Эдгар Грант – Сингулярность. Инкубатор счастья (страница 11)

Теперь он знал, кто это был.

– Все очень просто, – ученый бросил быстрый взгляд на фуру, в которой находилась лаборатория. – Генератором пси-поля является мозг дельфина в состоянии транскраниальной магнитной нейростимуляции12. Нам удалось зарегистрировать физические параметры пси-поля. Теперь мы знаем сигнатуру изменений, которые его вызывают, и даже можем воспроизводить некоторые его состояния. Но естественное напряжение поля даже при самой интенсивной стимуляции настолько незначительно, что его невозможно зарегистрировать обычными приборами. Поэтому мы используем усилитель.

– Вы говорите об этом так, словно все далось очень легко. Почему именно вы? Если это так просто, почему другие до сих пор не зарегистрировали пси-поле?

– О нет! Это было совсем не просто. Здесь понадобилось решение, которое мог предложить только настоящий гений, – Кравиц гордо вскинул подбородок, давая понять, что имеет в виду самого себя. – Для регистрации пси-излучения я использовал самый совершенный прибор, доступный человечеству. Я использовал один из детекторов Большого адронного коллайдера.

– Того самого, при помощи которого мы хотели разрушить Европу? Про который наш президент говорил в ООН?

– Да, именно. У фармацевтический компании, финансирующей мои исследования, швейцарские корни, поэтому добиться разрешения на эксперимент было вполне реально. Тем более что сам коллайдер запускать не требовалось. Да он в это время все равно находился на реконструкции. Мы использовали лишь один из его детекторов. Мы поместили мозг внутрь детектора и провели активную стимуляцию, которая дала ошеломляющий результат. Оказалось, что при резкой активации сознания меняются характеристики окружающего электромагнитного поля, а сам мозг на субатомном уровне испускает веер неизвестных физикам элементарных частиц. Даже не частиц, а некоей еще более базовой субстанции, граничащей с чистой, неизвестной никому энергией. Она по моей гипотезе и является источником пси-поля. Ученые на коллайдере были убеждены, что это помехи. Но я! Я-то знал, чью тень их приборы зафиксировали во время эксперимента.

– С электромагнитным полем понятно, – Адамс задумчиво поскреб подбородок. – Его легко можно воспроизвести. Но чтобы искусственно генерировать пси-поле, вам нужны еще элементарные частицы или эта энергия, о которой ничего не известно.

– Верно. С полем мы разобрались сразу. А с «квантами сознания» не можем продвинуться ни на шаг до сих пор. Но это нам не мешает. Понимаете… – Кравиц в нерешительности пожевал губу, словно решая, рассказывать агенту детали своих исследований или нет, но, почувствовав, что отвертеться от подробностей ему не удастся, продолжил: – То, что я вам рассказал, не совсем совпадает с темой моих исследований. Вернее, это всего лишь их прикладная часть, обеспечивающая мне финансирование от фармкомпании. Я занялся пси-полем, еще когда работал в DARPA над проектом SYNAPSE. Мы хотели сделать прямой интерфейс мозг-компьютер, чтобы заставить искусственный интеллект работать, как человеческий мозг. Когнитивность13, творчество, интуиция. Это открыло бы гигантские возможности в развитии искусственного интеллекта. Я уже тогда понял, что пси-поле существует. Более того, помимо пси-поля, генерируемого мозгом живых существ, есть некое универсальное поле, которое от них не зависит. Некий общий пси-фон. После экспериментов на коллайдере мы обратились к физикам, чтобы разобраться с «квантами сознания», и они сообщили, что периодически регистрируют что-то похожее во время своих экспериментов. Они вообще решили их не классифицировать, приняв, как я уже сказал, за помехи или некий не имеющий значения фон. А оказалось, что это и есть отпечаток пси-поля. Если развить эту теорию, то получается, что пси-поле может быть частью реликтового излучения, возникшего при Большом взрыве, когда родилась наша Вселенная. Но эти бездари в DARPA меня не послушали, поэтому мне пришлось уйти.

– Все это очень интересно, – нахмурившись, проговорил агент, с трудом пытаясь осмыслить все, что услышал. – Но меня сейчас интересует практическое применение генератора.

– Я как раз к этому и подхожу. После эксперимента на коллайдере я убедился, что, хотя мы и не можем его регистрировать нашими обычными приборами, пси-поле существует и мозг является лучшим его генератором. Кроме того, существует некое общее пси-поле, во всяком случае, в пределах нашей планеты, на которое при определенных условиях можно воздействовать и использовать для передачи информации. Дальше надо было найти способ его усиления. Тут помогли мои наработки в DARPA, и я сделал величайшее открытие в истории науки! Открытие, которое человечество не в состоянии пока оценить. Его масштаб просто поражает, а…

– О чем идет речь? – перебил цэрэушник ученого, который был готов лопнуть от собственной значимости.

