E.G.B. – Пушок (страница 7)

– Да, твои глаза сразу показались мне локаторами.

Рокси рассмеялась. А затем указала лапой на Джека и предложила:

– Поздороваемся с ним? Кажется, его оставили адаптироваться самостоятельно.

– Пойдем. Интересно, он понял, что такое имя, или нет, – соблазнился я.

Мы направились к Джеку. Он сидел возле миски, будто боясь оставить ее и больше не найти.

– Привет, привет, – поздоровалась с ним Рокси.

Он вскочил на свои лапы и поднял хвост. Она же помахала ему своим, что немного успокоило его. Взглянув на меня, он обрадовался.

– Кот, это ты, – опознал он меня, принюхавшись.

– Да, я Пушок. А тебя теперь зовут Джек.

– А я – Рокси. Давай дружить? – сразу же предложила она.

– Давай! А что это значит? – спросил он. – Спайк говорил, что мне нужно подружиться с кошкой. Пушок, давай с тобой тоже будем дружить?

– Я не против. Но сначала нужно объяснить, что значит дружить, – замешкавшись, я взглянул на Рокси, но она явно хотела послушать мое объяснение. – Что значит дружить? Проводить вместе свободное время и иметь общие интересы.

– Это людское, наверное, определение, – вмешалась Рокси. – Мне кажется, быть друзьями – значит гулять вместе много, есть вместе, бегать и играть.

– Есть вместе? – вдруг запереживал Джек. – Я не хочу ни с кем есть.

– Мы с тобой ели вместе, когда были в соседних клетках, – напомнил я. – Ты забирал у меня еду, это, можно сказать, преимущество дружбы.

Рокси сморщила нос и уточнила:

– Так он тебя объедал, получается.

– Да, но, дружба – это когда ты не против отдать свою еду другому, – попытался объяснить я своим собеседникам.

– Я не согласен. Нет, – Джек был неприступен.

– Если ты будешь моим другом, то я буду отдавать тебе часть своей еды, – пояснил я ему.

– И … просто так отдашь?– с недоверием переспросил он.

– Да, для друзей не жалко.

– Он дурак, или дружба – это обман какой-то, – вслух подумал Джек.

– Просто хочется, чтобы рядом была живая душа, которая пойдет с тобой, куда ты идти не хочешь. Чтобы кто-то не дал тебе замерзнуть в мусорном баке, когда ты по глупости покинул свой дом. Чтобы кто-то встал на твою сторону, когда тебя обижают, пользуются твоей слабостью. Чтобы кто-то просто сказал: «Не надо таскать его за лапы, ему же больно». Вот кто такой друг.

– Это ты о ком-то конкретном говоришь? – спросила меня Рокси.

– Да нет, – соврал я, не желая вспоминать о Веронике, – просто пытаюсь объяснить нашему новому знакомому, что такое дружба.

– Я понял, кажется, – грустно подумал Джек, – некоторые только считают, что дружат с тобой, а потом выбрасывают на помойку.

– Во-от, как раз это я и имел в виду, – согласился я.

– Какой тяжелый опыт у вас двоих, – с любопытством подумала Рокси.

– Опыт – это и есть жизнь, – размышлял я. – Если ты только нежился на мягкой подушке, то жил ли ты вообще?

– Ну, надо же и на подушечке полежать, как по мне, – стала спорить Рокси, – разве нет? Или как ты поймешь, что нужно бороться за еще одну такую возможность просто полежать на подушечке?

– Да, – сначала согласился я, не зная, что ответить, а затем добавил: – Но одно дело, когда ты лежишь на подушке после активного дня – охоты, добычи, – расслабляешься физически и морально, и совсем другое – когда ты лежишь, потому что в другом месте ты лежать уже не можешь.

– Мы же сейчас уже не про дружбу? – поинтересовался Джек.

– Нет, – ответила Рокси, – мы про раны душевные, которые должны лечить друзья.

– А-а-а, а причем здесь подушки? – Джек смотрел то на меня, то на Рокси, пытаясь прочитать наши эмоции.

– Ты просто должен послушать и сообщить свое мнение о моей истории, – объяснил я. – Не важно, откуда взялась подушка. Подумай, хорошо ли всю жизнь на ней лежать или надо что-то еще в жизни делать?

– Надо, конечно, надо еще покушать, поиграть и поспать, – перечислял Джек.

Рокси начала кататься по полу на спине, задыхаясь от эмоций, а затем, переведя дыхание, спросила:

– А спать на подушечке?

– На полу, – сразу же ответил он, – на подушку люди голову кладут. Как же на ней спать-то?

– О-о-о, ничего себе, – удивился я, – так тебе нельзя было на подушке спать?

– Нет, конечно, а что, тебе можно было? – спросил Джек завистливо.

– Я мог спать где угодно.

– А ты? – спросил Джек у Рокси.

– Я не спала на подушках, да и на полу тоже. Только на земле, – призналась она. Мы не знали, что ответить ей, и она добавила: – Земля мягкая, можно порыться в ней и закопаться, если холодно.

– А, вот как, я даже бы и не подумал, – признался Джек. – А я на дороге спал, каменной. Там не удобно.

К нам подкралась Царапка и спросила:

– Что это вы обсуждаете, молодежь?

– Где спится лучше: на мягкой подушке или свободе? – грамотно сформулировала нашу тему разговора Рокси.

– Ого, какие умные темы у вас, – Царапка посмотрела на Джека, а затем повернулась ко мне. – Рада, что вы нашли общий язык. Пушок, отойдем?

Я кивнул и направился за ней. Царапка повела меня к стенду – вокруг никого не было. Она еще раз настороженно огляделась и только тогда начала разговор:

– Я ходила узнавать насчет черной кошки, о которой ты спрашивал. Она сбежала во время операции. Сима не смогла ее найти.

– А как же ее котята? Она не вернулась за ними? – спросил я.

– Они в дочипированной комнате еще. Если она вернется, то Сима ее найдет.

– А когда котят чипируют?

– Они еще слишком малы. Сима, скорее всего, подождет некоторое время.

– А потом они сюда попадут?

– Да, конечно, но тебя здесь уже не будет, дорогой, – предположила она.

– Почему?

– Ты уже подружился с двумя собаками. Еще немного, и социализируешься.

– А как же реакция на движение? У меня плохо получается контролировать себя.

– У тебя есть прогресс. Очень тяжело переучить инстинкты. Социализация – это немного про другое. Конечно, никому не надо, чтобы ты бегал за всем, что движется, но это само придет. Не волнуйся, – на этом Царапка прошла мимо меня и уже собралась уйти.

– Хорошо. Если что-то узнаешь про черных… – начал я вслед.

– То я сообщу тебе.

– Спасибо.