Эд Гринвуд – Смерть Дракона (страница 65)

Затем, в жуткой тишине, гоблины опустились на колени, осторожно положив оружие на сильно истоптанную землю, и коснулись лбами земли.

Голова дракона металась взад-вперед в явном удивлении, когда она увидела, что ее армия вмиг разоружилась. Она откинулась назад и взлетела в воздух. Вокруг Ильберда задребезжали доспехи, когда воины напряглись, пытаясь поднять щиты, которых у них не было.

Налавара была огромна, одновременно изящна и ужасна. Когда она взлетела, развернулась и набросилась на армию кормирцев, молодой Краунсильвер в оцепенении уставился на ее великолепие. Он никогда не видел такой кошачьей грации при таком огромном размере - зверь был не меньше некоторых замков королевства. Он никогда не видел такой...

Быстрой и обыденной смерти. Дракон ворвался в кормирцев, извергнув огонь в сторону боевого мага, который сметал солдат, подобно факелу, прожигающему паутину. Рыцари набросились на зверя со всех сторон. Ильберд видел, как Элбер Лайонстоун кувыркался вдоль чешуйчатой ​​спины дракона, с маской боли на лице, пока неутомимая рука с кинжалом неистово, но безрезультатно пыталась пробить толстую чешую. Он перевел взгляд и посмотрел вниз по склону. Красный огонь струился по нему, окружая ноги бегущих со всех сторон Пурпурных Драконов. Люди слабо стонали или ругались, пока они шатались или пытались подняться. Руки многих мужчин опустились к поясам, чтобы снять с них пузырьки с магическими зельями и выпить их, исцелив ожоги и прогнав жгучую боль.

На мгновение показалось, что Придворный Маг исчез, или, возможно, огонь дракона поглотил его, после чего дракон снова взмыл в небо и приземлился на другом конце вершины холма, а Ильберд увидел, шатающегося короля, с телом мага на руках. Кожа мага была настолько чёрной, что, казалась скорее углём, нежели плотью. Ильберд рванул к Азуну, чтобы помочь. Король ухмыльнулся и передал Ильберду, и вялого, бесчувственного и чертовски тяжелого Вангердагаста.

- Кажется, настало время для мечей. - Весело сказал король, наблюдая за гоблинами, которые бежали с вершины холма настоящим ручьем.

Они позади своё оружие и щиты, которые раскинулись между драконом и кормирцами, подобно металлическому плащу. У подножия холма, были другие гоблины, ответившие на шипящий зов дракона и пробирающиеся сквозь отступающих собратьев. Эти зеленокожие держали оружие наготове, и было не похоже, чтобы они собирались капитулировать.

- Я должен добраться до дракона! - вдруг закричал король. – Во имя всех людей Кормира.

Мгновение спустя, король и ближайшие к нему капитаны побежали по вершине холма, скользя по выброшенному гоблинскому оружию, валяющемуся под ногами, а дракон повернул голову в их сторону, выглядя таким же испуганным, как мальчик, пойманный на карманной краже.

Налавара подняла свои могучие крылья, чтобы подняться наверх, и Азун прорычал:

- Не дайте ей улететь!

- Понял вас, мой король, - крикнул в ответ капитан копейщиков Тапсторн, подняв руку. – Держите.

Ильберд увидел кольцо на его пальце - ценную реликвию Тапсторнов, сияющую огнём. Волшебный огонь загорелся лишь на мгновение, после чего кольцо почернело и рассыпалось, оставив Муркана Тапсторна морщиться и трясти обожженным пальцем. Пламя пронеслось по вершине холма и набросилось на голову дракона, обрушивая невидимые удары, грохочущие, как звонкий хор кузнечных молотов. Огромный зверь отшатнулся, наклонил голову и отступил. Заклинание, казалось, двигалось вместе с ним, продолжая избивать голову рептилии.

Пурпурные Драконы приблизились к первым рычащим гоблинам и были всего в нескольких десятках шагов от дракона. Ильберд задыхался под тяжестью Придворного Мага, лежащего на плечах капитана мёртвым грузом и, возможно, видят Боги, давно ставшего мертвецом.

Стальной лязг зазвенел, быстро превращаясь в бесконечную песню, когда усталые люди прорубали себе пусть сквозь орду гоблинов с кривыми клинками и яростью в глазах. Ильберд увидел, как  шлем Скармера Гриффонгарда, прорубающего себе путь сквозь ряды гоблинов и оставляя за собой кровавую дорожку, упал и отлетел в сторону, обнажив длинную рыжую гриву и глаза, пылающие пламенем ярости. Зеленокожие буквально взбирались по его телу, разрубая доспехи дикими ударами, пока не повалили человека на землю и не скрыли под своими телами.

Муркан Тапсторн пошатнулся, когда из его пустой глазницы хлынула кровь, после чего рыкнул и упал на труп гоблина. Дюжина или больше монстров набросились на него, разрывая и разрубая еле-живого мужчину, пока и его тело не скрылось под потоком гоблиноидов.

