Е. Гитман – 24 секунды до последнего выстрела (страница 6)

От этой сомнительной перспективы его отвлёк звонок телефона. «Давай, Клаус, скажи, что для меня есть дело», – подумал Себ почти отчаянно, но на экране отобразилось другое имя.

– Здорово, приятель, – с некоторым удивлением произнёс Себ, – не рановато для тебя?

Из динамика донёсся лёгкий смешок.

– Меня отправили в отпуск, дохну с тоски, – пояснил Грег, – вспомнил, что ты в городе. Есть планы на вечер?

Господь всемогущий, храни Грега Рассела и его начальство, которое отправило трудягу-полицейского отдохнуть.

– Уже собираюсь, – сообщил Себ, когда Грег назвал ему адрес паба, – ради тебя надену трусы с футбольными мячами.

Послав его известным маршрутом, Грег сбросил звонок, а Себ и правда пошёл одеваться. Про трусы он, конечно, загнул – в его гардеробе таких не водилось. Зато в честь встречи со старым приятелем побрился и вымыл голову.

Паб, который назвал Грег, мало изменился за прошедшие тринадцать лет. Именно здесь, в «Зелёном человеке», они зависали после полицейских курсов. Грег их успешно завершил, а Себ сбежал в армию за две недели до окончания.

Самого Грега было узнать не так-то просто. Он раздался в плечах, обзавёлся тренчем вместо кожанки, начал седеть, на лице появились ранние морщины. Зато улыбался он всё так же искренне, стискивая Себа в объятиях.

– Здорово, Розочка!

– Не смешно, – буркнул Себ, садясь напортив Грега за деревянный столик. – Что, нервная работёнка?

– Да поспокойнее твоей, если так посмотреть.

Себ, у которого в светлых волосах пока не было даже проблеска седины, сказал резонно:

– Значит, всё дело в браке.

– Ты вовремя развёлся, – вздохнул Грег.

– Всё в твоих руках.

Грег нервно рассмеялся шутке и повернулся, чтобы краем глаза видеть телевизор. Пока там шли новости, но можно было не сомневаться, что рано или поздно запустят трансляцию какого-нибудь матча.

Себ почувствовал прилив ностальгии. Точно так же они сидели (правда, не вдвоём, а впятером или вшестером) вечерами после курсов, болтали про всякую чушь, ржали над только что женившимся Грегом (но где-то в глубине души ему даже завидовали) и планировали блестящее будущее в Скотланд-Ярде. Судя по виду Грега, блеск не особо ослеплял.

– С тем парнем, Уилширом, порядок? – спросил Грег, вернувшись с двумя кружками пива.

– Полный, – скривился Себ. – Спасибо за помощь.

– Зачем он тебе?

Себ картинно прикрыл лицо ладонью и признался:

– Новый парень Эмили. Да стой, хорош ржать!

Грег хохотал, запрокинув голову, даже пиво плеснул на стол.

– Я думал… Проблемы с карьерой. Он кинул тебя на деньги. Вы подрались в пабе. Гадал, в чём дело. А он – парень Эмили… Ох-хо…

Себ тоже подхватил смех. На самом деле, приди Грег к нему с чем-то подобным, он тоже смеялся бы до упаду и потом ещё лет десять вспоминал бы.

– Господи боже, зачем тебе это сдалось?

– Да хорош! – наконец оборвал его Себ. – Мне плевать, с кем Эмили спит, но она приводит его в дом к Сьюзен.

Смех Грега резко оборвался.

– Я бы тоже постарался раздобыть на сукиного сына весь компромат, какой есть.

Себ вздохнул:

– Нет на него компромата. Парень как парень. Получше меня, если так посмотреть. Стоматолог.

Грег молча поднял бокал в знак сочувствия.

– Ты-то детьми не обзавёлся пока?

– Марта не хочет, – лаконично ответил Грег и перевёл разговор на погоду.

Минут двадцать они болтали о том о сём, вспоминали старые приколы, Грег рассказал пару случаев из полицейской практики, а Себ, тщательно выбирая, поделился армейскими историями. Из тех, где храбрые парни прикрывают друг другу спины или тырят дыни с местной бахчи, а не тех, где кто-то пытается запихнуть кишки обратно в брюхо и с удивлением понимает, что они туда не помещаются.

– Ты надолго сюда? – спросил в какой-то момент Грег.

– Чёрт его знает, – честно сказал Себ, – пока нашёл кое-что в охране, посижу. Остыну слегка. На кровати нормальной посплю, в горячем душе помоюсь и всё такое. Они выпили за душ и кровать.

