Эд Гринвуд – Смерть Дракона (страница 59)
- Это все, что мы можем?
Азун пожал плечами.
- Правитель делает то, что может, и пытается найти или проложить новые пути, новые возможности... но я сделал достаточно. Теперь я должен преградить путь и охранять ворота на дороге, которую я построил. Это и есть моя задача.
Ответом Элдруна было бессловесное рычание, после чего он развернул жеребца и направился обратно к своим войскам, которые все еще не выстроились в боевой порядок.
- Нетерпеливость, - прорычал генерал Илнбрайт, глядя на скачущего дворянина. Старый командир Пурпурных Драконов выглядел как обтесанный и закаленный воин, которым он и был – рослый, высокий и массивный, будто бочка, одетая в доспехи.
Азун пожал плечами.
- Сейчас нет времени, чтобы разбираться с этим. Если кто-то во время боя увидит, что с войсками Элдруна что-то не так и доживёт до конца боя, чтобы рассказать тебе, скажи лишь слово любому из этих двух молодых людей.
Генерал посмотрели туда, куда указал король. Его латная перчатка была вытянута к мрачному Дунефу Марлииру, Хранителю Восточных Пределов и нервному лорду Джоги Вивенспуру. Они ожидали позади гребня холма и сидели не на боевых лошадях, а на ездовых скакунах.
- Сказать лишь слово? - прорычал Халивер Илнбрайт. – А куда они собираются?
- К Полям Джестера, дабы возглавить последнюю надежду королевства, - сказал король достаточно громко, чтобы все капитаны собравшиеся вокруг него, могли это услышать. - Если мы падём, и наш враг продолжит угрожать Сюзейлу, эти два лорда возглавят армию из самых опытных ветеранов и самых молодых новобранцев. Их задачей будет охранять стены Сюзейла как можно дольше и добиваться, чтобы как можно больше кормирцев – женщины и дети, погрузились на корабли и покинули территорию Кормира настолько далеко, насколько это будет необходимо. Часть государственной казны уже спрятана в безопасном месте в других городах. Если Кормир падает, его королевская сокровищница достается ее гражданам, по сто золотых каждому человеку и по триста для глав благородных семей.
Одинокий голос прорезал общий шепот, который последовал.
- Боги да благословят вас, мой сеньор, - прорычал один из старших капитанов, склонив голову. – Я хочу, чтобы вы услышали это от меня прямо сейчас. Если я погибну, то не хотел бы, чтобы мой король остался без внимания Богов за такую заботу о моих близких и всех людях Кормира.
- Да! Хорошо сказано! – выкрикнул кто-то еще, а затем высказавшегося поддержала еще дюжина голосов. Игнорируя их возгласы, Азун указал на конюхов, держащих под уздцы лошадей дворян Дунефа и Джоги. Лорды отдали честь и направили своих скакунов вниз по склону, который вел к холму, недалеко от Сюзейла - высоте, где был установлен шатёр короля.
- А как насчет Мерсамбера? - тихо спросил одинокий голос, когда капитаны замолчали и начали мрачно рассматривать армию гоблинов.
- У нас недостаточно солдат, чтобы защитить оба города, - мрачно сказал Азун. – Силы военно-морского флота удерживают Мерсамбер с помощью нескольких групп искателей приключений. Если у его ворот появится несколько тысяч гоблинов, то лодок для эвакуации будет достаточно.
- Но... - Начал голос, но тут же замолчал.
Широкая и волосатая рука генерала Илнбрайта упала на плечо марсамбийца.
- Быть королём – большая ответственность, парень, - рыкнул он почти шепотом, который, тем не менее, был слышен и на середине холма. – Никогда нет таких решений, которыми будут довольны абсолютно все. Ты лишь делаешь все, что можешь, а твои подданные могут лишь надеяться, что у тебя есть сердце и честь, чтобы защищать их. У нашего короля все это есть, так что поблагодари судьбу и Богов, что живёшь в Кормире, а не в каком-нибудь другом, более мрачном месте.
- Халивер, - тихо сказал король. - Подай сигнал. Время пришло.
Генерал Илнбрайт кивнул, расправил плечи и снял рог с широкого пояса. Без колебаний, он со всей силы дунул в него, отправив почти каждого, кто слышал его, на верную смерть.
Ильберд Краунсильвер никогда не участвовал в битвах Он был здесь сейчас только потому, что он был Краунсильвером, молодым и побочным, чтобы умереть, но послужить королю и принести славу своей семье. Он был достаточно молод, чтобы быть взволнованным и даже беспечным к ожидающемуся столкновению. В конце концов, могло ли что-то пойти не так, когда рядом был Придворный Маг Вангердагаст и король Азун? Он даже с нетерпением ждал возможности пойти на семейный ужин, чтобы мрачно рассказать своим родственникам о своей храбрости и о том, как король лично похвалил его за хладнокровие и доблесть. По крайней мере, он был достаточно молод для всего этого около часа назад.
