Эдгар Уоллес – Тайна желтых нарциссов (страница 17)

Доктору уже чудились за спиной шаги преследователей. Может, ему лучше вернуться, рассказать о том, что случилось, объяснить свой внезапный порыв и принять на себя последствия?

Последствия — это арест, тут сомнений не было. Но доктору совсем не хотелось сидеть в тюрьме. Зато ему очень хотелось, чтобы в четырех стенах за крепкими запорами оказался синьор делла Кроче. Доктор стиснул зубы и продолжал свой путь.

И вдруг ему вспомнилось полученное накануне письмо астролога.

«Сатурн, который властвует над узилищами и арестами, в своем восхождении торжествует над Меркурием, под которым Вы родились и который находится сейчас в подавляющем его знаке Рыб», — пробормотал доктор и с грохотом захлопнул за собой дверь библиотеки.

Так и вышло, что час спустя руки старшего библиотекаря вновь заходили ходуном вверх и вниз, как поршни: две срочные телеграммы уведомили профессоров Бонвало и Бошана, что они отогрели змею на своей груди, а в страсбургскую полицию поступило заявление о том, что доктор Йозеф Циммертюр из Амстердама похитил и увез в неизвестном направлении национальное достояние Французской Республики.

Глава восьмая

Меркурий против Сатурна — первый раунд

Доктор, моргая, оглядел Плас де ля Репюблик — площадь Республики, которая раньше называлась Кайзерплац — площадь Кайзера. Никаких следов синьора делла Кроче, да и трудно было ожидать, что он окажется здесь. Но чуть поодаль, на углу авеню де ля Либерте, то есть проспекта Свободы, который еще несколько лет назад назывался улицей Кайзера Вильгельма, стояла одинокая машина. Доктор в мгновение ока оказался возле нее.

Это был маленький открытый фиат. Шофер прогуливался рядом с машиной, время от времени останавливаясь и притопывая ногой.

— Скажите, не видели ли вы высокого брюнета лет тридцати, выходящего из библиотеки?

Шофер утвердительно кивнул.

— Куда он пошел?

— Он сел в машину и поехал вон по той улице.

— Эта улица ведет к вокзалу?

— Да.

— Везите меня к вокзалу, и побыстрее!

Доктор мгновенно взобрался в машину, она рванула с места. Не прошло и пяти минут, как они оказались у вокзала. Когда они подкатили к входу, шофер издал победный клич:

— Вот машина, которую он нанял! Я знаком с шофером.

Доктор быстро расплатился с шофером и ринулся в здание вокзала. Там он огляделся вокруг. Никакого синьора делла Кроче! Доктор направился было к билетной кассе, чтобы расспросить кассира, когда сзади его окликнули:

— Мсье!

Доктор порывисто обернулся. Это был шофер.

— В чем дело?

— Его здесь нет. И он не уехал на поезде.

— Как это так? Откуда вы знаете?

Шофер усмехнулся:

— Знаю, потому что шофер, который его привез, — мой приятель и он видел, как тот вышел из другой двери, возле телеграфа, и сел в другую машину. Он поднял воротник пальто, но мой приятель все равно его узнал.

Доктор прервал шофера воплем, который напоминал крик подстреленного зайца:

— Я так и знал! Поезд — это не для него! Живо! Попытайтесь узнать, куда он поехал. Если узнаете, получите…

Шофер уже выскочил из зала. Доктор, отдуваясь, бежал вдогонку. На вокзальной площади он увидел его — тот разговаривал с двумя своими коллегами. Те качали головой и указывали в сторону старого города.

— Он поехал в сторону моста Святого Петра. Они не слышали, какой он назвал адрес, но такси он взял междугородное.

— Похоже, он решил перебраться через границу, — проревел доктор. — Как называется ближайшая пограничная станция?

— Кель, — ответил шофер. — Стало быть, мы…

— Едем в Кель! — крикнул доктор. — И если мы его нагоним, получите сто франков сверх счетчика!

Оба уже сидели в машине. Пока они огибали полукруглую вокзальную площадь, шофер, обернувшись, покосился на доктора:

— Он что, натворил чего-то?

— Натворил! — подтвердил доктор, разразившись проклятиями. — Летите стрелой, и если мы его нагоним, получите сто — нет, двести франков!

Они миновали живописный старый город, проехали мимо церкви Святого Петра и виноторговых рядов. У большого собора шофер на мгновение притормозил.

