Эбби Дэвис – Культ (страница 11)
– Хорошая девочка.
Он развернул фонарик к ней и направил прямо в лицо.
– Мы возвращаемся в густой темный лес, детишки. Вперед.
Ханна хотела встать, но он покачал головой:
– Ты поползешь, солнышко. Вперед.
Она попыталась поймать взгляд Грега, но он прижимал ладони к лицу, словно слишком боялся смотреть. Ей снова вспомнился фильм, который она смотрела из-за папиной спины. Маленький мальчик потерял способность говорить после того, как увидел, как плохой человек запер его брата в машине и угрожал пистолетом. Если они выберутся живыми, Грег тоже потеряет голос? Эта мысль приводила в ужас. Но не так сильно, как мысль о смерти Грега.
Вздрогнув всем телом, Ханна поползла по тропинке вслед за фонариком, пытаясь придумать другой способ сбежать, но ничего не приходило в голову. Ее разум поглотила темнота, такая же черная и бездонная, как ночь вокруг.
Не способная ни к чему, кроме повиновения, Ханна старалась ползти как можно медленнее. Чем дальше они зайдут в лес, тем хуже для них. Она не знала, откуда такая уверенность – просто знала. Если они углубятся в лес действительно далеко, никто не услышит их криков.
– Вы нас убьете? – спросила она, повернув голову к мужчине.
Он пихнул ее ногой, заставив забарахтаться. Она не хотела плакать; она хотела оставаться сильной и быть смелой, умной сестрой. Сестрой, которая умна достаточно, чтобы придумать план и спасти младшего братишку, но она ощущала себя собакой, которую ведут на бойню. От нее ничего не зависит. Ее жизнь в руках этого злого мужчины. Жизнь Грега тоже в его руках. Она всего лишь десятилетняя девочка, и это реальная жизнь. Это не фильм, где все кончается хорошо. Глубоко в душе Ханна понимала, что в реальном мире все не так. Принцесс не спасают прекрасные принцы. Маленьких девочек убивают злые люди.
– Вот. Здесь достаточно далеко, – сказал мужчина.
Он толкнул Грега на колени. Грег подполз к ней, Ханна обняла его обеими руками и подняла глаза на скрытое тьмой лицо мужчины. Он направил фонарик на землю перед ними, склонил голову набок и надул щеки. На секунду ей подумалось, что он их отпустит. Он казался задумчивым, почти добрым. Пропуская нож между пальцев, словно игрушку, пальцами второй он барабанил по дереву.
Ханна спрятала лицо Грега у себя на груди, подумала про маму с папой и закрыла глаза.
Она посмотрела на нож, потом в глаза мужчине. У него были тяжелые веки, как у мультяшного пса, чье имя она не могла вспомнить, но пальцы очень быстро перекатывали нож. Хрустнув коленями, мужчина сел на корточки перед ними и поднял нож.
– Слушайте, я не знаю, какого хрена вы шляетесь по улице среди ночи. Не знаю, сбежали вы или что, и мне плевать. Меня волнует, чтобы вы держали свои рты на замке. Вы увидели кое-что неподходящее, и теперь вы помеха. Гребаная помеха.
Грег вздрогнул от грубого слова и заплакал.
– Дело в том, – мрачно продолжил мужчина, – что я должен быть уверен, что вы не проболтаетесь.
Он направил нож на Ханну и Грега.
– Мы не станем, – сказала она, – да, Грег? Обещаем.
– Да. Не станем.
Мужчина прищурился. Его губа ощерилась.
– Если станете болтать, я узнаю, где вы живете, приду ночью и убью ваших родителей.
У Ханны в животе образовался ком. Она попыталась отползти, но мужчина протянул руку, схватил ее за плечо и прижал нож к горлу.
– Не двигайся.
Он слегка провел металлическим лезвием по ее шее, вызвав щекотку. Широко улыбнулся, показав зубы. Он выглядел безумным. Совсем не похожим на человека. А больше на хэллоуинскую маску.
По деревьям прокатился громкий шорох.
