Эдмонд Гамильтон – Легион Лазарей (страница 10)

— Если только он не засунул его в такое опасное место, что туда никто не ходил. Место, куда даже он не ходил, но о котором он знал бы, будучи инженером.

— Можешь ли ты придумать какое-нибудь место, которое отвечало бы этому описанию?

— Да, — медленно заговорил Хирст. — Подземные хранилища. Они всегда горячие, даже когда пустые. Всё, что спрятано возле них, скроет радиация. Никакой детектор не увидит ничего, кроме урана. Возможно, даже ты не смог бы…

— Нет, — с удивлённым видом подтвердил Шеринг. — Наверно, мы бы не смогли. Радиоактивное возмущение оказалось бы слишком сильным, чтобы пройти, даже если бы мы искали за ним что-нибудь, но мы не искали.

Кристина вскочила.

— Но существует ли способ, как это могло быть сделано? — теперь она наклонилась над Хирстом. — Очевидно, что титанит не мог быть помещён прямо в бункер с ураном — если не сделать чего-то ещё, он отправился бы в очередном танкере.

— Да, — согласился Хирст. — Даже несколько способов. Я сам могу придумать пару, а я даже никогда не видел макета. Я знаю, что рядом с механизмом подачи идёт вниз ремонтноподъёмная шахта, и есть какая-то система разбегающихся туннелей и аварийное устройство, которое включается автоматически, чтобы выпустить в них поглотитель с жидким графитом, если уровень излучения становится слишком высоким. Я не помню, чтобы так когда-либо делалось, но это система безопасности. Там может оказаться множество мест, где можно спрятать свинцовый ящик, наполненный титанитом.

— Если я не покажу им, как, — медленно повторил Шеринг и начал расстегивать ремни, которые привязывали Хирста к столу. — Звучит зловеще. Готов поспорить, что поиск титанита будет детской игрой по сравнению с его извлечением. Ладно, мы сделаем всё, что сможем.

— Первое дело, — мрачно сказала Кристина, — это избавиться от Беллавера. Если у него будет хоть малейшее подозрение, куда мы направляемся, он сообщит по рации и предупредит весь Титан.

— Правильно — теперь он владеет обогатительным заводом, так ведь? — сказал Хирст, сидевший сейчас на краю стола, вцепляясь в него при рывках корабля. — Завод до сих пор работает?

— Нет. Шахты вокруг выработаны, э-э, десять-пятнадцать лет назад. Деятельность переместилась на север и восток на другую сторону хребта. Именно это может дать нам шанс, — Шеринг вместе с Хирстом проковылял по встающей на дыбы палубе и усадил того в специальной формы койку, его глаза отражали напряжённую работу мысли. — Хирст, я хочу, чтобы ты вспомнил о заводе всё, что можешь. План участка, где именно находятся здания, подъёмники, посадочное поле. Всё.

— Когда я получу Вернона? — оскаливаясь, напомнил Хирст.

— Ты получишь его. Я тебе обещаю.

— А как насчёт Беллавера? Он всё ещё позади.

Шеринг улыбнулся.

— Это работа Кристины! Пусть беспокоится.

Хирст кивнул. Он принялся вспоминать завод. Кристина и двое других вышли.

Спустя короткое время произошёл ряд событий, резко и одно за другим. Корабль лазарей, следуя своим безумным и стремительным курсом среди роящихся обломков Пояса, далеко опередил яхту Беллавера, но всё ещё оставался в пределах досягаемости приборов. По-видимому, от отчаяния беглецы внезапно рискнули и нырнули в скопление больших зазубренных скал, летящих кучно и с бешеной скоростью. Скопление составляло, возможно, двести миль в поперечнике. Звездолет крутился и поворачивался, потом была короткая вспышка яркого пламени, и далее ничего.

— У них взорвалась ходовая часть, — ликовал Беллавер на мостике своей яхты.

Приборы сделали ошибку, главным образом потому, что при такой плотности скопления невозможно было отделить одно тело от другого.

— Они больше не гасят мой разум, — заметил Вернон. — Всё кончилось, похоже на то.

Но он всё-таки сомневался.

— Ты можешь найти их корабль? — спросил Беллавер.

— Я стараюсь.

Беллавер схватил его за руку.

— Смотри туда!

Вдали полыхнула вторая, более крупная и яркая вспышка пламени.

— Они врезались в астероид, — сказал он. — С ними покончено.

— Я не могу их найти, — доложил Вернон. — Ни корабля, ни обломков. Это может оказаться уловкой. Они могут держать плащ.

— Трюк? — сказал Беллавер. — Сомневаюсь. Черт с ними, у нас кончается топливо, и я не собираюсь лезть в этот лабиринт и рисковать собственной шеей, чтобы разузнать, что да как. Если они проявятся позже, мы с ними разберёмся.

Но они оба продолжали следить за скоплением, пока оно не скрылось с глаз долой. И ни глаз, ни инструмент, ни зондирующий разум Вернона не могли различить никаких признаков жизни.

