Эдмонд Гамильтон – Сквозь космос (страница 9)

Сверху на город обрушивался поток золотистого света, мягко пробивавшийся сквозь прятавшие его источник облака сияющего тумана. Над головой не наблюдалось ни неба, ни потолка – ничего, кроме клубов светящейся дымки, которая, казалось, становится тем гуще, чем дальше удается проникнуть в нее взглядом, и которая скрывала абсолютно все, что бы там над ней не находилось.

Одна конструкция в городе возвышалось над всеми остальными. Она огромной грудой маячила менее чем в тысяче футах от нас. В отличие от других построек, что мы видели вокруг, у этой имелась крыша. Циклопический купол вместил бы в себя собор святого Петра, и еще осталось бы место – настолько то здание было гигантским. Оно во много раз превосходило размерами прочие городские сооружения, расползавшиеся во все стороны и вдалеке растворявшиеся в тумане, который, кажется, обволакивал все то место.

Тут и там над зданиями порхало несколько летучих людей, похожих на тех, что стерегли нас. Однако в сравнении с величественным мегаполисом, в котором они обитали, складывалось впечатление, что их не особо-то и много. Над необъятным городом витал дух запустения и смерти – бледная тень былого величия.

Пока мы осматривались, наши охранники неподвижно стояли позади нас, не предпринимая никаких попыток принудить нас двигаться дальше. Впрочем, как я заметил, свои смертоносные трубки они продолжали держать нацеленными на нас. Я ухватился за возможность поговорить с доктором Уитли, который с жадностью обозревал местные достопримечательности.

– Как думаешь, где мы? – спросил я его.

– В подземелье, вне всякого сомнения, – отозвался он. – Где же еще?

– Быть того не может, – сказал я. – Откуда исходит свет? И откуда взялось все это? – Я широким жестом обвел окружавшую нас панораму.

– Что касается света... – начал доктор, но вдруг осекся и уставился мимо меня на улицу, которая заканчивалась как раз рядом с нами.

Я оглянулся, чтобы выяснить причину его замешательства, и точно также вытаращился вперед застывшим от ужаса взглядом. По направлению к нам двигались два существа, столь непохожие на все когда-либо виденное нами – будь то наяву, во сне или в собственном воображении, – что мы едва не утратили рассудок в тот первый миг потрясения и страха.

Видит Бог, захватившие нас в плен крылатые создания внешне не походили на нас, но у них, по крайней мере, были человеческие (ну, или почти человеческие) черты лица. Однако бежавшие в нашу сторону два существа до такой степени отличались своим обликом от людей, что смахивали исключительно на неведомых животных с какой-нибудь далекой звезды.

Их грубые тела, очертаниями схожие с человеческими, имели две короткие нижние конечности, на которых они бежали, и две верхние – мощные на вид, невероятной длины руки. Однако прямо над плечами тела заканчивались! Там не было ничего: ни шеи, ни головы, ни единого намека на какие-либо черты лица. Сами туловища из-за своего осклизлого вида казались состоящими из розоватой плоти – будто с них кожу содрали.

Когда они бежали к нам, их лишенные костей конечности мягко топали по металлическому покрытию улицы. Я отметил, что одежды на них не больше, чем на каком-нибудь животном, и что между их плечами, прямо там, где должно бы торчать шее, расположено овальное синевато-черное пятно, отчетливо выделявшееся на фоне отталкивающей розоватости их тел.

Они приблизились вплотную, и мы с доктором отпрянули назад. Затем существа замерли и, казалось, вперились взглядом в трех наших охранников, которые, в свою очередь, тоже не сводили глаз с двух монстров. Не прозвучало ни единого звука; и те, и другие не обменялись меж собой ни словом, ни жестом. Но затем, словно бы получив четкий приказ, два чудища вдруг повели меня и Уитли вдоль улицы, вышагивая спереди и позади нас. Один из троицы прежних наших охранников подал нам знак, означавший, по-видимому, что мы должны повсюду следовать за своими новыми конвоирами.

Мы шли вместе с ними. Что же еще нам оставалось? Я, впрочем, думал, что оторваться от этих двоих не составит особого труда, потому как у них, насколько мы видели, не было ни оружия, ни даже зрения. Так что, решив проверить свою догадку на деле, я неспешно брел за впередиидущим существом, а затем сделал вид, будто поворачиваю на другую улицу.

Буквально одну секунду передняя тварь продолжала путь без меня, потом резко остановилась и, развернувшись, бросилась прямехонько ко мне, перемещаясь до ужаса быстро. Я отступил в сторону – однако тварь отклонилась туда же. В мгновение ока она обхватила мою шею одной из своих верхних конечностей и с чудовищной силой потащила меня обратно в строй.

