Эд Нерский – Инженер (страница 85)

А Ледяной Шип вызывает резкое охлаждение тела, с которым вступает во взаимодействие. Я пробовал пробить Шипом бочку с водой. Шип делает отверстие в полсантиметра диаметром. При этом вся бочка замерзает. Пробивная способность Ледяного Шипа где-то в четыре-пять раз выше, чем обычного. При этом Ледяной Шип можно делать как чёрным, так и обычным. Чёрные Ледяные Шипы хорошо пробивают магические защиты, в которых эльфы почему-то теперь постоянно ходят.

…

Мы решили больше не снимать жильё в городах по пути следования. Машина оборудована довольно хорошо. С конструктами особой необходимости в различных удобствах нет. Лабораторию в новой машине я сократил, а сама машина при этом больше.

Чем меньше мы оставляем следов, тем лучше.

Начали путешествие мы с поездки в Нижний Новгород. Хотим попытаться разрушить большой телепорт, который, судя по данным прослушки, всё ещё там.

Приехав и отыскав его, мы, как обычно, стали сперва разглядывать издали.

Ближайший к телепорту берег занят промзонами и службами МЧС. Телепорт расположен на острове Кириченко посреди Волги. Любят они постройки на воде и островах!

— О, гляди, он менял цвет и форму! Наверное, кто-то перешёл! — заметил я. — А говорили, что его выключили.

— Может, это полтергейст его активировал? — предположила Света.

— Мы же им не разрешали.

— Мы им не запрещали, мы вкладывали в них, что это опасно. Если они разберутся, что опасности нет, будут и сами переходить.

— Да, точно. Это же ты делала эту установку, я и забыл.

— Конструкты не могут приблизиться к острову! — обнаружила Света.

— И у меня та же проблема, — подтвердил я.

Мы отправляли конструкты посмотреть на остров, но они, не долетая метров пятидесяти, сворачивали. Причём, когда я подверг ревизии память одного из них, конструкт не смог вспомнить факта поворота. Просто летел прямо и… прилетел не туда.

Поблизости болтался полтергейст, я заглянул в его чувства — он излучал любопытство: что это за место, в которое почему-то нельзя попасть?

— Раз их король получил цветок в горшке, кто-то же туда пробрался? — рассудила Света.

— Наверное, в ауре какого-то мага. Думаю, что подобными полями они загоняют элементалей в ловушки. Этот полтергейст полюбопытствует тут, потом полюбопытствует там, как-нибудь да просочится в итоге.

— Изделие № 1 не получится тут уронить?

— Он поднимался на тридцать километров, но там он не может встать точно над объектом. А ниже он над ним даже пролететь не может!

— Что будем делать?

— Бомбить изделием № 2, — решил я. — Преобразуем его в крылатую ракету.

— А почему не Цветочным Горшком? Я думала, ты везде их теперь будешь применять!

— Можно и Горшком. Сплетёшь Горшок на полсотни тонн? Мне надо посчитать траекторию, чтобы попасть… Горшком прямо в телепорт. …Блин, а он чуть ниже уровня земли!

И полтергейсты, кстати, потом научим работе с баллистическими траекториями.

Надо узнать, какую максимальную скорость могут развить наши конструкты. И по возможности поточнее, на каком расстоянии от острова начинается это поле. Ещё сделай разведчика, пусть попробует попасть внутрь с носителем, а потом вернуться назад. А я займусь баллистикой.

В принципе, рассчитать баллистическую траекторию на небольшое расстояние несложно. Считаем горизонтальную скорость постоянной, а вертикальную — по формуле равноускоренного движения. На сопротивление воздуха наплевать, расстояние же небольшое.

— Смотри, а там и артефакт с желтизной есть! — отвлекла меня Света.

— Перед сносом телепорта надо будет смыться из города. Странно. Откуда они его взяли? В прослушке говорилось, что он был единственный.

— Может, притащили через телепорт из своего мира?

— Может быть. Мюллер, наверное, знает. Надо послушать его служебные разговоры.

Так вот, например, разгоняем Горшок в пятьдесят тонн горизонтально до скорости, скажем, триста километров в час. Энергия получается чуть меньше двух десятых гигаджоуля. Маловато, но, может, и достаточно. В крайнем случае сделаем сто тонн, вроде Маны должно хватить. По расчётам, чтобы попасть в телепорт, надо бросить с высоты пятьдесят метров и расстояния двести пятьдесят метров.

Короче говоря, нам надо за город, поэкспериментировать.

— Я измерила линейкой на карте — получается, эта защита размером около семидесяти метров.

— Метров сто пятьдесят, значит, у нас есть на доматериализацию Горшка в полёте.