Глава 8

Титан раскинулся под ними в свете Сатурна под фантастическим сиянием Колец. Жестокий отталкивающий мир зубчатых вершин и мерцающих равнин с ядовитым снегом. Крошечный спасательный плот падал туда, нервно рыская, оттого что попал в разреженную атмосферу. Хирст крепко вцепился в поручни, стараясь не стошнить. Он так и не привык к космосу, и на скифе ему было довольно плохо. Теперь, без какого-либо защитного корпуса и только лишь с изогнутым щитком впереди, он чувствовал себя муравьём на летящем листе.

— Мне тоже это не нравится, — заметил Шеринг. — Но плот даёт нам какой-никакой шанс пройти незамеченными. Как правило, радар не выискивает ничего настолько маленького.

— Я всё понимаю, — нахмурился Хирст. — Это мой желудок тупит.

Он мог бы теперь разглядеть заводской комплекс в миллионе головокружительных миль под собой. Корабль лазарей оставался где-то высоко над ними, скрываясь в Кольцах. Там, в Поясе, с Беллавером трюк сработал, и они надеялись, что теперь он сработает и с наблюдателями Беллавера на Титане. В этот раз не было нужды в каких-либо фиктивных взрывах, чтобы произвести впечатление крушения. Ключевым словом была секретность, все огни и реактивные двигатели приглушили до искры. Потом, когда Хирст с Шерингом завершат свою миссию, кораблю нужно будет быстро упасть и подобрать их с титанитом, прежде чем успеет добраться какой-нибудь патрульный корабль.

Они на это надеялись.

Строения завода были тёмными и холодными, контуры уходили под сугробы мелкого снега. С равнины исчезла паутина дорог, а посадочное поле было ровным и без опознавательных знаков. По его периметру, как одинокие стражи в капюшонах и масках, стояли шесть мёртвых башен подъёмников.

Хирст почувствовал, как внезапно защипало в горле, и уж этого-то он не ожидал. Обогатительный завод на Титане вряд ли заслуживал сантиментов. Но он был так тесно связан с другими вещами, с надеждами на будущее, которое теперь осталось далеко позади, с мечтами о Елене и детях, которые стали теперь жестокой насмешкой, с дружескими воспоминаниями о Сауле и Лендерсе, ныне давно умерших… Хирст не мог смотреть на эти строения равнодушно.

— Попробуем ещё раз, — тихо сказал Шеринг. — Если бы мы смогли однозначно и точно определить, где титанит, было бы другое дело. Вряд ли у нас будет время обыскать все шесть бункеров.

Радуясь возможности отвлечься, Хирст попробовал. Он связал свой разум с Шерингом, и, пока плот со свистом падал сквозь воздух, двойным зондом они исследовали шесть подъёмников и хранилища под ними, одно за другим.

Всё осталось по-прежнему. Бункеры пустовали более десяти лет, но до сих пор остаточное излучение было достаточно горячим, чтобы предъявлять глазам разума светящуюся дымку, затуманивая всё вокруг себя.

— Минуточку, — задумался Хирст. — Давай использовать нашу смекалку. Глянь, как расположены эти подъёмники. Широкий полумесяц. Теперь, если бы я был Макдональдом, идущим с гор с грузом титанита, и я хотел бы, чтобы меня не видели, какой из них я бы выбрал?

— Или первый, или шестой, — без колебаний заявил Шеринг. — Они дальше всего от зданий.

— Но номер шесть стоит в западной части полумесяца, и чтобы добраться до него, тебе нужно будет пройти через посадочное поле, — он мысленно указал на номер один. — Я ставлю на этот. Может, попробуем снова?

Они попробовали. В этот раз на какое-то мгновение Хирсту подумалось, что у него что-то есть.

— У меня тоже, — сказал Шеринг. — Вроде как вниз и назад.

— Да, — подтвердил Хирст. — Берегись!

Непроизвольный крик вызвало внезапное столкновение спасательного плота с облаком. Пар был очень густым и после абсолютно прозрачного пространства заставил Хирста ощутить удушье. Шеринг взялся за жалкую систему управления плота, и через минуту или две они были под облаком и по спирали неслись вниз к месту посадки. Шёл снег.

— Неплохо, — сказал Шеринг. — Будем надеяться, так будет и дальше.

Они приземлились рядом с подъёмником номер один и быстро пробрались через мелкие заносы, прихватив с собой необходимое оборудование. Люк был запечатан пластиковым спреем, чтобы предотвратить коррозию, и им потребовалось несколько минут, чтобы его открыть. В башне было темно, но они не нуждались в свете. Их иные чувства довольно чётко показывали им изношенные металлические ступени. В верхнем отсеке обнаружились тёмные и мёртвые приборные панели. Хирста трясло в скафандре. Так много раз он бывал здесь, и так давно.

— Давай займёмся делом, — предложил Шеринг.

Они натянули защиту от излучения, что прихватили с собой с плота. Без питания подъёмник был бесполезен, но каркасная клетка, лишённая всех инструментов, была не настолько тяжёлой, чтобы два сильных мужчины не отвели её подальше от устья шахты. Они убедились, что та останется открытой, и тогда отправили вниз лёгкую складную лестницу. Хирст первым пополз вниз в ровную круглую полностью лишённую света шахту, одна секция которой открывалась к тянущемуся параллельно подъёмному механизму.