В державшей меня руке отсутствовали кости, поскольку она дважды – словно какой-то боа-констриктор – обернулась вокруг моей шеи. И теперь щупальце сжималось со всей сокрушительной мощью упомянутой змеи. Судорожно дергаясь, мне удалось избавиться от холодной скользкой хватки безликого урода. Впредь я больше не проводил никаких проверок и ни на шаг не отставал от шагавшей впереди меня твари.

Когда нас вели через город – по его длинным наклонным улицам – мы с Уитли не разговаривали друг с другом, увлеченно разглядывая сопровождавших нас тварей и местные пейзажи. Мы увидели, что город и в самом деле оказался мертвым: на его улицах не было ни давки, ни напористых толп, а стоявшие вдоль этих улиц здания выглядели пустыми и заброшенными. Наверху хлопали крыльями несколько летучих людей, и временами один или двое из них, увидав нашу бредущую вперед процессию, спускались по спирали немного ниже и кружили над нашими головами, внимательно разглядывая нас. Но через несколько минут все они улетали прочь, и, судя по всему, наши чудовищные стражи совершенно их не замечали.

Тут и там на улицах мы видели других созданий, похожих на тех, что конвоировали нас, и я обратил внимание: все они выглядят чрезвычайно занятыми, бегая туда-сюда с огромной скоростью. Кое-кто нес тюки не пойми чего, другие – странного вида инструменты. Было вполне понятным, что это рабы или слуги крылатых тварей.

Тем временем наши охранники приблизились к небольшому зданию, которое, в отличие от близлежащих построек, имело крышу. Войдя внутрь, мы по коридору проследовали к двери, запертой снаружи на металлический брус, что лежал поперек нее на вмонтированных в стену крюках. Шедшее впереди нас создание, сняло засов, отворило дверь и, встав сбоку от нее... Я чуть было не сказал «уставилось на нас» – до такой степени было очевидным его внимание, сосредоточенное на мне и на докторе.

Мы сразу поняли, чего от нас ждут, и с неохотой прошли через дверной проем в тесную камеру. Дверь с лязгом захлопнулась позади нас. Снаружи засов опустился на место, и мы услышали мягкий топот наших охранников, уходивших назад по коридору.

Слабый шорох заставил нас быстро переключить внимание на внутреннее убранство камеры. В лучах света, проникавших через маленькое, расположенное высоко на стене окошко мы увидели какую-то бесформенную груду, что лежала в углу комнаты, накрытая куском белого полотна. Мы отшатнулись к двери. С каким же еще новым ужасом заперли нас в одной комнате?

Груда вновь пошевелилась – мы, как завороженные, следили за ней. Затем покрывало внезапно отлетело в сторону и существо уселось к нам лицом. Оно в точности походило на человека! Собственно, это и был человек!

10

Я остолбенело таращился, а мой спутник ринулся вперед, рухнул на пол рядом с человеком и закричал:

– Холланд! Ты здесь?! Это я – Уитли!

Затем доктор поднял на меня взгляд, и дрожащим от злости голосом прорычал:

– Что они с ним сделали? Ты только посмотри! – Он указал на тело мужчины.

Я опустился на корточки, и болезненно скривился от увиденного. Ниже колен у Холланда не было ничего – ноги превратились в бесформенные обрубки. Также исчезла левая рука, и лишь подушечка белой плоти обозначала место, где от плеча раньше отходила конечность.

Человек открыл глаза, со страхом взглянул на меня и доктора и, съежившись, отпрянул назад. Печальное зрелище. А ведь некогда это был прекрасно сложенный мужчина: рост – шесть футов, сила и внешность – как у викинга, а бородатое лицо лучиться энергией. Поэтому было невыносимо видеть ту развалину, в которую он теперь превратился.

Его взгляд блуждал по нашим лицам, затем вдруг замер на моем товарище – и в следующий миг калека вцепился в плечо доктора своей единственной рукой.

– О, Боже! – прохрипел он. – Боже мой!

– Ты узнаешь меня, Холланд? – спросил доктор Уитли. – Ты ведь помнишь меня, не так ли? А Беркли? А университет?

– Беркли... – задумчиво повторил сидевший на полу мужчина. – Да... А ты... Уитли, ты здесь! Как, во имя всего святого, ты сюда попал?

В нескольких словах – насколько это было возможно – доктор Уитли рассказал о цепочке событий, что привела нас в ту камеру; поведал о падающем Марсе, ставшем причиной нашего путешествия на остров. Я заметил, как на лице Холланда промелькнуло некоторое удивление, когда он услышал эти новости, но они вроде бы нисколько не заинтересовали его. И следующие его слова показали, что ему и так известно многое.

– Да, что касается Марса, то я об этом уже знаю, – сообщил он. – Кажется, я провел здесь долгие годы, и за это время смог кое-что выяснить. Долгие-долгие годы! – Он выглядел глубоко задумавшимся, произнося последнюю фразу.