Эд Гринвуд – Королевства Доблести (страница 53)
- Нет. У него еще много других.
Прогулка по пляжу к башне Дролло показалась друиду бесконечной - болтовня девочки на протяжении всего пути утомляла.
- Изабель! - воскликнул Дролло, распахнув дверь. Он выбежал во двор и подхватил девчонку на руки.
- Дедушка! - завизжала та. - Я так здорово провела время! Там были морские цветы, и зеленые люди, и большая акула! Было весело!
Друид нахмурился и прошел мимо обнимающейся парочки в коридор, где забрал свой просохший плащ. Набросив его на плечи, он взял сапоги и тунику, и, обернувшись, увидел Дролло, заносящего уставшую малышку внутрь.
- Где же ты ее отыскал?
- Далеко за Драконим Пределом, - просто ответил друид, натягивая сапоги. Он потянулся за своим мечом и повесил его на пояс.
- Но откуда ты узнал, что она будет там?
- Ты сказал, что торговал с морскими эльфами несколько лет назад, - начал друид. - Эльфийское письмо на большом пустом ящике утверждало, что он из Мерции. Это город в нескольких дюжинах миль отсюда - под водой. Насколько я смог перевести, подпись говорила о содержимом "один водный паук". Вот я и догадался, что Изабель, ну, утопила твою штуковину. Зная технологии морских эльфов, я решил, что паук делает свое дело вне зависимости от того, сможет она им управлять или нет. И поскольку мерцианские морские пауки предназначены для перемещения под водой...
- Хвала Тиморе, твоя догадка была верной! - воскликнул Дролло, опуская Изабель на чистый участок пола и поглаживая ее по макушке.
- Не прячься от меня больше, - приказал он.
Девочка зевнула и послушно взялась за край его робы.
- Как мне тебя отблагодарить? - спросил старик. - Я должен что-то сделать. Я должен дать тебе что-нибудь.
Друид покачал головой. Ему не нужны были вещи, особенно тот хлам, что заполнял башню. Но когда он уже собрался уходить, у него возникла мысль. С озорным огоньком в глазах он повернулся к Дролло.
- Как насчет подарить мне кое-что из твоей коллекции?
- Да! Отличная идея! - воскликнул Дролло. - Забирай сколько сможешь унести.
Последующие несколько часов друид провел, таская огромный мешок вверх и вниз по лестнице.
- Что это? - спросил Гэлвин на верхнем этаже, указывая на выглядывающий из окна длинный цилиндрический предмет.
- Наблюдатель звезд.
- Ну, он мне без надобности. А это? - он указал на полусферу, усыпанную бусами и кусками металла.
- Не помню...
- Ладно, я ее возьму.
- Как насчет этого? - поинтересовался друид этажом ниже.
- Это называется худабит. Завезли из Жентильской твердыни. Не знаю точно, что он делает.
- Хорошо, я его заберу.
Друид зарылся в коллекцию гномьих устройств, и показал на маленькую коробку с шестеренками и циферблатами.
- А это что?
Старик пожал плечами, и Гэлвин сразу же сунул вещицу в мешок.
Дальше и дальше шел друид, собирая все, что старик не мог опознать. Когда Гэлвин закончил, то был доверху нагружен ранцами, мешками, сумками и пакетами. Он согнулся под этим весом, и Дролло пришлось открыть ему входную дверь.
- Спасибо, Гэлвин. За все, - сказал старик.
-Пока мечи не разлучат, - формально ответил друид. - И да будут твои дни светлы, Изабель.
Девочка зевнула и помахала в ответ; ласка в ее руках запищала в притворном негодовании.
- Хорошо, я еще зайду в гости, - сказал Гэлвин зверьку. - Больше не буду так долго пропадать.
Будто перегруженный коробейник, Гэлвин заковылял прочь, протащив свою поклажу почти милю. Наконец, он нашел тенистую рощицу и опустил подарки на землю. Друид снял меч, потянулся и встал на четвереньки. Он призвал новое превращение и обзавелся грубой серой шерстью и длинными острыми когтями.
Барсук стал рыть нору у подножия большой ивы. Несколько часов спустя, когда нора была достаточно велика для его целей, Гэлвин вернулся в человеческую форму. Он сложил все барахло в яму, прикрыл его и плотно утоптал землю.
Мужчина тщательно собрал листья и мох в окрестностях рощи и пересадил их в место над закопанными вещами. Как старательный садовник, расположил растения и заставил почву выглядеть так, будто ее не трогали.
Удовлетворенный тем, что игрушки Дролло останутся ненайденными, друид направился к Пределу. Он собирался потолковать с морскими эльфами о продаже водных пауков тем, кто не имеет ни малейшего понятия, как ими пользоваться.
