Э. Мейси – Порочный ангел (страница 16)
— Ты всегда наблюдателен. Я рад видеть, что это не увяло с годами, — пошутил он, прежде чем протрезветь. — Я также хотел обсудить, чего ожидать, когда церемония закончится. На тот случай, если ты займешь мое место.
Я ничего не сказал, обдумывая его слова. Свадьба все еще была для меня таким чуждым понятием, но чем дольше я думал об этом, тем более открытой к принятию решения я становился.
— Предполагаю, что я вступлю во владение, как только свадьба будет завершена?
Рафф вздохнул, прежде чем кивнуть.
— Как бы сильно я ни любил свою семью и то, что я делаю, я бы предпочел все изменить, пока не стало слишком поздно.
Я посмотрел на него, отметив глубокие морщины вокруг его глаз и рта. Рафф стареет, он один из старейших боссов мафии в Соединенных Штатах, и я могу только представить, что произойдет, если его семья останется без преемника.
— Да, я могу это понять, хотя я все еще немного шокирован тем, что ты выбрал меня, — признался я.
Мы знаем друг друга много лет, но я никогда по-настоящему не считал нас настолько близкими. Я хороший выбор для Ангела, но одна вещь, которую я узнал от него давным-давно, заключалась в том, что у Рафаэлло Прайса всегда есть несколько мотивов, почему он делал то, что делал. Однако прежде чем я успел спросить, у него зазвонил телефон. Подняв палец, он достал из кармана свой телефон и отошел в сторону. Предоставив ему немного побыть наедине, я разыскал Ангела в толпе. Моя будущая невеста.
Глава 8
Ему тридцать шесть, то есть ровно вдвое старше меня. "Бизнесмен", по словам моего отца, что означает, что он зарабатывает свои деньги, занимаясь незаконной ерундой. Вот и все. Это весь объем информации, которую мне удалось почерпнуть от моего отца. Сказать, что я расстроена, было бы преуменьшением.
Даже если он не озвучил этого вслух, я знаю правду. Гейвен Бельмонте талантливый человек… в искусстве убийства. Более того, он, очевидно, пользуется полным доверием моего отца, потому что всего через несколько коротких дней после нашего маленького свидания за ужином я обнаружила, что шагаю по улице рядом с ним, когда мы бегали по поручениям и делали то, что сделала бы любая нормальная пара, готовясь к своей свадьбе. За исключением того, что мы настолько далеки от нормальной пары, насколько это возможно.
— Ты, кажется, нервничаешь.
Слова Гейвена пронизаны весельем.
Я пожала плечами и солгала.
— Конечно, нет.
— Да?
Я почувствовала, как его внимание обжигает мое лицо, но не обратила на это внимания, рассматривая вуали и обувь на полке магазина, который, казалось, сотый за сегодняшний день. Я хмуро посмотрела на белое кружево и высокие каблуки, которые свалили бы любую неуклюжую невесту и отправили бы ее прямиком на пол. Каблуки определенно, должно быть, изобретение человека. Они, конечно, казалось, делали только две вещи: приподнимали женскую задницу и не давали им сбежать. Жар охватил мою спину там, где я стояла перед прилавком со шпильками.
— Видишь что-то, что тебе нравится? — спросил он.
Смутно сознавая, что за нами обоими наблюдают охранники, которые на этот раз последовали за нами по моей настоянию, а также продавец магазина, я умерила свой ответ.
— Я не фанат каблуков, — сказала я.
Протянув руку мимо меня, Гейвен взял с полки пару шпильок, усыпанных бриллиантами, и поднес их к моему лицу.
— Серьезно? Думаю, эти бы тебе идеально подошли.
Я уставилась на трехдюймовый шип на задней части туфля.
— Нет.
Я выхватила шпильки у него из рук и поставила обратно на полку, прежде чем повернуться и проскользнуть мимо него. Я вышла из магазина и пошла пешком, прекрасно зная, что он последует за мной. У него нет другого выбора. Пройдя половину квартала, я остановилась перед ювелирным магазином, и мои глаза наткнулись на рекламу в центре витрины. Молодая женщина протянула руку, чтобы продемонстрировать красивое кольцо с бриллиантом, которое она носила. Яркие сверкающие глаза, застывший во времени вздох — все это выражало, насколько она счастлива, пока я стояла, нахмурившись. Я не могла не задаться вопросом, была ли это настоящая женщина, а не просто реклама, была ли она искренне счастлива или все притворство?
Вздохнув, я оторвала взгляд от фотографии и оглянулась назад, чтобы убедиться, что я не одна, прежде чем продолжить путь. Хотя предполагалось, что это будет еще одно "свидание", если вообще можно назвать эти вынужденные вылазки свиданиями, Гейвен стоял в нескольких шагах позади, разговаривая тихо с мои отцом, пока наши охранники осматривали улицу.
