Эдгар Уоллес – Черный аббат. Мелодия смерти (страница 16)

Он взбежал по лестнице и через пять минут вернулся уже в костюме и плаще. Они сели в автомобиль и поехали в Уиллоу.

– Как вы попали в наш дом?

– Прошла через ваш кабинет. Сначала я посигналила, потом позвонила в дверь, но мне никто не открыл. Тогда я дернула дверь на веранду, и она оказалась не заперта.

– Я забыл задвинуть щеколду, чему очень рад. Впредь никогда не буду этого делать, – улыбнулся Дик. – А теперь расскажите мне все по порядку.

Она повторила всю историю, и, по мере того как Лесли успокаивалась, она смущалась все больше и больше.

– Какой трусихой вы меня, наверное, считаете! Не знаю, в котором часу все это произошло, но думаю, что минут тридцать или сорок назад. Я уже засыпала, когда услышала голоса и выглянула в окно. Было еще темно, и я, очевидно, не узнала бы брата, если бы не его сердитый тон.

– Вы расслышали, что он говорил?

– Нет, они стояли слишком далеко от меня, у кустов, растущих вдоль дороги. Потом я увидела, как Артур ударил того человека, и они начали драться. Когда же я спустилась, оба уже исчезли. Вот и все… – И тут же спросила: – Вы говорите, что видели Артура? При каких обстоятельствах?

Он в двух словах описал свою последнюю встречу с Джином, умолчав о деталях.

– Не может быть! – поразилась она. – Значит, он вообще не ложился спать. Что все это значит, Дик?

– Бог его ведает, – осторожно ответил он. – Скорее бы приехал Путлер!

Автомобиль вырулил на главное шоссе и помчался к дому мистера Джина. После поворота налево Дик заметил человека, шагающего впереди.

– А вот и ваш братец, – промолвил он, и Лесли облегченно вздохнула.

Дик притормозил.

Это действительно был Артур, но в каком неприглядном виде! Нос разбит в кровь, под глазом – огромный синяк.

– Ничего особенного, – хмуро промолвил он. – Я задал трепку одному бродяге.

Брюки его нового костюма были порваны, руки в ссадинах и крови. Понимая, что сейчас не время задавать вопросы, Дик последовал за братом и сестрой в качестве молчаливого, но заинтересованного зрителя.

Слуг немедленно разбудили, и один из них приготовил кофе. Ричард, полумертвый от усталости, с удовольствием выпил чашку дымящегося ароматного напитка.

– Что вы думаете обо всем этом? – спросила его девушка, после того как Артур, отказавшись от помощи, ушел к себе в комнату перевязать раны.

– Ваш брат объяснил, что устроил потасовку с каким-то бродягой.

Лесли бросила на Дика подозрительный взгляд.

– Вы же сами не верите в это! С каким бродягой? Я уверена, что дрался он с Джилдером!

Эта мысль еще раньше пришла в голову и Ричарду, но он не понимал, как Джилдер оказался возле коттеджа Джина в пятом часу утра.

– Чуть позже я расспрошу вашего брата поподробнее, – пообещал он.

– Что бы я делала без вас? – растерянно произнесла она. – Я бегу к вам со слезами всякий раз, как только со мной что-то случается. И всегда, когда мне что-нибудь угрожает, вы оказываетесь рядом. В один из таких дней я постигну наконец-то преимущества своего пола…

Возвратившись домой, Дик потихоньку прокрался к себе в спальню и начал раздеваться. Когда он шел к кровати, то наступил ногой на что-то острое и блестящее.

– Господи! – пробормотал он, подняв нож.

С полминуты он хмуро рассматривал его, а затем, вернувшись к двери, запер ее на ключ. Привычке спать с открытыми дверями пришлось изменить, ибо последние двадцать четыре часа его жизни принесли с собой много неприятных неожиданностей.

Глава 18. Сержант Путлер

Клерки адвокатской конторы Артура Джина с утра находились в полнейшем недоумении: впервые за двадцать пять лет своей службы Фабриан Джилдер не явился на работу. Потом поступила телеграмма: Джилдер просил прислать ему с курьером личные вещи из ящиков его письменного стола. «Очевидно, я уже не вернусь в офис, – сообщалось далее, – поскольку подал мистеру Джину прошение об отставке и намерен заняться устройством частных дел».

Артур телеграфировал, что подтверждает увольнение Джилдера и назначение на его место другого юрисконсульта, которого отнюдь не обрадовало повышение в должности, поскольку слухи о неустойчивости предприятия Джина уже распространились по всему Лондону и сотрудники опасались потерять жалованье.

Сам босс не появился в конторе ни в этот день, ни на следующий, и причина ухода Джилдера осталась неясной.

