Эдгар Грант – Цифровая пустошь (страница 4)
На вечер этого дня ничего не планировалось, и Стэн вышел погулять один по летней Праге. Присел в открытой кафешке, не торопясь выпил пивка, заказал стаканчик бехеровки. Медленно смакуя немного сладковатый, терпкий напиток, он долго наблюдал за туристами и, кучкующейся на Староместской площади небольшими группками, местной молодежью. Ему вдруг пришло в голову, что Мара тоже должна быть вот такой как этот чешский ликер – крепкой, но сладкой и дурманящей.
Вечер пролетел незаметно. Солнце уже село за шпили Тынского храма. Зажглись стилизованные под старину уличные фонари. Услужливый официант поставил на стол небольшой стаканчик, внутри которого романтично трепетал огонек свечи. Стэну очень захотелось, чтобы Мара была сейчас с ним, здесь, за этим небольшим столиком в уютной пражской кафешке с видом на средневековую площадь. Он достал смарт и в нерешительности посмотрел на погасший экран. Он не считал себя романтиком. Скорее, наоборот, относясь к не признающему авторитетов и правил сетевому поколению миллениалов, выросшему на гаджетах и интернете, Стэн был склонен причислять себя к категории циников и пофигистов. Но в этот ласковый, пропитанный покоем и умиротворением летний вечер ему вдруг до боли в сердце захотелось человеческого тепла и, чтобы сейчас рядом с ним находился родной, близкий сердцу человек. Такой, как Мара.
Пытаясь разобраться в своих чувствах, он несколько секунд смотрел на потемневший экран. Неожиданно смарт в его ладони завибрировал, экран ожил и на нем выплыла знакомая ему аватарка, фото для которой он скачал вчера с записи видеорегистратора. В то раннее утро камера удачно поймала движение головы девушки, когда она, выйдя из машины, резко повернулась, чтобы цепким взглядом пройтись по набережной. Ее короткие, разлетевшиеся в стороны волосы, жесткий, уверенный взгляд и плотно, совсем не по-девичьи сжатые губы придавали картинке необычный реализм и динамичность.
Мара… Она сама звонила ему.
Оторопев от неожиданности, Стэн несколько секунд смотрел на экран, потом смарт перешел из режима вибровызова в аудио и разразился тихой трелью. Он вздрогнул, словно испугался неожиданного звука, и поднес телефон к уху.
– Мара?
– Привет, мой доблестный рыцарь, – послышался ее веселый голос. – Как Прага? Как бехеровка?
– Нормально, – не найдя ничего лучшего, ответил Стэн, глядя на стоящую перед ним рюмку, на дне которой остался еще глоток ликера.
– Я не отвлекаю? – осторожно спросила девушка.
– Да нет, что ты! Я как раз думал о тебе, – спохватился он и тут же поджал губы, поняв, что сказал лишнее.
– Даже так… – в ее голосе не было насмешки или издевки, он звучал по-дружески тепло, даже нежно, и последовавшая пауза только подчеркивала это. – Извини.
– За что? – окончательно смутился Стэн, ругая себя последними словами за то, что невольно раскрыл свои чувства.
– Просто извини и все, – она снова на секунду умолкла и, вздохнув, продолжила: – Я позвонила сказать, что в среду у нас созвониться не получится. Я буду вне сети.
– Жаль, – он почувствовал внутри противный холодок разочарования.
– И мне тоже жаль. Поэтому я и звоню. А вот в четверг… Я вернусь в Питер, и после обеда мы можем куда-нибудь сходить. Конечно, если у тебя будет время.
– Да? – сердце Стэна радостно бухнуло.
– Да, – эхом отозвалась она. – Ты, если свободен, набери меня в четверг утром. Договоримся, где и когда.
Они сказали друг другу короткое «пока», а потом Стэн долго сидел, глядя на погасший экран смарта. Ему вдруг пришла в голову странная мысль о том, что он не давал Маре свой номер телефона. В раздумье он покусал губу, допил остатки бехеровки, отсчитал несколько купюр, чтобы расплатиться за напиток, и, положив их под стакан, поднялся из-за стола.
Метрах в пятидесяти в соседнем кафе неприметный молодой человек остановил запись направленной на Стэна мощной камеры, закрепленной на экране стоящего пред ним на столике лэптопа, и аккуратно сложил его в небольшую сумку. Проводив объект своего наблюдения безразличным взглядом, он допил остатки пива и попросил у официанта счет.
Россия. Санкт-Петербург
Как назло, после теплых выходных погода испортилась. Навалившийся на Скандинавию с северной Атлантики мощный циклон своим южным крылом захватил и Питер, принеся с собой низкие мрачные тучи, порывистый ветер и частые по-осеннему холодные дожди.
