Эделия Ристер – Белый голубь и театр абсурда. Визитка 1 (страница 2)

Мой папа, Владимир Дугин, открыл фирму для меня под названием «Детская полиграфия». Он хотел печататься в ней. Но пришло время мне напечатать его самой. Произведения отца меня впечатлили и открыли дорогу к моей волшебной мечте – издать книгу совместного творчества, где только я и мой отец авторы. Эта мечта – книга написана мной, но здесь включены произведения, отрывки, стихотворения и работы моего папы. А также жизнь в полном ее дыхании, где правда и воспоминания. Мой папа писал, что все что я имею, принадлежит только моей дочери. Я единственная вступала в наследство, на то была воля моего отца. Он оставил моей маме рукописное завещание.

Моя книга будет вести вас от естественного моего существования, к искусственному проживанию жизни. Женщина птица и мужчина самолет. Также она о моих мыслях, и о том, что мои мысли способны совершить. Полет птицы, увиденной мной и полет фантазии летевшего самолета. И о том, что реальность, а что нет. Жизнедеятельность или рок. Угадывать и решать только вам. Моя правда и безнаказанность. Оживший папа или самозванец?

От естественного к искусственному

Птица – самолет

От естества к искусству

Полет птицы – полет фантазии

От жизни к фантастике

Жизнедеятельность – рок

Белый голубь

Фиолетовый

Тигр

Есть жизнь, которая может стать рядом целых спектаклей, повторяющихся в чем угодно, кроме сюжета. Я отец своей трехлетней дочки, которую мне пришлось оставить. Но я знал, что я не могу этого сделать, хотя мои враги желали моей смерти, и грозила опасность моей семье. А я должен был их защитить. И я нашел способ. В наш современный век следить за человеком даже нет необходимости, на канале Ютуб тебе каждый сам опишет жизнь во всех красках, а точнее покажет. Но когда я почувствовал, когда я, прячась от себя прошлого, вдруг увидел свою дочь спустя двадцать лет, я не смог остаться равнодушным. Я не посмел сказать ей «Твой отец умер, но на самом деле он жив», и даже «Привет дочка». Я не хотел ей делать больно, ведь увидел я ее в церкви, когда она ставила свечку за упокой. Получается, меня нет, но я рядом и она плачет обо мне. Слезы текли у нее ручьем, а мое сердце разрывалось. И я придумал. Сначала мне пришлось, чтобы живы были мои близкие, сменить имя, внешность и всю жизнь. Но сердце не перенаправишь. Слишком сильно я любил мать своей дочки. Очень я желал от нее ребенка. Слишком больно меня била жизнь, когда я недооценивал эту женщину. Ведь она была чужая, но когда я решил что будет моя, то поздно понял, как это опасно быть не серьезных намерений к ней. Увести ее от мужа было не сложно, а вот провести ночь стоило мне кровавых рук и многих участков тела. Я упал в стекло в то утро, как проснулся с ней и проводил ее до дома. Почти сразу как хлопнула дверь, как поцеловал ее на прощание, как почувствовал счастье победителя, вдруг я оказался тонущим в крови, чему виной было оставленное стекло кем-то, на какой-то момент показалось ее ангелом или ее бесом. И это было начало. Эта женщина непредсказуемой судьбы. Ее поцелуй и ночь стоили мне не дорого, ведь дальше цена становилась больше. Но об этом позже, скажу лишь, что у меня были любовницы, и она даже не хотела интересоваться, где я провел два дня, пять дней. Она не следила, куда я шел после работы. Любой мужчина почувствует себя не нужным, но она умеет любить с характером и в этом прелесть этого чувства. И за это единственное мне не было никакого наказания от судьбы, как я думал, но двадцать лет одиночества могут сказать об обратном. Такие женщины не могут разлюбить, а их сердце открывается все шире, и места там только больше для более сильных желаний, мечт, заботы, для всего тепла, которым способна одарить женская сущность мужскую. И поэтому найти подобного существа на этой планете, с хотя бы одной подобной повадкой в поведении было невозможно, так как видел я ее, не так как другие. Один взмах ресниц и она забирала мою душу. Но оставляла память о боли, о чувстве того, что ты хочешь быть слишком близко, но не в состоянии, ведь ты просто тело. Боль тела, боль того что перепрыгнув себя, ты не уверен что смерть принесет свои плоды. Ведь нет гарантии, что она выберет именно тебя, но есть ощущение, что ты ее будешь вечно ждать. И, может быть, поэтому я не умер, мне дали шанс завоевать этот мир, а то есть познать в нем, что я есмь, ведь Бог есть любовь, как говорили многие, духовно нравственные, люди, как скажу и я. Любовь имеет разные значения, по-разному выражается, однако ее ни с чем не спутать. Это та энергия, которая и движет нами, развивая планету, и даже ненависть идет от любви или ее нехватки. Любая бомба придумана именно потому, что энергия слишком сильно выплескивается из нас, развивается чувство, а от него фантазия. А мы любим эйфорию мечт, и в этом себя. Значимость того, что ты создал вечно особенное приводит к вере, что любое неодушевленное имеет душу и даже сердце. Только взрывы разве могут радовать глаз, слух? Вы скажете нет, вспомнив про войны, но ведь те же хлопушки, петарды и салюты умеют делать это превосходно. А не факт, что именно они не были созданы человеком поверхностно, с меньшей любовью к своей фантазии.