Алмсфорд-младший не страдал любопытством: ему и в голову не пришло бы выяснять подробности личной жизни бывшего старшего клерка. Дик принял ванну, побрился и спустился в вестибюль встретить визитера из Лондона.

Дик тотчас понял, что это – сержант Путлер, хотя никогда в жизни не видел его. Описание, полученное им в письме от старого друга, вполне соответствовало истине. Это был высокий худощавый человек лет сорока. Бросались в глаза его низкий лоб, толстая нижняя губа и руки, доходящие едва не до колен. Похоже, бедный Путлер по прозвищу Орангутан хорошо знал недостатки своей внешности, однако это обстоятельство не столько печалило, сколько развлекало его.

– Ну-с, сэр, как я вам нравлюсь? – весело спросил он. – Я встречал людей, которые, увидев меня, падали в обморок, особенно романтические натуры. – Он подмигнул Ричарду, и искорки смеха вспыхнули в глубине его карих глаз.

– Я не упаду, – улыбнулся Дик. – Потому что я вовсе не романтик.

В этот момент в вестибюле появился лакей Томас и ошарашенно уставился на гостя, моргая глазами.

– Проводи мистера Путлера в его комнату, – велел Дик. – А потом, дорогой Путлер, приходите вниз завтракать. Я хочу вам рассказать кое-что любопытное.

Ошеломленный Томас повел гостя на второй этаж – ему выделили комнату рядом со спальней Дика.

– Чем могу быть полезен, сэр? – спросил лакей у сержанта.

– Пока ничем, спасибо, – поблагодарил Путлер, но в тот момент, когда Томас собирался уже выйти, он остановил его вопросом: – Как вас теперь зовут, дружище?

– Я, сэр? – запнулся лакей. – Мое имя Томас Янг.

Путлер покачал головой.

– Томас Браун, – сказал он нараспев, – по прозвищу Мистер Неудачник, он же – Генри Пройдоха. Я ничего не путаю? Твой хозяин знает, что твое настоящее имя – Шлезер и что ты отбывал срок в Дартмуре?

– Нет, – угрюмо ответил лакей.

– Жаль, – усмехнулся детектив.

Томас с мрачным видом вышел из комнаты, а Путлер принялся раскладывать свой нехитрый гардероб. Через полчаса, побрившись и переодевшись с дороги, он спустился в гостиную.

– Как устроились? – вежливо поинтересовался у гостя Ричард.

– Вы уверены, что это моя комната, мистер Алмсфорд? – с улыбкой спросил детектив. – Похоже, вы ждали принца Уэльского. Я давно мечтал поспать на такой кровати. Какие планы?

– Сначала я должен представить вас своему старшему брату. Кстати, он несколько мнителен, и я, чтобы не пугать его, сказал, что вы счетовод и приехали помочь мне в работе на ферме.

Путлер одобрительно кивнул, после чего его провели в кабинет и представили лорду Челмсфорду. Гарри так привык к многочисленным гостям младшего брата, что не заметил ничего экстраординарного в наружности «счетовода». К тому же Гарри был немного близорук и, хотя его удивило, как он сумел пожать руку человека прямо через стол, не вставая с кресла, он все-таки не придал этому никакого значения.

– Господин Путлер поживет у нас недель шесть, – сообщил Дик. – Не обращайте внимания на его прогулки по имению. Дело в том, что мне нужна точная оценка всего нашего состояния, а у специалиста свои собственные оригинальные методы.

– Попросите его оценить и Черного аббата, – отшутился Гарри. – Нам, пожалуй, нужен не столько оценщик, сколько хороший сыщик.

При этом Ричард подумал, что Путлер способен успешно выполнить обе функции, но вслух, конечно, ничего не сказал. Он пригласил гостя в свой маленький кабинет и плотно притворил дверь.

– Устраивайтесь удобнее, – указал он на кресло. – Курите?

Путлер порылся в кармане и вытащил почерневшую трубку.

– Конечно, не особенно аристократично, – извинился он, – но я предпочитаю сигаре или сигарете табачок.

– Присоединяюсь к вам, – улыбнулся Дик.

Из его кабинета выходили две двери: одна – в вестибюль, другая – в боковой коридор. Как только изнутри послышался оживленный разговор и Путлер начал задавать хозяину вопросы, Томас неслышно проскользнул в коридор и прильнул к замочной скважине.

На лице лакея читалась тревога. В узенькое отверстие он мог разглядеть только край софы и голову странного визитера. Тот что-то держал в руке – кажется, нож – и с любопытством его рассматривал.

Томас напряг слух до предела.

Алмсфорд сидел спиной к двери и говорил тише, чем обычно, поэтому, к невероятной досаде лакея, ему удалось разобрать лишь отдельные обрывки фраз.

– …был приведен в дом как прислуга, – отчетливо услышал он.

Путлер довольно громко спросил:

– Значит, окно в кабинете лорда было открыто?