Е. Гитман – Сбой на уровне системы (страница 11)
А серьёзно она отвечать не хотела. Мама вообще считала, что папины дела – это папины дела, и девочкам лезть в них нечего.
Сам папа бывал в кабинете нечасто, в основном возился в саду или читал на веранде. Но всегда, когда уходил, запирал дверь на ключ. Собравшись с духом, Лиза пошла к нему с очередным домашним заданием, положила тетради на стол и, стараясь унять колотящееся сердце, спросила задумчиво:
– А зачем тебе сейф?
Он поднял голову от алгебры, нахмурился и уточнил:
– С чего вопрос?
Она подготовилась.
– В «Приключениях Шерлока Холмса» в сейфе были фамильные драгоценности. А у нас?
Он слегка, совсем чуть-чуть, самыми краешками губ улыбнулся.
– Увы, фамильных драгоценностей нет. Старые документы и немного денег. Не доверяю я банкам, знаешь ли.
– Почему?
Он хмыкнул:
– Хорошо, Лизонька, ты в девяностые не жила, иначе бы не спрашивала. Ну-ка, сюда смотри, минус потеряла!
Замок на сейфе был сложный. Сначала нужно было крутить ручку, выбирая правильные цифры, а потом – повернуть ключ. От одного взгляда на серую дверцу затапливало отчаяние. Ключ папа держал при себе, а код, Лиза понимала, ей в жизни не угадать. Папа всегда был очень внимателен к паролям.
Обычно Лиза думала, что это хорошо и правильно – она же много читала про хакеров. Но сейчас папина дотошность грозила Лизе гибелью.
Пока он дочитывал задание по русскому, Лиза думала: «Может, лучше рассказать?»
И не находила правильных слов.
***
Изображение Локи стояло на рабочем столе. Рисунок рыжего скандинавского бога напрягал. Нина предпочитала астры или пионы на заставке. Зимой – еловые ветки, припорошённые снегом.
Раздался телефонный звонок. Нина ответила и услышала уже знакомый механический голос.
– Нашла?
– Ты обещал мне два имени, – напомнила Нина, но ответа не последовало. Что ж, с Локи было сложно торговаться, поэтому она произнесла: – Большинство дел велось очень небрежно. Но записано, что Зимина потенциально состояла в отношениях с неким Богданом, возможно, блондином. Подружка запомнила, потому что имя приметное. У Петровской есть упоминание длинноволосого рокера. У Ковальской – никого, а это самые свежие дела.
– А у Жуковой?
– Тоже пусто. Никто ничего не знает.
Локи снова молчал. Нина накинула плед. Вроде на улице было ещё тепло, а в доме становилось прохладно. Отопление включат не раньше конца октября, если не в ноябре.
Нина жила вместе с мамой двушке с советским ремонтом и такой же старой мебелью. Дорого Нина дала бы, чтобы никогда больше не видеть этого интерьера!
Он давил и угнетал не меньше, чем мама. А та была её личным мучителем.
Иногда Нина мечтала: она раскроет громкое дело, её заметят, предложат перевод куда-нибудь. Зарплату повысят. Можно будет снимать квартиру и жить самой. Пока денег не хватало, и приходилось терпеть, сжимать зубы, временами срываясь на крик.
– Ласка, – внезапно выплюнул динамик. – Богдан Сергеевич Ласка, Советская, 28. Год рождения – 1987. Второе имя – Стас Пронин, адреса пока нет, 1989 года. У обоих есть судимости. Близко не подходи, собери всё, что есть.
– Откуда ты знаешь о них? – выпалила Нина, пока собеседник не положил трубку. – Как нашёл?
– Во всяком случае, в ваших базах их нет.
– Ты… смотрел полицейские базы? Как?..
– Слово «троян»3 тебе говорит о чём-нибудь? – По искусственному голосу было неясно, но, кажется, собеседник ухмыльнулся. – Не бери в голову, закроете эту уязвимость – те, кому нужно, найдут другую. Знаешь, как говорят? Чем хитрее замок, тем сложнее отмычка. – Пауза. – Ищи, Нина Сергеевна. Есть подозрение, что у пропавших девочек большие неприятности. Фантазии хватает или помочь?