— Не забегайте слишком далеко вперед, мисс Прайс, — крикнул один из охранников.
— Я и не собираюсь, — беспечно ответила я, одарив его натянутой улыбкой.
Впрочем, не имело значения, на сколько шагов я опережала его, Гейвену не потребуется много времени, чтобы догнать меня. Как в прямом, так и в переносном смысле, ощущение того, что его глаза следят за мной сквозь толпу, практически обжигало мою кожу. Если бы я побежала, он погнался бы за мной, потому что, насколько я знаю, это мои последние дни с хоть какой-то долей свободы. Тем не менее, я не могла не задаться вопросом, смогу ли я на самом деле это сделать.
Я уже думала об этом раньше. Мысль о том, что я оказалась в ловушке в мире, пропитанном кровью и местью, была одной из причин, по которой я с самого начала изучала компьютерные технологии в качестве специальности. В наши дни с помощью технологий можно сделать так много — можно даже переписать существование, если знать как. Я могла бы создать совершенно новую личность. Однако, чтобы сделать это,… мне придется попрощаться со всем, что я когда-либо знала. Моя семья. Мой дом. Мой папа… Несмотря на то, что мой отец босс мафии, он всегда хорошо относился к своей семье; мне разрешалось выходить из дома, учиться, путешествовать и общаться, существовать вдали от семейного бизнеса просто не без охраны. Однако это не означает, что Гейвен будет таким же. Насколько я знаю, он держал бы меня взаперти до тех пор, пока не убедился бы, что я ношу его наследника. Наследник … Мои руки прижались к животу. Ребенка, которого я бы зачала вместе с ним, чтобы продолжить род Прайсов.
Я покачала головой. Его желания абсурдны. Я слишком молода, чтобы иметь ребенка. Черт возьми, я едва ли достаточно взрослая, чтобы выходить замуж, особенно за кого-то вроде Гейвена Бельмонте. Я еще раз оглянулась на своего жениха. И все же … я не могла не наблюдать за ним, когда он не пялился на меня. Его лицо так идеально очерчено — почти воплощение закона человеческой красоты, сформулированного Давинчи. Я подозреваю, что если бы он не жил жизнью, полной преступлений и крови, он был бы моделью или актером и сохранил бы эту красивую симметрию. Однако теперь его нос слегка склонился набок, как будто его ломали слишком много раз, а над бровью виднелся небольшой шрам, который портил портрет совершенства. Был еще один, поменьше и слегка изогнутый, которые выглядывали из-за его воротника. Граница испорченной красоты на Гейвене гораздо более опасная. Совершенство, возможно, и запятнано, но образ дикаря, жаждущего чего-то более мрачного, слишком зловещее. С того места, где он стоял в нескольких шагах позади среди нескольких других охранников, Гейвен поднял глаза и встретился с моими. Его губы изогнулись в усмешке, как будто он мог уловить направление моих мыслей. Поразительное количество жара прилила к поверхности моей кожи, когда я резко развернулась и отвернулась от него, чуть не споткнувшись в спешке, чтобы уйти от его непроницаемого взгляда.
Я никогда не могу сказать, о чем он думает, но поймала себя на том, что хочу все больше и больше узнавать о том, что лежит за пределами его закрытого разума. Ночь в ресторане свежа в моей памяти почти как навязчивый кошмар, за исключением … я сопротивлялась не так сильно, как рассчитывала. Его пальцы были опытны, когда они раздвигали меня и проникали в мою киску. Он заставил меня почувствовать то, чего никогда не делал ни один мальчик. Мой ничтожный опыт был ничем по сравнению с очевидными знаниями, которыми он обладал о женском теле. Он играл на мне, как на музыкальном инструменте. Дергал за ниточки со всей компетентностью мастера.
Я была бы идиоткой, если бы, по крайней мере, не признала, что он меня заинтриговал. Боже, даже после нескольких дней размышлений о сделке, которую заключил с ним мой отец, я все еще не могла в это поверить. С тех пор Джеки тоже пребывала в своем собственном пузыре молчаливой и мелкой ярости. Она вела себя так, как будто это было именно то, чего я хотела, хотя это было самое далекое от истины. Моего отца, казалось, даже не слишком заботило, что он разрушает все мои хорошо продуманные планы. Вспыхнуло тошнотворное ощущение предательства, и я прикусила внутреннюю сторону губы, чтобы сохранить невозмутимое выражение лица. За мной наблюдали, постоянно подвергая пристальному изучению, не только мой отец и его охранники, но теперь и Гейвен. Эмоции нарастали, и я изо всех сил старалась держать себя в руках, поэтому сосредоточила свое внимание на витринах близлежащих магазинов.