Мужчина выключил телефон, погрузив их в темноту.
Часть вторая
Глава 13
Лили
Джон тряс Лили за плечи, вырвав из самого крепкого сна за много лет.
– Что ты делаешь? – нахмурилась она.
Сердце колотилось о грудную клетку. Щеки были мокрыми от слез. Прищурившись от света люстры, она сердито смотрела на мужа.
– Дети пропали, – сказал он.
Она никогда не видела его таким бледным.
– Что ты имеешь в виду?
Она вскочила с кровати и потеряла равновесие, когда ноги коснулись ковра. Паника выпустила свои когти.
– Их нет в комнатах.
– Что?!
– Мне не спалось, так что я спустился поработать, а когда поднимался, пошел проверить их. Их нет.
Отпихнув его, Лили выбежала из спальни. Она вошла в комнату Ханны и уставилась на пустую кровать. Паника отсекла сонливость, как лезвие гильотины. Сердце заколотилось. Глаза обшаривали комнату. Она была пуста. Но пахла ею. Ханной. Перед мысленным взором зародился странный сон, ядовитый и издевательский. Лили прогнала его прочь, развернулась и выбежала из комнаты в спальню Грега. Его кровать тоже была пуста, простыня небрежной кучей валялась на полу. Что-то кольнуло в грудь.
Лили посмотрела на Джона:
– Ты обыскал дом?
– Да. Их нет.
– Сад?
– Да.
– Тогда где они?
– Я не знаю.
– Ты звонил в полицию?
– Нет, я…
Она стиснула зубы и сдержала все слова, которые хотелось проорать.
– Звони. Сейчас же.
Она метнулась мимо него и бегом спустилась по лестнице. Схватилась за ручку входной двери, ожидая, что та заперта, и вздрогнула от удивления, когда дверь открылась. Она бросила взгляд на крючок для ключей: ключи на месте. Конечно на месте. Она видела их раньше, когда спускалась проверить, а значит…
Живот скрутило.
На верху лестницы показался Джон.
– Они сейчас пришлют кого-нибудь. Тебе лучше одеться.
– Ты запирал дверь вчера вечером? – спросила Лили с нехорошим чувством в животе.
– Что? Да. Конечно запирал. Я всегда ее запираю.
– Но ты много выпил. Может, ты забыл?
Ее слова повисли в воздухе ядовитым газом, в них ясно слышалось обвинение. Она тут же пожалела: обвинения не помогут им узнать, где Ханна и Грег. Не помогут ей вернуть детей. Надо взять себя в руки. Сохранять спокойствие. Но что-то сдавливало легкие, не давая дышать.
Джон мгновение смотрел на нее, потом отвел глаза.
Лили сорвала с вешалки куртку, распахнула входную дверь и выбежала в бархатно-черное утро, выкрикивая имена своих детей, пока не почувствовала в горле вкус крови. У соседей начали загораться окна. Через несколько секунд мистер Саксон стоял у себя в дверях, из распахнутого темно-синего халата выглядывало бледное тело.
– Миссис Вудс, что за шум? – спросил он, шагая по своей дорожке.
– Дети. Они пропали. Вы что-нибудь видели или слышали? – сказала Лили, заглядывая ему за спину в открытую дверь.
Ей на ум пришла кошмарная мысль. Большинство детей похищают люди, которых они знают. Она вспомнила все ужасные истории похищений, которые когда-либо слышала в новостях, – похоже, в последнее время это случалось все чаще и чаще. Дети – в основном девочки – пропадали. Их забирали. Похищали. Запирали в чужих домах, прятали от людей, годами мучали, и никто не мог их найти, и только через много лет им как-то удавалось сбежать. А иногда не удавалось. Иногда их находили мертвыми или вообще не находили. Всего несколько лет назад недалеко отсюда пропала маленькая девочка. Лили помнила глаза ее матери – какими они были потерянными – и свои ужасные мысли: «Слава Богу, это не моя малышка». А следом еще хуже: «Как эта женщина до сих пор жива? Если бы со мной произошло такое, я бы умерла».