Эдди Слоан – Свидание было плохой идеей (страница 1)
Эдди Слоан
Свидание было плохой идеей
Глава 1.Он опоздал. Это должно было помочь
— Скажите честно, — попросила невеста, вцепившись в подлокотники кресла. — Я выгляжу счастливой?
Нора Харт замерла с кистью в руке.
Невеста выглядела прекрасно.
Невеста выглядела дорого.
Невеста выглядела как женщина, которая через час пообещает кому-то вечность под водостойкой тушью.
— Выгляжу? — повторила она уже тише.
Нора отступила на полшага и наклонила голову, словно с другого ракурса ответ мог оказаться удачнее.
— Ты выглядишь потрясающе.
Это было не одно и то же.
Они обе это поняли.
Но невеста кивнула, будто на сегодня такого ответа было достаточно.
В «Беллуэтер-хаус», частной свадебной площадке в Голливудских холмах, это вполне считалось эмоциональным успехом.
За дверью кто-то тащил стулья по каменному полу. Флорист ругался шёпотом. Этажом ниже струнный квартет превращал плохой тайминг в классику.
В комнате пахло фиксатором для макияжа, пионами и паникой, которая очень старалась ничего не помять.
Нора ещё раз прошлась кистью под глазами невесты, промокнула центр губ и протянула ей зеркало.
— Готово.
Та всмотрелась в отражение так внимательно, будто правильное освещение всё ещё могло показать ей другой вариант будущего.
— Ты такая спокойная.
Нора улыбнулась.
— Нет. Я просто на работе.
Невеста рассмеялась.
По-настоящему.
Это выражение шло ей гораздо больше предыдущего.
Нора разложила кисти по местам, застегнула кейс и посмотрела на телефон.
19:16.
Потом открыла последнее сообщение от мужчины, с которым должна была встретиться в 19:30.
Джесси: Немного опаздываю.
Джесси: Пока не ненавидь меня.
Нора посмотрела на экран.
«Немного опаздываю» относилось к тем мужским выражениям, у которых не существовало единицы измерения.
Это могло означать семь минут.
Могло двадцать.
А могло означать, что человек всё ещё стоит под душем и называет себя спонтанным, потому что слово «безответственный» ему не нравится.
Она могла отменить свидание прямо сейчас.
Не потому, что опоздание являлось преступлением.
Просто Норе был тридцать один год, она устала, надела хорошие серьги и уже вышла из того возраста, когда ожидание мужчины полагалось считать частью флирта.
Она ничего не ответила.
Убрала телефон в карман пиджака и пошла в служебную уборную.
По дороге её успели остановить мать невесты, которая хотела узнать, способен ли консилер «немного приподнять настроение всей семье», подружка невесты с просьбой сделать её «менее похожей на женщину, которую недавно простили», и Делия, координатор площадки, произнёсшая слова «нейтрально-романтичный» с таким напряжением, словно от оттенка скатертей зависел исход вечера.
Свет в уборной был беспощадным.
Такой бывает в служебных помещениях и комнатах для допросов.
Он превращал всё в улику.
Нора поставила кейс и посмотрела в зеркало.
Тёмные волосы она после работы распустила. Чёрное платье-комбинация под свободным пиджаком. Золотые серьги-кольца. Мягкая помада. Карие глаза, чуть уставшие по краям.
Она выглядела хорошо.
Это раздражало.
Хорошо выглядеть ради мужчины, который уже начал тебя разочаровывать, всегда немного напоминало нарядную подготовку к собственному неудобству.
Телефон завибрировал.
Ава: статус
Ава: живой, опаздывает или ты пока оптимистка?
Сразу следом:
Тесса: отвечай осторожно
Нора невольно улыбнулась.
Нора: пока рано делать выводы
Ава: чем он вообще занимается
Нора: раньше концерты, сейчас неопределённость
Ава: нет
Тесса: я только мысленно подключилась к разговору и тоже говорю нет
Джесси Вейл.
Тридцать четыре.
Раньше работал в концертном и событийном продакшне. Сейчас, по его собственному определению, находился «между проектами, хотя звучит это хуже, чем есть на самом деле».
Когда они переписывались, эта фраза её рассмешила.
Он вообще хорошо писал сообщения.