в этом районе… Себе землянин купил солнцезащитные очки. Так сказать, для маскировки. Кто знает, а вдруг бандиты с рынка уже ищут его?
«А времени-то у нас полно, — подумал Геннадий. — Где бы его еще провести? Конечно, только подальше от рынка!» Торговые ряды закончились и мужчины оказались у входа в метро, станции «имени Алишера Навои».
— Друг мой! — воскликнул Акулов. — А поехали на вокзал! Погуляем там, в кино сходим.
— Может, не стоит удаляться от места высадки? — попробовал возразить тискарец.