Мы уехали за город и стали экспериментировать.

Оказалось, что хоть конструкт и может двигаться быстро, но из-за его медленной, как у человека, реакции, рассчитывать на огромные скорости при выполнении такой задачи не приходится.

Если он бросает Горшок на скорости 150 километров в час, то научить его точно попадать ещё можно. А вот на скорости 300 километров в час уже нужно очень много тренировок.

Допустим, мы его натренировали бросать восьмикилограммовый Горшок точно, но бросить стотонный он должен с первого раза!

В общем, я решил уменьшить скорость до 175 километров в час, а массу увеличить до 150 тонн. Получаются те же 0,2 гигаджоуля. Надеюсь, хватит. Это эквивалент большой грузовой машины, врезающейся на скорости 175 километров в час в стену здания.

Поскольку материализация большого Горшка займёт примерно одну секунду, а Ману надо экономить, то мы учили конструкт бросать в цель пятиметровый лом, материализация которого занимает приблизительно столько же времени.

Бросать будет Полтергейст-У1. Ему указали цель, а выбрать траекторию должен он самостоятельно. После броска Полтергейст-У1 присоединится к остальным. Будет использовать баллистические броски как один из способов диверсий, а также передавать свои знания встреченным полтергейстам.

Мы установили на берегу в кустах треногу с видеокамерой, затем отъехали от города километров на двадцать: наличие артефакта с желтизной внушает опасения.

– “Он сказал: „Поехали!“ — и махнул рукой!” — процитировал я, и наш диверсант отправился в путь.

…

Когда Горшок начал материализовываться, я уже понял, что ничего не получится. Почему-то он стал появляться цветком вперёд. По идее, для такой большой массы нет разницы, но, увидев неправильное положение, я понял, что операция провалена. Возможно, сработало предчувствие будущего.

Цветок полностью доматериализовался примерно за пятьдесят метров до острова, и летел он по правильной траектории. Если бы ничего ему не мешало, то попал бы в нужную точку.

Сверкнул защитный купол, и наш снаряд наткнулся на невидимую преграду. Примерно полсекунды Горшок повисел в воздухе под углом 45 градусов к горизонту, цветком вниз, а затем рухнул.

Падая, он перевернулся, проломил лёд и поднял волну из смеси льда и воды. Когда всё успокоилось, из воды торчал коричневый ободок горшка и красный цветок с полутораметровыми листьями.

— Маловато будет, — почесал я затылок. — Судя по тому, что мы видели, для этой скорости нужна раз в десять, а то и двадцать большая масса! А мы в это-то ухнули почти весь резерв фиолетовой Маны!

Мы смотрели, как на верхнем красном лепестке проявляется неприличное слово. Какой-то полтергейст выразил своё отношение к происходящему.

А потом нашу камеру забрал какой-то человек. Поскольку он не был магом, мы не стали ничего предпринимать.

Как только мы тронулись в путь, поручили Храну поднять Стёпе уровень до шестидесяти. Уровень Стёпы понемногу растёт, но лучше бы мы это не делали! Эта хвостатая, мохнатая, хитрая тварь научилась жрать магов на расстоянии!

Он вытягивает ауру почти на сто метров, как будто ящерица язык выбрасывает. Хлоп! И где-то свалился маг.

Это не здорово, они могут о нас плохо подумать. Хотя в неразберихе, какую творят сейчас десять полтергейстов, мы не сильно заметны.

— Его надо как-то отучать от этой привычки! Потому что в марте он начнёт жрать своих. А это будет уже нехорошо! — сказала Света.

— И сейчас можем нарваться.

Мы попытались растолковать Стёпе, сливая сознания с его, но период проживания отдельно от нас как-то сказался на коте. В сознание он нас не особо и пускает. А если и пускает, то не слушает.

Никаких идей, что с этим делать, у нас пока не было.

…

— Итак! — я ходил по заснеженной полянке — У нас две проблемы. Первая — как сломать этот долбаный щит. Если я ещё раз попробую что-то с кинетической энергией меньше двух гигаджоулей, останови меня, пожалуйста! Вторая — моральный облик Степана.

Давай разыграем. Камень-ножницы-бумага! Ты выиграла! Тебе достаётся проблема Степана, а мне остаётся проблема щита.

— Хитрец! — Света бросила в меня снежком.

— Хорошо! Давай наоборот, разыграем. Камень-ножницы-бумага! Я выиграл! Мне достаётся проблема щита, а тебе остаётся моральный облик Степана! Снежками в лицо бросаться не честно!

Я схватил Свету в охапку, и мы повалились в снег. Барахтались, обнимались, снова барахтались.