Ильберд размахивал телом Вангердагаста, будто тараном - его мягкие ботинки били гоблинам по головам и роняли их на землю. Капитан почувствовал, как под его ботинком что-то хрустнуло - это были рёбра гоблина, издавшего предсмертный стон и умершего за одно мгновение. Ильберд рванул вперед, впредь не заботясь о том, что хрустело под его ногами. Жгучая боль чуть выше левого колена говорила о том, что один гоблин таки смог нанести удар. Ильберд взревел от боли и ударил нападавшего гоблина по лицу, после чего развернулся, выхватил меч и разрубил противнику голову. Из-за этого движения маг упал с плеч капитана прямо на полдюжины вопящих зеленокожих карликов. Освободившись от ноши, Ильберд начал крутиться, как сумасшедший, убивая гоблинов и расчищая пространство вокруг себя, а когда рядом не осталось ни одного гоблина, он убрал меч в ножны и поднял мага на плечи.

Повернувшись и выпрямившись, он увидел, как шесть копий пронзили Карта Белстабла, не успевшего выхватить окровавленный меч из-за спины. Белстабл пошатнулся, темная кровь хлынула из его рта и носа, но из последних сил набросился на одного из нападавших, вцепившись глаза гоблина своими грязными от крови и земли пальцами. Они оба повалились на землю, а остальные гоблины навалились на Пурпурного Дракона, с энтузиазмом нанося удар за ударом.

Ланжак Блаквагон, или, вернее, его изрезанная верхняя половина, рухнула на гоблинов, бегущих с поля битвы. Нижняя часть тела рыцаря с торчащими кишками осталась в пасти смеющегося дракона.

Ильберд с ужасом наблюдал, за головой, размером с небольшой дом, украшенной пожелтевшими крючковатыми клыками, длинной в человека. Заклинание Муркана исчезло, и зверь раскрыл дымящиеся челюсти, чтобы сжечь человека, стоящего под ним с поднятым мечом.

Король!

Пламя хлынуло в раскаленном докрасна потоке, поджигая траву и раскидывая  пронзительно вопящих гоблинов в полет во всех направлениях. Было слишком жарко, чтобы Ильберд мог смотреть сквозь огонь, но когда стена жара угасла, она проморгался и увидел короля Кормира Азуна IV, стоящего на том же месте и держащего в руках меч со сверкающими магическими рунами. Он был невредим.

Пока Ильберд таращился на короля, Азун рванул вперед, как горячий юнец, а дракон, послав в короля струю огня, совершил собственный выпад, набросился на воина с распахнутыми зубастыми челюстями, чтобы раскусить его пополам, как зверь уже сделал это с Ланжаком.

У Азуна перехватило дыхание, его доспехи мигнули, и тут нагрудник короля слетел с него и превратился в стальной слиток, обоюдоострый, как копье, длиной и толщиной с человека. Челюсти дракона сомкнулись, хлынула черная кровь, и Дьявольский Дракон закричал от боли. Крик звучал по-женски и как-то... изящно.

Дракон все еще качал головой, пытаясь вырвать стальной клин, который ранил ее в нёбо, когда Азун вырвал что-то похожее на ножны или оберток из-под своего нагрудником, и ударил дракона по правому крылу. Дракон снова закричал, а вспышка золотого света, последовавшая за ударом, была такой яркой, что осветила небо, затянутое чёрными тучами.

На мгновение Ильберд Краунсильвер подумал, что дракон в одно мгновение превратился в молодую эльфийку, дёргающуюся от боли, пока красные волосы в диком танце вертелись вокруг головы, а с крыльев во все стороны летели перья.

Она откинула голову в крики агонии, а ее глаза были похожи на два бриллианта, наполненные огнём. Затем она издала ужасный рёв и снова превратилась в огромного дракона. Ильберд моргнул, едва веря в то, что видел другую форму дракона.

- Человек! - взревел дракон. – Чем ты ударил меня?

- Скипетр Владык, - спокойно ответил Азун. - Величайшее из произведений лорда Илифара.

- Ты не достоин даже произносить его имя, человек! – огрызнулся дракон. Крошечные языки огня вырвались из ее рта, но, казалось, погасли от того, что держал король в своих руках. В руке, которая не держала  зазубренный, потемневший боевой меч, он держал золотой скипетр, вырезанный в форме дуба с изящными ветвями, которые были вырезаны, казалось, случайно, а его гигантская головка была сделана из аметиста, вырезанного в форме жёлудя.

- Нет, Налавара, - ответил король Кормира таким тоном, будто вёл обычный диалог с придворным. - Лорд Илифар заключил сделку с моим предком и дал ему власть править этими землями. Эта сделка касается и меня. В некотором смысле, Илифар хранитель и прародитель моего дома.

Дьявольский Дракон, преисполненный ярости, закричал и попытался наброситься на человека перед собой, но сломанное крыло подвело его, и он упала на землю, раздавив множество гоблинов, но тут же поднявшись, совсем не обращая внимания на то, сколько своих слуг он раздавил.