Вернувшись из Праги, Стэн засел за компьютер, чтобы еще раз просмотреть и систематизировать наработки, родившиеся в результате мозгового штурма его группы. За этим занятием прошел вечер среды и весь четверг. Пару раз звонили друзья, но он, сославшись на загруженность, отказался от их предложений вполсилы потусить где-нибудь посреди недели.
Работы действительно было много, и графики ее сдачи намекали на то, что со свободным временем у него могут возникнуть проблемы. Такая ситуация была вполне обычной. Периоды полной загрузки у Стэна часто чередовались с неделями, когда можно было расслабиться и посвятить почти все время себе. Только вот на этот раз такая напряженка была совсем некстати, ведь завтра после обеда он должен был встретиться с Марой. Поэтому, чтобы не выбиться из графика работ и не подвести группу, вчера пришлось просидеть за лэптопом полночи.
В два часа дня Стэн подобрал Мару в отеле. Ехать за город, чтобы осматривать дворцы, в такую пасмурную погоду не имело смысла, и они под недовольное сопение Петровича прокатились по простенькому туристическому маршруту, внимая красноречивым рассказам о достопримечательностях скачанного на смарт цифрового гида. Остаток дня они провели в Эрмитаже, где, пристроившись к группе туристов, слушали гида уже настоящего. Было видно, что и богатство музейной коллекции, и роскошь залов произвели на девушку сильное впечатление.
Вечером остановились поужинать в расположенном в подвале на Английской набережной небольшом русском ресторанчике, где, судя по мощным кирпичным стенам и высоким сводам, в петровские времена был крупный винный склад.
– Ты прав. Питер классный город, – Мара кивком головы поблагодарила официанта, наполнившего ее бокал вином. – Даже сейчас здесь не чувствуется такой суеты и спешки, как в Москве. Эти набережные, дворцы, каналы, храмы… Красиво все. Культурно. Даже матом ругаться не хочется. Вроде бы и Европа, но все пропитано Русью.
– Да, – с готовностью согласился Стэн. – Здесь в центре города удалось сохранить неуловимую ауру аристократичности. Москва засорена деньгами. Все, кто разбогател, рвутся туда. Здесь тоже этого хватает, но как-то все скромнее, спокойнее и, как ты выразилась, культурнее.
– Тогда давай за Питер, – она подняла бокал и сделала глоток. – Так как Прага? Удачно съездил?
– Нормально. У нас такие встречи раз в квартал. Чаще в Европе, но иногда приходится летать в Штаты или в Азию.
– Интересная работа. Мир посмотришь, людей.
– Работа как работа. Платят хорошо. Времени свободного хватает. Главное – самому нравится. Дело серьезное раскручиваем. Можно сказать, мирового масштаба.
– Интересно, – она поставила локти на стол, сложила кисти рук столиком и положила на них подбородок, всем видом изобразив внимание.
– Ну… Я программист. Наша группа занимается транзитом Интернета с протокола
– Да? – вздохнула Мара несколько разочарованно. – А я в
–
– Круто, – сообщила девушка и пригубила вино. – Хотя и непонятно.
– А ты чем занимаешься? У тебя такая важная визитка. ООН, гуманитарные миссии.
– В последнее время я в основном работаю с людьми. Вот сейчас мы набираем бойцов, вернее, э… персонал для ооновского проекта в Йемене.
– Там же война.
– Ага, – безразлично кивнула она. – Но ООН поставляет туда гумпомощь и следит за ее распределением. Ну а мы, типа, следим, чтобы ооновцев не поубивали.
– Синие каски, что ли? – Стэн удивился, с какой легкостью девушка говорит о войне.
– Во-первых, не синие, а голубые12. А во-вторых, нет. Мы частная контора. Нас ООН контрактует под конкретную миссию.
– Наемники! – восхищенно выдохнул Стэн.
– Ну… – протянула Мара, подняв глаза к потолку. – Мы зарегистрированы как частное охранное предприятие, действуем с разрешения государства в благих целях и законов не нарушаем.
– А там опасно?
– По-всякому, – улыбнулась она и снова подняла бокал. – Хватит о работе. Давай закажем что-нибудь, а то я чертовски проголодалась.
Болтая о всякой ерунде, они просидели в ресторане почти до самого закрытия. Мара оказалась хорошим слушателем, чем расслабившийся от вина и сытного ужина Стэн бессовестно пользовался, стараясь произвести на нее впечатление. Ему ужасно хотелось расспросить девушку о ее опасной работе, об ООН, о тех, кто, рискуя жизнью, обеспечивает гуманитарной помощью самые опасные точки мира, но он сумел сдержать себя, понимая, что для первой встречи итак было сказано достаточно. Его возбуждало то, что перед ним сидит девушка-наемник. Красивая, крутая и, возможно, безжалостная, как в голливудских боевиках. И от этого ему тоже хотелось казаться мужественным и значимым. Проблема была в том, что он не знал, что для этого надо делать.