E. Martinas – Место, которого дважды не было. Часть 1. Черный властелин. Начало (страница 21)
Именно в этот момент рядом с тонущим Мауросом появился ещё один призрак. Увы! Юноша никак не мог его заметить, так как эльфы неспособны видеть души умерших, единственным исключением из правила являются призраки родителей. Вновь прибывшим оказался покойный колдун Хорус. Он обратился к Долорес и Маурисио:
– Успокойтесь! Помощь уже близка! Я разыскал людей принца Бласко. Они ночевали неподалёку и с минуты на минуту будут здесь.
– Как тебе удалось позвать их?
– Пришлось наслать на принца кошмарный сон, что заставило его проснуться. Потом я усилил крики Мауроса о помощи таким образом, чтобы они были слышны в лагере Бласко. Разумеется, проклятия в ваш адрес я заглушал.
– Где же они?! Боюсь, они опоздают!
– Не плачь, Долорес. Едва услышав призыв о помощи, принц опрометью кинулся на крик, не взяв оружие. Хорошо, что его всегда сопровождают личные стражники.
– Хорус, сын проклял нас! Что теперь будет?
– Боюсь, ничего хорошего. А вот его спасение: принц Бласко собственной персоной со свитой.
Действительно, к месту трагедии подоспел отряд эльфов. Впереди бежал юный красавец, единственный сын короля Бартоло. Мгновенно оценив обстановку, он сорвал с себя дорожный плащ, бросил его несчастному, а сам крепко схватился за капюшон.
– Держись, парень! Сейчас мы тебя вытащим! – прокричал он Мауросу.
Уговаривать того не пришлось. К моменту чудесного появления спасителей эльф едва держался на поверхности. В трясину ещё не засосало голову и правую руку, которой он намертво вцепился в брошенный ему плащ. Ему так отчаянно хотелось жить, что никакая сила в мире не заставила бы его ослабить хватку. Воины пришли на помощь своему господину и совместными усилиями вытащили Мауроса из губительной трясины на твёрдую землю. Все вздохнули с облегчением. Один из воинов дал спасённому свой плащ. Вырванный из липких объятий смерти эльф дрожал как осиновый лист. У него зуб на зуб не попадал. Руки и ноги его не слушались. Язык заплетался. Собрав последние силы, он едва слышно вымолвил:
– Спасибо, принц! – и упал на землю без сознания.
– Отнести его в лагерь, согреть, переодеть, накормить, показать лекарю. Исполнять. Быстро! – приказал Бласко.
За считаные мгновения отработанными, привычными движениями соорудив из лёгких копий и плащей носилки, воины погрузили на них несчастного Мауроса и двинулись обратно к лагерю. Принц огляделся по сторонам и с недоумением покачал головой: «Скажите на милость, как этого бедолагу сюда занесло? Где дорога, а где болото?»
Долорес кинулась на шею колдуну Хорусу, рыдая от счастья. Она от всего сердца благодарила колдуна за спасение их единственного сына. Потом она вознесла хвалу Великим Повелителям Стихий. К молитве присоединились Маурисио и колдун. Но радость сменилась отчаянием: Маурисио и Долорес безутешно горевали, ведь родной сын отрёкся от них и проклял. Колдун Хорус пытался их успокоить, обещая, что рано или поздно справедливость и добро восторжествуют, а зло понесёт заслуженную кару и будет уничтожено. Но Хорус всегда так говорил, поэтому, в сотый раз услышав одни и те же проповеди, убитые горем родители не нашли в себе сил поверить в грядущее светлое будущее.
Зло олицетворяли сын Великого Повелителя Недр Уранум, его мамаша, великанша Хильдегарда, между прочим, последняя из своего рода, и его прабабка, Великая Ведьма Нуардис. Значит, заговорщиков было трое, однако две из них уже умерли. Великанша и ведьма руководили Уранумом с того света при помощи двух магических предметов. Ещё на их стороне по роковому стечению обстоятельств оказался вольный ветер Гурсу, но к произошедшему на болоте он не имел никакого отношения, так как никогда не покидал Северной пустыни.
Уранум наблюдал за происходящим, укрывшись от посторонних глаз в пещере, и довольно потирал руки. В его коварные планы не входила смерть Мауроса. Ему нужно было, чтобы эльф отрёкся от своих родителей и проклял их. Этот тонкий ход с целью завладеть душой эльфа придумала сама Великая Ведьма Нуардис, утвердила Хильдегарда, а их отпрыск безукоризненно осуществил.
Вдруг Уранум насторожился. Он почувствовал, что к пещере приближается один из Великих Повелителей Стихий. Времени на то, чтобы незаметно скрыться, у Уранума не оставалось. «Надо срочно убрать отсюда души умерших и сделать вид, что я просто прогуливаюсь», – пришла ему в голову спасительная мысль.
– Эй! Вы! Хватит болтать и распускать сопли! Марш в подземелье!
– Хозяин, ты снова запрёшь нас в каменной плите?
– А вы как думали?! Вы пытались меня подло обмануть, я вам не доверяю. Будете вечность сидеть под арестом, а выходить только по моему приказу.
