Эдгар Крейс – Операция «СССР-2» (страница 9)

– Да, знаю. У нас в семье сохранились старые американские газеты с заголовками, что мой дед решил перфокартой заменить всё руководство Кремля, а его вычислительная техника будет с лёгкостью отслеживать всех диссидентов по стране. Конечно, это была грубая ложь, но, чем грубее ложь – тем люди охотнее в неё верят. Руководство страны испугалось, что мой дед действительно сможет заменить всё партийное руководство вычислительной машиной и тут же, как по команде, не известно откуда появились «учёные-экономисты». Они за бесплатно предложили руководству нашей страны применить в социалистической экономике элементы рыночной экономики. На внедрение идей моего деда требовались денежные затраты, сопоставимые с затратами на космические и ядерные программы. Но мой дед был уверен, что эти вложения могли бы в будущем дать значительную экономию сил и средств, а затем и быстрый рост эффективности производства. Именно это сумели понять на Западе, но не так и не поняло или им не нужен был тотальный учёт сырья и ресурсов. Партийная власть позарилась на бесплатное и быстрое. В результате: экономика страны помаленьку зашла в тупик и стала съедать сама себя, а самозваные «экономисты» быстренько эмигрировали в Америку и Израиль.

– Это очень хорошо, что вы хорошо представляете себе смысл проекта Виктора Михайловича. Но, не только, как вы иронически назвали их «учёные-экономисты», но и, не побоюсь этого слова, – казнокрады, прикрывающиеся партийными билетами и высокими должностями, взбунтовались против автоматизированной системы управления народным хозяйством. Внедрение сквозного учёта сырья, товаров и услуг, мешала бы им продолжать разворовывать нашу страну. Ведь при новом раскладе всё в государстве будет учтено: вплоть до каждого винтика и каждого болтика. Как тут что-то украдёшь и без труда наживёшь огромное богатство? Одна сплошная беда получается для всякого жулика! Хоть беги из страны, а бросить с таким трудом и риском для жизни наворованное – обидно, а за границу своё богатство не вывезти. Вот эти жулики-казнокрады и спелись с жуликами-«учёными»! Внешние и внутренние враги умной системы вашего деда – Виктора Михайловича нанесли по ней очень мощный удар…

Юрий Владимирович замолк. Дверь в кабинете открылась. Пришла официантка. Привезла на тележке чай и булочки. Председатель комитета спокойно наблюдал, как девушка со строго заколотыми волосами, в чёрном удлинённом платье, с белоснежным передником и в кружевном головном уборе расставляет на столе стаканы в серебряных подстаканниках и разливает по ним чай. Наконец, девушка поставила блюдо со свежевыпеченными булочками, вазочку с конфетами и молча удалилась.

– Может вы всё же чего-нибудь более существенное хотели поесть, Павел Викторович?

Павел оказался обескуражен обходительностью председателя комитета. Его дружеским тоном. Даже то, что Андропов подчёркнуто называл его по имени-отчеству, было совершенно непривычно, ибо в его небольшой софтверной компании всё было по-другому. Павел молчал. Он не знал пока, что ответить и обдумывал услышанное. Не торопился с ответом. Ведь от этого шага зависело очень многое. Андропов видел состояние гостя, а поэтому, пока перевёл разговор на другую тему.

– Ну, так как, Павел Викторович? Чай или всё-таки что-то более существенное? Мне самому даже булочки нельзя есть. Я с вашего позволения, пока вы думаете, попью чаю с сушками. Сегодня было столько много дел, что ещё не успел поесть. Врачи Чазову доложат, что я нарушаю режим дня, а тот будет сильно на меня ругаться!

Андропов непринуждённо улыбнулся и с любопытством посмотрел на всё ещё размышляющего гостя. Затем, не торопясь взял со стола стакан с чаем. Отпив глоток, и продолжил:

– Что же вы всё молчите, Павел Викторович? Боитесь встретиться со своим дедом или боитесь взять на себя ответственность? Тогда, пока вы размышляете, позвольте задать вам ещё один вопрос, но совершенно из другой области: вы случайно не знаете где сейчас находится ваш отец?

– Я как раз о нём сейчас думал и хотел такой же самый вопрос задать вам, Юрий Владимирович.

