Эд Нерский – Инженер 2.2 (страница 86)

Вся мебель, была магической. Природа использованных при её изготовлении плетений та же, что и в обычном щите от физического воздействия. Вот только источников, подпитывающих всё это, разглядеть не получилось.

В одном из кресел, всё в той же одежде, в которой Инроргн видел её в последний раз, сидела Кора.

Чуть в стороне, на ветке другого дерева были подвешены качели, на которых качался очень смуглый, лет восьми-десяти мальчишка. Одет он был в точно такой костюм, как и Кора. Что-то странное было в его виде. “Эльф” — догадался Инроргн присмотревшись.

— Ну что же, давайте знакомиться! — громко произнёс Великий, — это Кора, её вы знаете, а этого парня зовут Косм. Прошу любить и жаловать!

— Я поставила рыбу, но она пока не готова. — Кора указала на костёр.

— Это и есть ваш дом? — удивился Инроргн

— Сти говорит: “Нет ничего более постоянного, чем временное!” — хмуро ответила Кора, — однажды остановившись здесь на денёк-другой, мы задержались настолько, что теперь называем это место домом.

— А где э… спит Косм? С вами? — задав вопрос, демон смутился, посчитав, своё поведение нескромным. Однако и извиняться не решился.

— Косм любит спать в глубине леса, — не задумываясь ответила Кора, — у него там кровать, подвешенная между двух деревьев. На языке Земли она называется “гамак”.

Инроргн, — она вдруг встала и подошла, глядя прямо в глаза — я вот что хочу сказать: решение заложить своё доверие для меня неожиданно. Сти принял его так же спонтанно, как и то, с телепортами. Я не могу предсказать, что из этого вырастет, поэтому очень надеюсь на твоё благоразумие.

— Разве вы не обсуждали это заранее? — прищурился демон.

— Когда? Он же две минуты, как всё это придумал. — пожала плечами Кора.

— Но…

— У нас есть связь. Прежде чем открывать телепорт, я предупредил, что вернусь не один. — перебил демона Великий.

— Так и что вы хотели рассказать, Вели… то есть Сти, — Инроргн подвинул кресло и сел.

— Многое. Но, раз уж мы двинулись по дороге с земными обычаями, то о делах будем говорить после ужина.

Сейчас же для начала хочу показать наш телескоп. Думаю, вы знаете, что это такое. Раньше я считал, что в вашем мире подобных вещей нет, но позже, в библиотеке Юрбэ, наткнулся на несколько интересных книг и понял, как сильно ошибался.

Мой телескоп очень удобный, в него можно смотреть “между делом”. Пока ждём ужина, да и в процессе разговора, можем любоваться Луной.

Проследив за взглядом Коры, Инроргн тоже задрал голову и увидел…

Нет, о том, как Луна выглядит вблизи, он где-то читал, но читать и наблюдать собственными глазами — разные вещи.

Зрелище поражало: огромные ямы и крутые горы, ярко освещённые солнцем, не позволяли отвести взгляд. Две горы Баанг, оказавшиеся в поле зрения этого висящего в воздухе прибора, делали картину завершённой, заставляя задуматься над множеством вопросов.

Инроргн знал и о назначении этих артефактов древних, и как они действуют, однако открывшийся вид будил в нём какие-то чувства. Казалось, что он упустил что-то важное. Пытаясь понять, что, он во все три глаза следил за медленно смещающейся картинкой…

— Кнопки на спелл-панели меняют положение объектива. — подала голос Кора, — в обычное время в твоей учётной записи их нет, но я передала тебе управление, так что можешь поразвлекаться.

Сказав это, она встала и отошла к костру.

Сосредоточившись, Инроргн понял: о чём речь, и попробовал последовать её совету. Сдвинув фокус на линию, разделяющую день и ночь, Инроргн заметил, что понемногу, небыстро, но ночь теряет свою власть то над одной, то другой вершиной. “Рассвет” — догадался он.

Управление картинкой было странное. С одной стороны, назначение кнопок было очевидным. С другой — казалось, что кто-то постоянно помогает Инроргну следить за той точкой, на которую направлен центр объектива. Луна двигалась, линия раздела дня и ночи — тоже, и невидимый помощник ненавязчиво брал на себя заботы по устранению всех негативных эффектов.

Установившаяся тишина, привлекла его внимание и, направив объектив на одну из гор Баанг, находящуюся на освещённой стороне Луны, Инроргн опустил глаза. Глядя на него, Великий грустно улыбался.

— Как вы думаете, — спросил он, — под этими пирамидами есть убежища?

— Раз есть здесь, то должны быть и там. — пожал плечами демон.

— Хорошо бы они там были. Тогда вы, а вернее — мы, сможем провести эвакуацию. Кстати, вы обещали спросить у эльфов, позволят ли они воспользоваться вратами. Впрочем, возможно, это уже не важно.

— Они согласились, но поставили условием не транспортировать ману и синеву.

— Хорошо, — Великий глянул на Кору, несущую два вертела с рыбой, — позже мы это обсудим. Ужин уже готов — о делах поговорим позже.