– Э нет! Ты обещал им свободу! Только попробуй нарушить данное колдуну слово! – возмутился Хорус.
– Хорошо. Хотя они постоянно стараются навредить мне.
– Мы лишь пытались спасти нашего единственного сына! Ты должен нас понять!
– Запомните, я никому ничего не должен. Я хозяин, вы рабы. Ваш сын полностью принадлежит мне, только он ещё не знает об этом.
– Он живой! Он свободен! Тебе принадлежат только неприкаянные души умерших!
– Знайте, он жив до тех пор, пока это входит в мои планы. Но если вы и дальше будете меня злить, я его уничтожу, раздавлю, как жалкое насекомое!
– Сжалься! Смилуйся! Пощади его!
– Вон отсюда! Ждать меня в подземелье!
Души Долорес и Маурисио помчались в пещеру быстрее ветра. Они мгновенно нашли подходящую щель, ведущую в царство Великого Владыки Недр, и скрылись в подземелье. Однако душа колдуна Хоруса осталась на болоте. Его неповиновение взбесило Уранума.
– Тебе моего приказа мало?! Требуется отдельное приглашение?!
– Даже Великие Повелители Стихий не властны над душами колдунов. Кто ты такой, чтобы мной командовать?
– Ты подчинишься, жалкий фокусник! Забыл, у кого твоя личная печать? Она даёт мне право на три желания, которые ты беспрекословно исполнишь.
– Пустые угрозы! Я готов спорить, ты намерен использовать печать для чего-то другого и не хочешь тратить её силу на меня. Значит, я могу ничего не опасаться и поступать по своему усмотрению. Я хочу остаться и узнать, из-за кого ты так встрепенулся.
– Только попробуй! Ты не дурак, и твои предположения верны. Но я скорее ослаблю силу печати на треть, чем позволю тебе остаться здесь. Мне хватит одного желания, чтобы испортить тебе загробную жизнь. Слушай и повинуйся! Приказываю…
– Хорошо, я уйду под землю и попытаюсь утешить несчастных Долорес и Маурисио. Проклинаю тебя, бессердечное чудовище!
– На здоровье! Вон отсюда!
Смерив Уранума полным ненависти взглядом, душа Хоруса устремилась в подземное царство. Через пару мгновений на балконе появился Великий Владыка Лесов и Болот собственной персоной. Он пришёл полюбоваться своим творением в любимый час утренней зари. «Рассвет на болоте – это так романтично!» – думал он. Владыка пребывал в прекрасном расположении духа. Погружённый в приятные мысли, он не сразу заметил Уранума. Он так увлёкся созерцанием природы, что не почувствовал его присутствие заранее. Увидев сына Великого Владыки Недр, он аж подскочил от удивления.
Уранум восседал на скальном балконе в роскошном кожаном кресле с высокой спинкой, которое успел быстро наколдовать. Создавалось ложное впечатление, что он давно здесь сидит. Он изобразил радость и удивление при виде Великого Хозяина Лесов и Болот, а также некоторое смущение и неловкость. Уранум встал, поклонился и учтиво приветствовал Владыку следующими словами:
– О! Великий Хозяин Лесов и Болот, рад вас видеть! Надеюсь, вы не рассердились на меня за столь бесцеремонное вторжение в ваши владения?
– Разумеется, нет, Уранум. Просто ты застал меня врасплох. Не скрою, я совершенно не ожидал тебя здесь увидеть после того, что случилось на совете Великих.
– Мне горько об этом вспоминать.
– Поверь и ты мне. Я всегда уважал вашу семью. Твой отец – образец порядочности. Ты его достойный сын. То, что ты так отчаянно защищал свою мать и светлую память о ней, убедило меня в твоей искренности и преданности. Мы все можем ошибаться, главное – не врать самим себе.
– Золотые слова. Я чувствовал вашу поддержку. Простите, но мне горько вспоминать. Давайте поговорим о чём-нибудь другом.
– Пожалуй, ты прав. Не стоит бередить рану. Кстати, а что ты здесь делаешь?
– Любуюсь неописуемой красотой. Прошу прощения, но должен вам признаться: я не первый раз прихожу в это живописнейшее место, чтобы отвести душу и усладить взор великолепием природы. В моём практически полном одиночестве у меня осталось так мало приятного.
– Что?! Ты шутишь?
– В каком смысле? Что в моих словах вам показалось смешным?
– Обычно все насмехаются над моими болотами, ещё никто не сказал мне, что ему нравятся мои творения.
– Просто никто ничего не понимает в первозданной, нетронутой красоте природы. Тут так тихо, красиво, спокойно, величественно и торжественно. Не знаю, моя душа здесь отдыхает. Я влюбился в этот пейзаж с первого взгляда. Вот, балкончик себе облюбовал. С него открывается такой чудный вид!
– Неужели я встретил родственную душу, способную ценить подлинное великолепие этих мест?
– Видимо, да. По-моему, нет ничего романтичнее, чем встречать рассвет на болоте.
– Уранум, дорогой мой мальчик, ты не поверишь! Я шёл сюда и думал именно об этом. Давай вместе встретим утреннюю зарю над моей любимой топью.