Теперь же он прятался за крепостным валом от гоблинов, кишащих, как рой мух, принесший с собой тошнотворную вонь смерти, и надеялся, что доживет до конца дня. В его ушах звенело от постоянных криков, скрежета лезвий о лезвия и доспехи, некоторые из рыцарей использовали свои мечи как дубинки или молоты, вбивая врагов в грязь, просто молотя по доспехам и щитам, пока не убивали врага или не уставали окончательно. И за все это время Ильберд так и не увидел доблестную смерть, воспетую в балладах. Или хотя бы красивую.
После первого нападения тысячи гоблинских тел усеяли поле. Ручей почернел от крови гоблинов, залившей поле битвы, а его исток был настолько усыпан маленькими телами, что напоминал, скорее, какое-то болото. Потом последовала вторая волна, и поток гоблинов, казался, бесконечным. Они атаковали в бесконечном воющем потопе, и все больше и больше людей погибало под их атаками. Возможно, гоблиноидов осталось около четырёх сотен, не больше, но они продолжали упорно давить, размахивая своими кривыми копьями.
А Дьявольский Дракон даже не взмахнул крылом. Почти лениво она растянулась лёжа на вершине холма, злорадствуя, пока сотни и тысячи её солдат давили Пурпурных Драконов своим числом. Армия Кормира отступила на холм, дабы вынудить противника подниматься на него, тем самым поставив его в очень неудобную позицию. Склон холма был завален мертвыми гоблинами, и рыцари были даже рады рубить их, но вскоре у лучников закончились стрелы, а у копейщиков и мечников заболели плечи.
Тем не менее, гоблины все атаковали. Каждая волна заходила все дальше вверх по склону. У каждого рыцаря на счету было не меньше сотни гоблинов, но их все равно было больше, и, хотя Ильберд вступал в непосредственное столкновение с монстрами лишь пару раз, он уже покачивался от усталости.
Он не знал, как генерал и другие крупные рыцари вообще могли просто стоять, но между каждой волной они лишь пили воду из корыта, стекающую по усам, и указывали на конкретные слабые места в строю гоблинов, по которым можно нанести удар во время следующей атаки. А во время атак они, как какие-то безумцы, бегали по полю боя, круша гоблинов и раздавая команды, напоминая, скорее, мальчишек во дворе? а не рыцарей в бою. Боги, если бы он только дожил до заката, это была бы последняя битва, в которой он…
- Берегись, парень! - проревел Халивер Илнбрайт, хлопнув Ильберда между плеч с такой силой, что юноша пошатнулся, и пошёл дальше, не прерывая шаг. - Они придут снова!
- Медленно учиться, не так ли? - спросил седовласый старый рыцарь, потерявший шлем в последней схватке. - Это похоже на настоящую драку в Драконьих Челюстях! Мне нужно, чтобы мой менестрель написал об этом балладу…
- Надеюсь, он быстро поёт, - прорычал генерал. – Они уже здесь!
Воющий поток снова обрушился на склон, смешавшись в суматохе сверкающих клинков, зеленой кожи и маленьких мелькающих глазок. Люди же держались строгих боевых порядков - не бегали и не прыгали, а медленно продвигались вперед, выкашивая гоблинов перед собой подобно косарям, расчищающим поле.
Ильберд увернулся от атаки кричащего гоблина, поскользнулся и обнаружил, что стоит нос к носу с другим монстром, но тут был ослеплен его кровью, когда нога ударила его по лицу, а лезвие вонзилось ему в шею.
- Осторожней, парень! - крикнул Ларет Гулур, пытаясь перекричать грохот стали вокруг них. – Держать позиции…гоблинам будет труднее достать тебя, пока…
Какими бы не были его следующие слова, они затерялись в коротком выкрике, когда один гоблин вонзил меч ему в живот, второй между ног, а третий прямо в голову.
Пурпурный Дракон развернулся, пытаясь руками ухватиться за воздух, и упал на лицо. Ильберд даже не успел понять произошедшее. Это случилось так внезапно. Внезапно, и бесповоротно.
Ходили слухи, что Стальная Принцесса делала это каждый день годами. Боги, должно быть, ей было очень страшно стоять рядом и наблюдать за смертью товарищей.
- Назад, парень, если не знаешь, что с этим делать! - Проревел Хатиан Талар, отодвинув его в сторону и убив трио гоблинов ловким движением руки взад-вперед. Он споткнулся о руку Гулура, и, увидев, кому она принадлежит, выругался, затем схватил клинок своего погибшего друга, стряхнув с него мертвого гоблина, и бросился вниз по склону. Оба лезвия в его руках пылали, подобно молниям. Гоблины окружили Талара, когда он оказался один посреди них, ревя как морж. Слезы текли по его лицу, и он так быстро выкрикивал проклятия, что слова, казалось, накладывались друг на друга, создавая подобие какого-то странного заклинания.