— Из города ведут две дороги, — пояснил он. — Одна мимо биржи, другая мимо университета. Дальше они соединяются в одну, но здесь…

— Езжайте мимо университета! — воскликнул доктор. — Эта погоня во славу Минервы!

Шофер повиновался. Вскоре они выехали за городские ворота и покатили через Илльский канал. Перед ними лежала дорога на Кель. Вдруг шофер затормозил. Они были у таможни.

— Не проезжало ли здесь недавно большое зеленое междугородное такси?

Таможенник покачал головой:

— За последние полчаса здесь не проехало ни одной машины.

Шофер вопросительно посмотрел на своего пассажира. Доктор ответил вопросом:

— Могли мы его обогнать?

Шофер помотал головой:

— Ребята на станции сказали, что он ехал на огромной скорости. Он уже давно был бы здесь. Будем ждать или…

— Подождем немного!

Они стали ждать. Машина не появлялась. Шофер откашлялся. Без сомнения, перед его мысленным взором маячили две сотни франков.

— А вы уверены, что он поедет в Кель?

— Уверен? — воскликнул доктор. — Я понятия не имею, куда он направился. Знаю только, что у него есть причины постараться выбраться из города незамеченным, а я должен любой ценой этому помешать!

Шофер поднял указательный палец:

— Тогда я знаю, что он сделал. Он поехал не к границе, а в обратную сторону! Возле Келя множество таможенников и полицейских. А он, видно, что-то натворил?

Доктор подтвердил это крепким словцом.

— Куда же он в этом случае поехал?

— В сторону Васлона или Нё-Бризака. Через Васлон можно попасть в Нанси или Мец, а через Нё-Бризак идет дорога на юг.

— Ставлю десять против одного на Нё-Бризак, — сказал доктор. — Что ему делать в Центральной Франции? Он хочет перебраться через границу, а самая близкая граница — швейцарская! Едем! Нельзя терять ни минуты!

И они поехали обратно в город. На Биржевой площади шофер свернул на юг, и вскоре они оказались у новой таможенной заставы. Доктор задал тот же вопрос, что и прежде, но на этот раз получил другой ответ:

— Большая зеленая междугородная машина проехала здесь четверть часа назад. Путь ей предстоял дальний, потому что ее заправили бензином вон в том гараже.

Таможенник знаком разрешил им ехать дальше, и доктор, облегченно вздохнув, опустился на сиденье.

— В первый раз в жизни я понял, что таможня бывает полезной. Стало быть, он заправился бензином и едет в дальний путь! А как обстоят дела у нас? Бензина хватит?

Шофер уверенно кивнул. Только теперь доктор наконец по-настоящему разглядел своего водителя. Это был славный парень, высокий блондин с курносым носом и веснушками на лице, которое озарялось задорной мальчишеской улыбкой, обнажавшей на редкость белые зубы. Доктор уже успел возыметь доверие к его манере вести машину; и доверию этому в ближайшее время суждено было оправдаться.

Машина стремительно летела к югу. Однако никаких следов машины синьора делла Кроче не было видно. Бросив спустя некоторое время взгляд на часы, доктор понял, что во всяком случае сегодня он уже не успеет вернуть рукопись. В эту самую минуту библиотека в Страсбурге закрывалась. Доктор зажмурился, чтобы отогнать от себя навязчивое видение — сцену, которая в этот миг разыгрывалась в зале библиотеки. Он почувствовал, как вспыхнули его щеки. Что говорили в эту минуту о докторе Йозефе Циммертюре из Амстердама благочестивые хранители книг? Какими эпитетами сопровождали его имя и какого рода пожелания посылали ему вслед? Разлившийся по лицу доктора румянец добрался до кромки его волос надолбом, и Циммертюр возблагодарил сумерки, окутывавшие его черты милосердной дымкой. И все эти неприятности из-за несчастного итальянца и рукописи, которая, если судить по ее содержанию, на взгляд доктора, не стоила и двадцати франков! Про себя Циммертюр долго и усердно сыпал проклятиями, но шофер, как видно, был не лишен способности читать чужие мысли, потому что он вдруг обернулся к доктору и добродушным тоном спросил:

— А не лучше ли дать телеграмму в Базель?

Доктор присвистнул. Белобрысый парнишка был прав!

— Браво! — сказал он и стал рыться в кармане, предназначенном для бумажника, хотя бумажника там не было, а в беспорядке лежали купюры разного достоинства. — За эту идею набавляю еще сотню франков. Но откуда мы можем телеграфировать?