Грег бросил очередной взгляд на телевизор, скривился и пробормотал:

– Дерьмо.

– М-м? – Себ обернулся, но поймал только смазанный конец новости.

– Не был в кино на этой «Жертве нового бога»?

Себ покачал головой. Он не помнил, когда был в кино последний раз.

– Меня Марта затащила, фильм про маньяка. Из-за него погибла куча народу, а его показывают свободным художником, чуть ли не героем. И кричат об этом ещё по телевизору. Как будто нам не хватает подражателей и всякий двинутых. Как по мне… – Грег отхлебнул пива, – за такое киношников сажать надо. Готов пари держать, что пройдёт месяц с премьеры, и мы найдём ещё такой труп.

– Какой?

– Принесённый в жертву, – произнёс Грег с омерзением. – Это было года два назад, по телику много говорили – целая серия ритуальных убийств. Молодёжь насмотрелась ужасов и пошла приносить жертвы старым богам, в основном, Европу трясло, но и нам досталось. Ребята на поле под Чешемом нашли… – Грег сделал паузу, словно сомневаясь, стоит ли рассказывать, но Себ кивнул головой с любопытством. – Представь себе, гигантская клетка из брёвен, с очень узкими просветами, сами брёвна нетолстые, ровненькие такие молодые дубы. Сколочена деревянными же гвоздями, обмотана в углах верёвкой, причём не магазинной, а ручной работы, из крапивы.

Себ нахмурился. Похоже, впереди было что-то действительно неприятное, раз Грег так мнётся.

– Внутри – раздетые догола люди. Пять человек. И всё это сожжено. Дубы были влажные, клетка прогорела слабо, да и дождь пошёл. Но понятно, все пятеро мертвы, по зубам опознавали.

– Мать вашу…

– Через неделю нашли придурков. Четверо отбитых парней и девчонка решили возрождать какой-то там друидский культ. Парни поехали в тюрьму, девчонка – в психушку. В Дании был случай до этого. Дипломатов на Рождество нашли в собственной квартире, в креслах, выпотрошенными и зашитыми. А внутренности на ёлке, вместо гирлянд. Ещё раньше, кажется, в Польше кого-то заживо сожгли в деревянной ладье. Короче, – Грег заглянул в пустую кружку, – идиотов хватает и без наших киноделов. Пойду, ещё возьму…

– Я схожу, – поднялся Себ и вскоре вернулся с двумя пинтами «Сэнт-Питерса».

Но не успел он сделать глоток, как зазвонил телефон, и в этот раз это был Клаус.

Грег посмотрел понимающе, хотя и не слышал ни слова.

– Начальство, да? Моё тоже любит дёргать под вечер.

– Зря выпил, – сказал Себ. Грег смотрел очень сочувственно и даже жалостливо, и Себу стало от этого неуютно. Грег ведь ловил людей, на которых он, Себ, работал.

Они распрощались и договорились встретиться ещё.

***

С Фоули придётся стать трезвенником. Именно так думал Себ, попутно размышляя над новым заданием. Его цель находилась в доме сто тридцать восемь по Монтэгью Мэншэнс, на четвёртом этаже, комната с южной стороны.

«Мистер Фоули сказал, что тебя никто не торопит, но чтобы ты сам выбрал укрытие», – передал Клаус. И это было проблемой. Одно дело – просчитать хорошую лёжку, занять позицию в городе, где уже идут военные действия, и другое – влезть на какую-нибудь высотку в центре Лондона.

Ещё Себ ненавидел выходить на позицию нетрезвым. Казалось, всё отвлекает, всё ощущается остро, ярко, отвратительно. Но выбора у него не было, поэтому он заталкивал раздражение поглубже, осматривая дома.

Более или менее подходящий вариант Себ заметил на углу Мэрилебон-роад, но решил, что оставит его на крайний случай: чердаки в доме были заколочены, а металлическая крыша с высокими скатами почти не давала укрытия.

Зато через квартал высилась двадцатиэтажная башня, по виду жилая. Многоквартирный дом или что-то в этом роде. Стараясь не прибавлять шага, хотя и чувствуя внутри нетерпение, он двинулся к ней через переулок.

Это оказалось общежитие – как гласила вывеска, принадлежащее университету Вестминстера.

Себ щёлкнул языком.

Закрытая территория (хотя через забор можно и перешагнуть), наверняка магнитные замки на дверях, так просто не войдёшь. Дом новый, пожарных лестниц снаружи нет. Но либо это, либо угол Мэрилебон, скользкий холодный металл и риск сорваться.