— Ловить рыбу стало труднее, — задумчиво проговорила Кора, — возможно, она ещё не пришла в себя после всех этих землетрясений, но сегодня попались такие крупные экземпляры, что, кажется, будто они знали о предстоящем ужине…

— У нас есть немного вина. — продолжил Великий. — Увы, его хватит всего на один тост, однако для соблюдения обычая этого вполне достаточно. — он встал и, покопавшись под столом, выставил несколько тарелок и импровизированных кружек.

— С обычной посудой, я гляжу, плоховато, приходится магичить? — стараясь не вкладывать никаких интонаций, задал вопрос Инроргн.

— Может быть, когда-нибудь мы перестанем жить в походных условиях, и всё изменится. Пока — пофиг, Кора терпит и ладно.

Косм! — позвал он, — присоединишься к нам? Да? Сейчас. — Великий встал и подошёл к мальчику, а затем аккуратно взял его на руки.

Инроргн вопросительно посмотрел на Кору.

— Совсем недавно Косм перенёс э… сильный стресс. В общем, он пока не может ходить и говорит тоже с трудом. Сти сейчас принесёт его.

— А вообще, проводить всё время на воздухе мне нравится! — проговорил Великий, подходя, — То, что зимы на вашей планете не бывает, позволяет вот так жить хоть всю жизнь!

— Что ты имел в виду, сказав: “пока Кора терпит”?

— Ну… Говорят, женская природа обычно требует, чтобы дом был полноценным. Со стенами, потолком и посудой. Вон, даже Инроргна покоробила наша утварь, а как ты это терпишь — ума не приложу.

— Меня не… — начал было Инроргн.

— Он шутит. Не обращай внимания. — перебила его Кора.

— Да, конечно же, я шучу, — подтвердил Великий, — но в каждой шутке, как говорится, доля шутки.

Глядя на то, как он усаживает мальчика, Инроргн непроизвольно улыбнулся. Происходящее и правда сильно походило на семейные посиделки.

— Итак! — торжественно проговорил Великий, вытаскивая пробку из невесть откуда взявшейся бутылки и разливая жидкость по импровизированным бокалам, — Нет повода не выпить! Тост!

Дождавшись, пока каждый, включая Косма, возьмёт напиток в руки, он громко произнёс: “За нашу дружбу!”. Затем опрокинул содержимое в себя.

— О, огненная гномов! — пробормотал Инроргн, опуская свой стакан на стол и отмечая, что перед ним уже стоит тарелка с исходящей запахами рыбой. — Интересные у вас традиции!

— У нас ещё принято чокаться, но этому обычаю я научу вас как-нибудь в другой раз. Откушайте, как говорится, чем бог послал!

Косм, тебя покормить или ты сам? — повернулся он к мальчику, — Сам? Ну давай, не стесняйся.

Криво улыбаясь, очевидно, пытаясь удерживать концентрацию, ребёнок осторожно поставил свой бокал на стол, и неуверенно, дрожащей рукой, отщипнул из своей тарелки.

— Я заглянул в астрал и понял, что вы имеете в виду. — решил поддержать разговор Инроргн, — чокаться — это слегка ударять стаканами друг о друга. А ещё я понял, что вы подавили в себе позыв это сделать. Почему?

— Как-то пил я с одним гномом, — ответил Великий, — и обнаружил, что в вашем мире так не принято. Поскольку всякие тактильно-двигательные ритуалы вызывают непонимание, решил не смущать вас этой ерундой. В каждом обычае ведь важен смысл, ну а в этом его давно нет даже у нас. Когда-то такое действие символизировало, что вино не отравлено. Теперь же в моём мире этот ритуал просто добавляет моменту немного торжественности.

Как вам рыба? — перевёл он разговор.

— Здорово! Вообще, — Инроргн понял, что пока длится трапеза, стоит поддерживать этот лёгкий, отстранённый стиль беседы, — мне кажется, всё, что приготовлено на костре, всегда имеет иной, собственный вкус, который не сравнить ни с чем. Возможно, это ощущение детства, а, может быть, запах дыма будит в нас связь с чем-то древним — не знаю.

— С древним? — покатал на языке Великий, — пожалуй, в этом что-то есть. Что думаешь, Кора?

— Не знаю, — пожала она плечами, — если так, то это, вероятно, сродни какой-то астральной технике. Инроргн, тебе ещё положить?

— Да, пожалуйста, это же тино? — полуутвердительно спросил он, пододвигая тарелку. — Её не так просто добыть! Вам и правда повезло.

— Вообще, я не рыбак, — перехватил инициативу Великий, — но глядя на то, что удаётся поймать в вашем мире, всё больше и больше задумываюсь.

— О чём?

— Возможно, я видел ещё не весь ваш мир, но кроме, пожалуй, лоргов, я не натыкался на каких-либо иных животных. То есть не встречал таких, чтобы они не водились и у нас.

Однако в море ситуация радикально иная. Сколько мы живём здесь, а я пока не нашёл хоть чего-нибудь, пусть и отдалённо, но напоминающего наши виды.

Может быть, у вас есть объяснение, почему на Рее и на Земле наземный растительный и животный мир одинаков, а подводный отличается?