– Хватает, – мрачно сказала Нина.
– Радует. Настроения для художественных описаний нет. Возвращай свои астры. Как найдёшь – снова поставь Локи.
Хакер отключился, а Нина ещё долго смотрела в пустоту. Итак, у неё появилось два имени. Проверить их – и будет ясно, можно ли доверять странному союзнику.
Правда, был ещё один вопрос: зачем это Локи? Что ему до пропавших девочек? Нина дурой не была и понимала, что всё это тянет на какую-то неприятную многоходовочку. И она сама в ней играла уж точно не ведущую роль.
Может ли у хакера быть личный интерес? Он всё-таки не голос в трубке, а живой человек. Мог ли он сам кого-то потерять? Сестру? Дочь? Тогда было бы ясно, что им движет месть.
А если нет? Жажда справедливости? Какие-то далеко идущие планы?
Эти разговоры – уже должностное преступление. И оно будет усугубляться с каждым выполненным приказом Локи.
И всё же на следующий день, в обеденный перерыв, она пошла смотреть, что есть по именам. Она успела узнать, что Богдан Ласка сидел с 2008 по 2010 годы за воровство и драку. Там был взлом, погром, мордобой – полный бардак.
Уже хотела выяснить, что Ласка делает сейчас, как её вызвали к начальству.
Полковник Бобренко занимал небольшой кабинет, увешанный наградными листами. На самом видном месте располагался портрет президента, пониже – главы города. На оружейном сейфе стоял российский флажок.
Нина, получив разрешение, опустилась на жёсткий скрипучий стул, сложила руки на коленях и замерла, выжидая. Будет ругать? За что?
Следом мелькнула мысль: не рассказать ли про Локи и девочек? Нина решила, что не стоит. Как найдёт реальные факты – расскажет. Может, тогда ей и болтовню с хакером простят. Наверняка простят – если результат будет.
– Ну, что, Нина Сергеевна, как дела? – дружелюбно поинтересовался Бобренко.
Выглядело это несколько противоестественно. Когда на НТВ проводили кастинг на роль таких вот полковников, они наверняка брали Виталия Ивановича за образец.
– Хорошо, товарищ полковник.
– Ну, вот и хорошо, – он слегка усмехнулся и потёр подбородок. – Это ценно по нашему времени, да?
– Да… товарищ полковник, – осторожно согласилась Нина.
– А что это вы в архивах ночуете, товарищ младший лейтенант?
Она внутренне закаменела, но ответила спокойно:
– Изучаю дела, товарищ полковник. Для развития.
– А-а, – протянул он. – Для развития. Значит, так. Рвение поощряю, а занятия хернёй – нет. Ночные бдения в архивах прекратить, на обед ходить, всякой ерундой себе голову не забивать. Всё понятно?
– Так точно, товарищ полковник.
– Свободна.
Нина вышла из кабинета в глубокой задумчивости. Полковник Бобренко растил её с первого дня в отделении. Ругался, иногда орал и крыл матом, но и хвалил временами. Отличный профессионал.
И он с уверенностью сказал, что дела пропавших девочек – это «херня», которой заниматься не стоит. На мгновение Нина допустила мысль о том, что полковник из тех, про кого говорил Локи. Кого «уже купили». Отмела её с негодованием. Зато нашла другое объяснение: он знает, что в полиции есть «крыша» этого грязного бизнеса. Поэтому и уберегает Нину от проблем.
И что теперь делать?
Глава 6. Zero Day Vulnerability
Вести себя как обычно, никуда не влезать, не высовываться. Женя старался именно так и поступать. Убрался дома три раза, помог Витьке шкаф купить – и пообещал приехать собрать.
На пятый день мучительного ожидания занялся, наконец, Крокодилом.
Формально тот был тёмно-зелёным Volkswagen Passat В5, но это не имело никакого значения. Крокодил был Крокодилом.
Витька называл его «старьём», Женя обижался.
Машине едва исполнилось двенадцать лет – ни о чём для надёжного немца. Она прекрасно ремонтировалась («В отличие от твоих сраных корейцев, Витя!»). Крокодил сделал бы Витькин «Солярис», даже не напрягаясь.