– Да… Извините, – с виноватым видом спохватился тот. – Я вывел закономерность интенсивности поля не только от степени стимуляции мозга, но и от его размеров. Но самое главное, я экспериментально доказал, что пси-поле может быть генерировано не только живым мозгом, но и машиной – квантовым суперкомпьютером с искусственным интеллектом на основе развитой нейросети14.

– Черт возьми, а вот это уже действительно интересно, – Адамс придвинулся поближе к столу. – Если ваша теория верна, то обладающий искусственным интеллектом суперкомпьютер, который может занимать целый этаж, способен генерировать пси-поле, достаточно мощное, чтобы влиять на сознание людей на больших территориях.

– Совершенно верно.

– Но почему люди, работающие с искусственным интеллектом, его не чувствуют?

– Потому что пси-поле ИСИНа обезличено. Оно бесцветно и прозрачно, поэтому не может вступить во взаимодействие с полем человека. Несмотря на значительный прогресс в развитии когнитивности и творческой составляющей, искусственный интеллект на этом уровне все еще остается бездушной машиной. То, что вы называете искусственным интеллектом, по сути, таковым пока не является. Человечество только приоткрыло дверь и заглянуло в огромный зал знаний об искусственном разуме. На данном этапе мы в большинстве случаев имеем дело лишь с продвинутыми суперкомпьютерами. Может, именно поэтому мы говорим об интеллекте, а не о разуме. Да, они обладают способностью обучаться, накапливая и анализируя собственный и внешний опыт. Да, они могут решать сложные логические задачи с элементами творчества. Но у них пока нет основных черт, присущих разуму. Самостоятельности, гибкости и адаптивности мышления. Интуиции, наконец. Они не знают, что такое любопытство, тяга к познанию нового. Для них получение знаний – всего лишь механическая операция. Для людей это сложный, наполненный переживаниями мыслительный процесс, который порой приводит к совершенно иному результату, чем планировалось изначально. Во всем мире можно насчитать всего десяток машин, которые приблизились к тому, чтобы хоть отдаленно считаться разумными. Но создав устойчивую пси-систему суперкомпьютер-дельфин, мы сразу выводим ее на уровень разума.

– Вы используете дельфинов, чтобы стимулировать информационное, или, как вы его называете, пси-поле компьютера.

– Да. ИСИН генерирует мощное пси-поле, а наполненное эмоциями сознание дельфина придает ему окраску и плотность, достаточную, чтобы взаимодействовать с полем человека. Таким образом мы можем создать мощную бесконтактную пси-систему, способную влиять на сознание людей на огромных расстояниях. Это и есть основной принцип работы «инкубатора счастья». И его открыл я!

– На каком этапе находятся практические испытания системы?

– На уровне небольших групп людей с интервалами воздействия в несколько секунд.

– И?

– Результаты просто ошеломляют! Мы один раз выбились из графика и провели сеанс сразу после кормежки дельфинов. Так у всех в исследовательском центре возникло ощущение сытости и покоя. Хоть сиесту объявляй!

– Вы экспериментируете на своих же сотрудниках? – удивился Адамс.

– У нас нет выбора. Похоже, пси-поле обладает всепроникающим эффектом. Его нельзя экранировать. Во всяком случае, у нас это не получилось.

– Вы экспериментировали с интерфейсом четыре дня назад в 7 часов утра? – нахмурившись, задал вопрос Адамс.

– Нет, – уверенно покачал головой ученый. – По утрам мы не работаем. Наши сеансы проходят только днем. Ночью дельфины спят. Потом кормежка, потом час игры, потом упражнения на развитие сознания. Все виртуально, конечно. Мы начинаем работать с их пси-полем около полудня, потом пауза на отдых и еще один сеанс часов в пять, в зависимости от их концентрации. А к чему вопрос?

– Мы считаем, что психотронная атака на США была проведена 4 дня назад в 7 часов 16 минут утра.

– И вы подумали, что это наша лаборатория? – совершенно искренне удивился Кравиц. – Нет! Это просто невозможно. Дельфины не способны генерировать такой уровень агрессии. Мы иногда искусственно провоцируем их агрессию, симулируя нападение акулы, но даже тогда их эмоции больше похожи на печаль или жалость к хищнику, чем на злобу. Хотя постойте… Вы говорите, 4 дня назад в 7 часов ура. Помню, я читал отчет дежурной ночной смены лаборантов… Да. В это время дельфины проснулись и нейрографы зафиксировали необычную активность их мозга. Мы тогда классифицировали эту реакцию как чрезвычайное возбуждение.