Эд Мунк – На другой стороне Луны (страница 2)

Шепот Егора внезапно наслоился на хрипловатый голос Сэнсэя, мерно продолжавшего свое обманчиво сказочное повествование.

«Принцесса росла и расцветала, а король будто угасал, он много играл в карты, не мог следить за своим королевством, и однажды разбойники прислали ему черную метку – и он умер, а может быть, его убили – никто не знает правду. Принцесса говорит, что это было убийство, прямо на ее глазах, а разбойники – что Король сам покончил с собой, так как был очень много должен и был вынужден заложить свое королевство. Принцесса решила отомстить и думала, что убила его врага, но оказалось, что она убила лишь исполнителя. И потом разбойники пришли и к ней, и забрали Элину в совсем другую сказку…»

А затем включили свет и послышались крики, а за мной, как и положено, пришла тьма – и перегретое сознание отключилось.

Глава 3. Le pigeon aux petits pois[3]

Передислоцировавшись из реанимации в обычную палату, я обнаружила, что по популярности легко могла бы сравниться с Трампом после покушения – возможно, стоило бы проявить энтузиазм, подумать о будущем и выдвинуться на пост вице-губернатора.

Впрочем, мой случай оказался менее героическим, но при этом более дурацким и кровавым – незадачливый охранник, видимо, пребывая в восторге от настоящего дела, пытался ранить Стрелка, но попал мне в плечевую артерию, что спровоцировало кровопотерю, которая вполне могла бы привести к гибели, если бы не вовремя оказанная помощь врачей и напор великодушного Егора, решившего курировать не только злополучную выставку, но и мой дурацкий кейс.

Более глупое окончание карьеры перед очередной пугающей меня ранней пенсией было трудно представить: я планировала легкое, элегантное и в чем-то даже человеколюбивое дело, а в итоге лежала в больнице в полной информационной изоляции.

Первым, кого я увидела, когда пришла в себя и меня перевели в обычную палату, был Кир – он сосредоточенно работал, сидя на полу с ноутбуком, и почувствовал, как я пошевелила рукой.

Если честно, я бы предпочла, чтобы он сразу сообщил мне все новости: сбросили ли они с Сэнсэем таймер за последние сутки, жив ли наш диссидент? Кем в итоге оказался Стрелок? Есть ли у полиции ко мне вопросы?

Но, к сожалению, когда-то понимавший меня с полуслова друг не начал свой рассказ с этой полезной информации, а завел привычную унылую волынку о том, как я себя чувствую.

Кажется, мы оба смотрели друг на друга с некоторой осторожностью – никто будто не хотел вскрывать карты, и я решила прибегнуть к традиционной для меня мелодраматической тактике в духе Кончиты и Хуан-Карлоса – сообщила, что ничего толком не помню.

Когда-то я уже демонстративно вычеркнула из своей памяти все, что не хотелось вспоминать, – мою первую неофициальную работу (я называю ее эксплуатацией детского труда), направленную на отработку долга семьи.

Кажется, Сэнсэй обменял меня на зеленый горошек – правда, не от Бондюэль, а от Пикассо, что было не менее обидно, так как Пикассо я не любила – не могла отделить его творчество от его личности и абстрагироваться от предательства таксы по имени Лумп, которую он отдал в приют, когда у нее отнялись ноги.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.