Эдгар Уоллес – Похищенная картина. Убийство у школьной доски. Обожатель мисс Уэст. Рубины приносят несчастье (страница 41)

— Пока ничего. Оставим.

— Хорошо. Что будем делать?

— Теперь, — с довольным видом изрек адвокат, — ситуация абсолютно ясна. Немедленно отправляйся в магазин фототоваров- Скажешь, что мне нужен аппарат, с помощью которого делают снимки отпечатков пальцев. Еще возьми кассетную камеру с матовым стеклом. Не забудь подсветки. Что ж, попробуем сфотографировать отпечатки пальцев, оставленные на жевательной резинке таинственной посетительницей.

— А после?

— Увеличим снимки так, что на фотографии останутся только отпечатки пальцев, а резинки видно не будет.

— Что потом?

— Потом? Надеюсь, к тому времени нам удастся найти обладательницу папиллярных линий и кое-что разузнать. А пока я пойду потолковать с Полом Дрей-ком.

— Шеф, — встревожилась Делла, — не слишком ли ты рискуешь?

— Конечно, рискую, — беспечно улыбнулся адвокат.

— Не лучше ли плюнуть на все и позаботиться о собственной шкуре?

Мейсон покачал головой:

— Мы должны защищать интересы клиента, моя дорогая. Опиши мне внешность той девушки. Как можно подробнее.

— Минутку… — Делла сосредоточилась. — Возраст: лет двадцать шесть — двадцать семь. Рост: пять футов три дюйма. Вес: пятьдесят четыре кило. Каштановые волосы, выразительные карие глаза. Красивая, стройная, очень изящная и элегантная.

— Изящная и элегантная? — Мейсон был явно заинтересован.

— Ого!

— Как она была одета?

— Это я прекрасно помню. Она выглядела просто сногсшибательно. Я скорее приняла бы ее за состоятельную посетительницу, нежели за девушку из агентства канцелярских услуг. На ней был отлично скроенный костюм из серой фланели, — мечтательно продолжала Делла. — Синие кожаные туфли и… гм… погоди-ка… Да! Мыски туфель были украшены изящным белым швом. Сумочка в форме большого конверта, безукоризненно гармонирующая с нарядом. Белые перчатки. Постой… Шляпки на ней не было. Черепаховый гребень в волосах. Великолепная прическа… Что еще? Жакета во время работы она не снимала. Кажется, на ней был светло-голубой свитер из кашемира… Впрочем, за цвет не ручаюсь.

Мейсон весело рассмеялся.

— О женщины, женщины! Как вы наблюдательны… особенно если речь идет о другой женщине. Запомнила все до мелочей! Напечатай этот словесный портрет на машинке. Только возьми простую бумагу, а не фирменный бланк.

Не успела секретарша закончить и встать из-за машинки, как Мейсон распорядился:

— А теперь ступай принеси все необходимые фотографические принадлежности. Купи побольше пленки, вспышку, штатив и вообще все, что может понадобиться. Только не проговорись, зачем нам это нужно.

— А вдруг в магазине сами догадаются, что мы собираемся делать?

— Скажи хозяину, что я намерен допросить свидетеля обвинения, а предварительно мне необходимо ознакомиться с устройством этих приборов.

Делла кивнула головой.

Мейсон взял описание Мэй Уоллис и отправился в сыскное агентство Дрейка.

— Пол у себя? — приветливо спросил Мейсон у девушки, обслуживающей коммутатор.

— Да, господин адвокат. Сообщить ему, что вы хотите его видеть?

— Он один?

— Да.

— Тогда я доложу о себе сам, — решил Мейсон.

Агентство Дрейка располагалось в конце длинного застекленного коридора. На дверях красовалась табличка в бронзовой оправе: «Пол Дрейк».

— Привет! — обрадовался владелец агентства. — А я как раз тебя поджидаю.

Мейсон удивленно поднял брови.

— Не прикидывайся невинным младенцем, — возмутился Пол Дрейк. — Руководство «Южноафриканской Компании по добыче и импорту драгоценных камней» очень интересуется твоей персоной. Они звонили администратору здания и наводили о тебе справки.

— Назвали мою фамилию или просто попросили порекомендовать хорошего адвоката?

— Назвали твою фамилию. Хотели узнать о тебе как можно больше.

— И что им сказал администратор?

— Ты не задолжал за аренду помещения? — сострил Дрейк.

— Черт побери, в чем дело, Пол?

— Мне известно лишь одно: речь идет об убийстве. Судя по поведению полиции, кто-то начал каяться в грехах.

— Вот именно, — проворчал Мейсон. — Причем кающийся грешник, чтобы облегчить совесть, пытается обвинить в смертном грехе своего ближнего.

— Возможно, — согласился Дрейк. Что будем делать?

— Примемся за работу.

— А конкретно?

— Прежде всего надо отыскать эту девицу.

— О’кей, но мне нужны какие-нибудь данные.

Мейсон вручил ему словесный портрет, составленный Деллой Стрит.

— Ничего себе, — рассмеялся Дрейк. — Да я могу спуститься на улицу, стать на перекрестке и за десять минут набрать сотню девиц, к которым подойдут эти приметы.

— Перечитай снова, — возразил Мейсон. — Она выглядит куда эффектней, нежели заурядная служащая.

— Если бы она выглядела заурядно, я набрал бы тебе тысячу.

— Ладно. Придется сузить круг поисков.

— Как?

— Эта девушка — классная машинистка, — сообщил Мейсон. — Скорее всего, она работает секретаршей в каком-нибудь почтенном учреждении.

— Либо, — осадил его Дрейк, — она была когда-то секретаршей, а потом вышла замуж и оставила работу.

Мейсон кивком головы признад его правоту.

— У нее также есть кое-какой юридический опыт, — добавил он.

— Откуда ты знаешь?

— Секрет.

— Хорошо. Что я должен предпринять?

— Открой липовую контору. Позвони в агентство, которое подыскивает канцелярских служащих для адвокатов, помести в газетах объявление, что тебе нужна молодая, привлекательная машинистка. Не знаю, умеет ли она стенографировать… Поэтому добавь, что знание стенографии желательно, но не обязательно. Жалованье — двести долларов в неделю.

— Опомнись, Перри! — возопил Дрейк. — Да на тебя обрушится лавина! С таким же успехом ты можешь попросить весь город собраться в твоей конторе.

— Погоди. Это еще не все.

— Шутишь?

— Нет. В объявлении укажи, что кандидатки должны сдать экзамен на профессиональную пригодность. Нам требуется девушка, которая печатает без ошибок и делает максимум знаков в минуту. Конечно, машинистка такой квалификации наверняка уже где-то работает. Чтобы заинтересовать ее, нужно предложить исключительно выгодные условия. Вероятно, в первой половине дня у нее нет свободного времени. Поэтому напиши в объявлении, что контора открыта с двенадцати утра до семи вечера.

— Ты хочешь, чтобы я нанял комнату с мебелью?