– К сожалению, ничем не могу вам помочь. Ваш отец некоторое время назад пропал из нашего поля зрения, и мои специалисты подозревают, что ему удалось каким-то образом вновь открыть «окно времени». Однажды это ему удалось, но тогда ему никто не поверил. Свидетелей эксперимента не было. И вот, снова ваш отец решил его провести и благодаря этому эксперименту вы оказались у нас в гостях. Виктор Викторович, как и его отец, великолепный математик и хорошо наперёд просчитывает ситуации, и я не уверен, что мы его когда-то вновь увидим в нашем времени. По-моему, он вновь переместился к вам и теперь в вашем времени два Виктора Викторовича Глушкова. У меня есть основания для опасения, что его разработкой могут воспользоваться, так сказать, недобросовестные люди. Правда, насколько мне известно, временные переходы у него получаются неустойчивыми и трудно предсказуемыми – как по времени, так и по пространству, но ваш отец, возможно, продолжает работать над усовершенствованием своей системы, а как у него обстоят дела сейчас – мне не известно. Вот такие вот пока дела с вашим отцом. Если он выйдет на вас, будьте осторожны: вокруг него могут крутиться весьма опасные люди. Постоянно держите связь с Антоном Константиновичем. Теперь он, так сказать, ваш куратор и ангел хранитель в этом времени.

– Но ваши люди вначале в меня стреляли, а затем одели наручники и как какого-то матёрого преступника привезли к вам на Лубянку – осторожно прокомментировал ситуацию Павел и посмотрел в глаза Андропова, который после его слов задумался, но не отвёл взгляд. Андропов ещё некоторое время молчаливо наблюдал за Павлом, а потом мягко предложил:

– Вы пейте чай, Павел Викторович, пейте, а то остынет. Булочки возьмите. Они у нас свежие, вкусные и без химии, как у вас в будущем. А пока пьёте чай, расскажите мне поподробнее кто и когда из моих людей стрелял в вас.

Павел рассказал про странную погоню, которую видел на трассе. Про то, как сам увязался в эту погоню и как его остановили пули, выпущенные чернявым чекистом на «Волге». И то, что ему показалось, что стрелявший очень похож на человека, который его сегодня доставил сюда. За саму машину Павел не был уверен, так как в пылу погони как-то не разглядел номера, да и зрение у него не на высоте, но то, что стрелявший был чернявый – это он мог утверждать со сто процентной гарантией. Деда Павла даже во время войны по зрению не взяли на фронт. Видимо математические мозги и плохое зрение ему действительно перешли по наследству.

– За наручники вы уж нас извините. У вас не было легальных документов и ваше задержание не должно было вызывать лишних вопросов у тех, кто был с вами поблизости во время вашего задержания. Обещаю вам, Павел Викторович, что, если вы будете с нами сотрудничать, на вас больше никто не наденет наручники, но внешность и имя вам всё-таки придётся немного изменить. Большое дело начинаем, Павел Викторович. Не останьтесь в стороне в тот момент, когда именно у вас появляется уникальная ситуация не допустить развала страны. Ведь вы остро переживали с вашей матерью политическую катастрофу нашего государства. Так как же, всё-таки, на счёт моего предложения: «да» или «нет»?

Немного подумав и, вспомнив мучения матери в девяностые годы, Павел согласился на предложение председателя комитета. Легализоваться каким-то образом в новом времени было нужно так и так, а что может быть лучше это делать по протекции хозяина дома, откуда видна вся страна, да ещё и попытаться не дать развалить страну? Это не каждому в жизни может выпасть такой шанс. И тут Павел вспомнил про новенький регистратор, который он буквально накануне установил в своём «ЗИЛе».

– Юрий Владимирович, а у меня в машине есть запись всей погони и того, как в меня стреляли.

– Что же вы нам сразу об этом не сказали, Павел Викторович! – укоризненно произнёс Андропов и обратился к своему помощнику. – Антон Константинович, узнай, пожалуйста: машина нашего гостя уже приехала в гараж?

– Разрешите, Юрий Владимирович, я с вашего телефона позвоню и уточню?

– Звони, а заодно распорядись, чтобы принесли нашему гостю приличный костюм и возьми на себя контроль за созданием легенды для Павла Викторовича. Скоро ему встречаться со своим дедом. Нужно, чтобы Виктор Михайлович Глушков ни в коем случае не признал в новом единомышленнике своего внука, ну а с вас, Павел Викторович, мы будем вынуждены взять подписку о неразглашении предоставленной вам информации и той информации, которой вы будете обладать в силу своего нового служебного положения. Ещё немного и вы у нас станете полноценным гражданином Советского Союза!

Председатель комитета тихо засмеялся и посмотрел на майора. Тот в это время положил трубку телефона и с довольным видом произнёс:

– Юрий Владимирович, машина уже в нашем гараже! Новый костюм для Павла Викторовича сейчас принесут. Но, тут у нас одна неожиданная неувязочка появилась. Заводские номера на машине нашего гостя из будущего полностью соответствуют номерам на вашей машине, Юрий Владимирович.

– Интересно, оказывается Павел Викторович на моей машине катается, – улыбнулся Андропов и с любопытством посмотрел на Павла. – Тогда, Антон Константинович, придумай что-нибудь более-менее естественное для нашего начальника гаража. А, если он встанет в позу, скажи, что так сделали на автозаводе по моему личному распоряжению!