Я писал стихи в молодости, знала жена, но не моя дочь. И вот я проводил мою дочь до дома и понял в какой квартире она живет, и положил конверт со своим стихотворением в почтовый ящик. Я думал, она поймет. Но ее непонимание является следствием, двигающим воздух и всю планету куда она захочет. «Когда маленькая девочка смотрит на маму и плачет что в доме нет красной икры, что соевое мясо это ее обреченность, и главное из-за слез видна только открытая дверь в мамину комнату и злое, разгоряченное лицо женщины, не способной дать то, что мог дать отец». Да, я стал первым делом прослушивать звонки, и это были слова моей женщины, права, но как больно бьет. Как чувствует, а может это всегда она так жалуется, и правильно делает, я должен понять, что остаться живым это еще большее наказание. Но о чем думает дочка не услышать по телефону, слишком много пишет, в кафе, в библиотеке, в магазине, но хоть бы один звонок. Мне нужен этот гаджет, но не вор же я. Друг, работающий в ФСБ это мало. И надо было двигаться дальше. Хакеры, программисты, а может что-то большее. Я состою в политической партии и у меня хорошие друзья. В давнее время, мирное, я был бизнесменом и писателем, и не интересовался политикой в своей стране. Я интересовался только деньгами, и отдушина это писательские способности, что мне помогало в решении деловых встреч на отлично. После я стал отрабатывать все документы, провернутые враньем. Обходя нормы, задуманные государством, я все больше забывался и все правила придуманные людьми, опущенные мной становились известны одному человеку. Умело составить договор, в котором тебе должны взаимно, но должен был только ты это лучшая моя способность в тот отрезок жизни. После меня заставили отрабатывать, точнее сказать, кто спас мое сердце, но тело и кожу погубил, хотел мести. Я был холоден и способен на это. Я первое время думал о близких, но желание их сохранить и сберечь превысило все чувства. И вот ты теперь не тот, кем родился, и внешность твоя обман, а жизнь стала той. Правильный человек с неправильным лицом. Сшитый костюм сидит хорошо, а сшитое лицо может критиковать только моя женщина. Одна душа говорила, будет время, и я смогу снова быть плохим. Но все двадцать лет я шел к власти, порядочно борясь с собой прошлым, с нечестностью, с людскими ошибками. Спасая добрых людей от людей, не являющихся таковыми, но на тех и на других мне было наплевать. Я упомяну снова, у меня потрясающие писательские способности и я врал о добром также превосходно, как раньше о выгоде. Настоящим я только становился. У меня появилась идея, стоила она видно очень дорого, раз мой влиятельный и достаточно значимый для многих друг на нее согласился.

Что могут создать программист, который является также гениальным художником и отец, что одержим спасти себя, чтобы спать ночами спокойнее и возродиться поэтом, если на то будет воля судьбы. И друг, который готов с тобой на многое, и имеет доступ к театру живому, настоящему. Получается все очень современным, новаторским и творческим, ведь можно сделать спектакль из личного пространства одного человека, и бизнес из зрителей, интересующихся этим человеком. Конечно, всем будет нравиться, именно, сам процесс всего, а не персонаж. Но моя дочка мечтала, чтобы ее любил весь мир, многие мечтают стать знаменитыми, но она мечтала просто сделать такое, от чего ее полюбят. И думала что если стать знаменитой актрисой, сняться в фильме в Голливуде, то этого не достаточно. Однако если фильм, снятый в домашних условиях, повлияет на маленькое количество людей, которые стали не обязательно добрее, но обязательно живыми, чувствующими, наполненными, то это ее уже делает счастливой. Что она одна может собой нести энергию, которая разрастется. Это часто отражается в ее телефоне, все заметки исписаны одними мечтами «Я хочу сама создать фильм, – говорит она – и одна, и только одна, я сильная, я цельная, я смогу. Мои мысли по этому поводу дали толчок и развить эту идею стало единственной целью жизни. Кажется, это радость сделать такой подарок дорогому человеку, какая бы ни была цена за это. Главный человек, стоящий над нами, и без которого это было бы невозможно, решил, что это интересная идея. Его бизнес, он директор. Мое авторство, я хозяин. Мы связаны юридически и фактически, но полномочия распределены точно по договоренности. И я связал свое авторство с ней, просто мой кошелек это она. Я решил, что могу себе позволить риск. В крайнем случае, я могу взять другого человека, и он бы стал моим кошельком, но кто, может быть, роднее дочки и кому я могу доверять больше нее. Я любил жену, но дочь это еще большая любовь, та, от которой хочется баловать, заботиться, покровительствовать и никуда больше не отпускать. Она мой единственный ребенок, это мое все. И главное видеть ее счастливой, исполнить все ее желания.