ПРОКЛЯТЬЕ ТЕГИИ
Трой Деннинг
Судя по виду, гостиница "На Высоком Утесе" переживала не лучшие времена. Хотя час ужина давно уже наступил, веранда была безлюдна. Посередине каждого грубо сколоченного столика стояли перевернутая хлебница и старая бутыль из-под вина с увядшими маками. Стулья были разбросаны по двору, как будто тот, кто последним подметал пол, не видел смысла расставлять их по местам.
- Кажется, поздних посетителей у вас не так уж много, - заметил Адон.
- Скажем так, сегодня лучший столик – ваш, - проворчал хозяин, ведя их через двор. Мирон Цинас - так его звали - был волосатым, как медведь, крепким мужчиной со спокойными черными глазами, большим носом в красных прожилках и бородой до груди.
- Ваши проблемы как-то связаны с проклятием Тегии? - спросил Адон.
Мирон остановился.
- Я не виноват, - буркнул он, - Кто вам такое сказал?
- Никто, - ответила Корин.
Как и Адон, молодая женщина принадлежала к Церкви Мистры, только она была послушницей, а он – высокопоставленным жрецом. Булава с черной рукоятью смотрелась странно на поясе золотоволосой красавицы, с карими глазами оленя, носом пуговкой и сияющей улыбкой богини.
- На самом деле мы очень мало слышали о несчастье, поразившем Тегию - лишь то, что вам нужна помощь.
- Вот и хорошо, что вы остального не знаете, - сказал хозяин с облегченным выражением на лице. Он провел их в дальний угол веранды, откуда открывался вид на всю деревню. -Проблемы Тегии вас не касаются.
- Мы проделали долгий путь, чтобы предложить помощь, - возразил Адон.
- Тогда вы зря потратили время, - ответил Мирон, - Даже если вы и могли бы что-то сделать – а вы не сможете – беда нашей деревни только наша беда. Меньше всего нам нужна парочка чужаков, сующих носы в наше горе.
С этими словами хозяин придвинул два стула к столику и жестом предложил гостям присаживаться.
- Вам подадут ужин сюда.
Когда Мирон вернулся на кухню, Корин прошептала:
- Это будет сложнее, чем мы думали.
- Не намного, - сказал Адон, высвобождая свою булаву из петли на поясе, чтобы усесться поудобнее. - Люди Тегии будут счастливы принять нашу помощь – когда мы заслужим их доверие.
- Ну и как ты собираешься это сделать? - спросила послушница.
- Я придумаю способ, - ответил Адон. Он взглянул на деревню, которую пришел спасти.
Тегия, расположенная в южном районе Вершин Драконьей Пасти, выглядела весьма идиллически. Окружавшие ее горы были покрыты высокими кипарисами, стройными и прямыми, будто наконечники копий. Около деревни на пологих склонах росли большие оливковые рощи, деревья в которых были странным образом искривлены. Серебристые листья, свисавшие с неровных ветвей, колыхались под вечерним ветерком, и, казалось, нашептывали нежные песни пасторальной жизни. В самой деревеньке, изредка отражаясь от каменных стен, раздавался приглушенный звон козлиного колокольчика, но других звуков с узких дорожек, ветвящихся в лабиринте побеленных домиков, не доносилось.
На дальней стороне деревни, на краю тысячефутового утеса, припал к земле мрачный замок местного герцога. Его отвесные башни выделялись на фоне далеких вод Драконьего моря, где солнце как раз заходило за бирюзовый горизонт.
Обычно Адон останавливался в замке, а не в местной гостинице. Как важный священнослужитель Церкви Таинств, он мог рассчитывать на проявление гостеприимства со стороны большинства знати. Однако, патриарха предупредили, что герцог Тегии не любит священников, и он не стал утруждать себя визитом в замок.
Адон почувствовал теплое прикосновение Корин к его руке.
- Вот наконец-то и ужин, - сказала она.
Внимание жреца вернулось к веранде. Из кухни только что вышла служанка с тяжелым подносом в руках. Ее фигуру подчеркивали туго зашнурованный корсаж и волнистая юбка, достаточно узкая, чтобы намекать на стройные ноги. У нее была имбирного цвета кожа и черные волосы, ниспадавшие на обнаженные плечи шелковистыми волнами. Миндалевидные глаза были карими, как топаз, а ресницы подведены тушью.
Разглядеть остальную часть ее лица было невозможно. От щек и до самых ключиц лицо девушки было скрыто грубой шалью. Платок выглядел в высшей степени неуместно, касаясь кожи столь красивой девушки. Он был сделан из грубой черной шерсти и висел на жесткой бечевке.
Девушка поставила поднос на край стола.