E.G.B. – Гранат (страница 51)

Глава 10

На следующее утро Гранат проснулась рано. Свет из окна, не прикрытого шторой, бил прямо в глаза. Прибравшись в своей комнате, она пошла умываться и готовиться к свиданию.

Посмотрев на шрамы от когтей шута, она провела пальцем по зажившей коже. Было бы странно надеть что-то милое. Алмаз уговорила – пусть будет эта короткая черно-белая клетчатая юбка с металлическими кольцами и этот лиловый топик. Посмотрев на себя в зеркале, она надела сверху прозрачную черную блузку.

Выглядела она довольно агрессивно по сравнению с прежним стилем. Поправив косички, она спустилась вниз.

Гранат обнаружила всю семью за столом. Они затихли сразу же, как только она вошла в лавку.

– Доброе утро, дорогая, – поприветствовала ее бабушка и встала обнять ее. – Рада, что ты одумалась и решила вернуться домой.

Гранат обменялась объятиями с Рубин и прокомментировала:

– Варан настоял, чтобы я вернулась домой.

– Да уж, хоть парня ты толкового нашла, – бросила недовольно Изумруд. – Садись завтракать.

Усевшись за стол между Топаз и Оникс, Гранат наложила себе немного каши из кастрюльки.

– Расскажешь мне, что за мальчик у тебя появился? – аккуратно поинтересовалась Рубин, присаживаясь за стол. – Топаз так нахваливала его.

Пожав плечами, Гранат ответила:

– Просто парень. Ничего такого.

– Да как же так, – недоумевала Рубин, – если Топаз его хвалила, значит точно хороший! Как вы познакомились?

– На улице.

– А я вспомнила, кажется, он с собакой гуляет у нас на районе, – вмешалась Оникс, накладывая на тарелку Спиральки еще немного твердого сыра.

– Да, у него есть собака.

– Умный, любит животных, галантный – я хочу с ним познакомиться! – настаивала Рубин.

– Он заедет за нами через пару часов. Познакомитесь, – непринужденно проговорила Гранат, закидывая ложку каши.

– А что за наряд на тебе? – спросила Оникс сестру.

– Нравится?

– Да, очень модно.

Изумруд смерила ее взглядом, чуть поджав губы.

– А, по-моему, слишком вульгарно.

Гранат замерла с ложкой у рта.

– Я хочу, чтобы ты была взрослой…

– Продолжай, не стесняйся, – с ледяным спокойствием произнесла Гранат.

– А не как девочка по вызову.

– Мама, а ты знала, что девочками по вызову становятся только люди, пережившие сексуальное насилие?

– Это тут причем? – спросила Изумруд.

– А при том, что называть так свою дочь – прямое признание, что ты чего-то упустила.

После паузы, она театрально добавила:

– Но чего?

– Не пойму, что у вас за война такая? – спросила Топаз, смотря то на Изумруд, то на Гранат.

– Да какая война? Ты посмотри, что она вытворяет! – завопила Изумруд. – Сначала из дома убегает, шляется где-то всю ночь, а потом возвращается с кавалером, вся в странной одежде и еще эти косы…

Гранат расхохоталась – звонко, свободно, наслаждаясь срывом матери.

– Тетя Топаз, вот как выглядит манипулятор, который потерял свою власть, – показала она рукой на Изумруд все еще сладко смеясь.

– Это тебя в твоем университете такой чуши учат?! – со змеиной яростью спросила Изумруд.

– Да, мам, этому меня учат в университете. Только у меня все время был диссонанс: любимая мама не может быть манипулятором, который вечно взывает к моей совести, заставляет чувствовать вину и бояться, – проговорила Гранат с легкой улыбкой на лице.

– Ты сейчас меня обвиняешь в своем высоком ССВ?!

Гранат резко переменилась в лице и серьезным выражением произнесла:

– Нет, тетю Топаз.

Ее фраза поставила всех в тупик. Удивление на лицах людей мгновенно перешло в размышление: Гранат была права – Изумруд была виновна.

Рубин, первая осознав ужас данной ситуации, попыталась смягчить момент:

– Изумруд тебя очень любит. Все ее попытки контролировать – это для твоего же блага.

Гранат развернула голову и посмотрела прямо в глаза бабушке:

– Ее любовь – это зыбучий песок. Вроде бы все в порядке, но ты незаметно тонешь, не в силах выбраться.

Спиралька застыла с сыром в своих лапках, пока Оникс прятала глаза. Все как будто ждали продолжения, и оно не заставило себя долго ждать: как только Гранат бросила взгляд на мать, та переменилась в лице и с дрожью в голосе воскликнула:

– Ну да, обвиняй меня во всем! Это все моя вина! Что растишь здесь двоих детей одна, пытаешься их прокормить, одеть, обуть и дать образование. А потом они вырастают и… оказывается, что ты все делала неправильно!

– Мам…, – произнесла Оникс сочувствующе.

– Да и одежда у тебя плохая была, надо вон как было тебя одевать! – продолжала Изумруд.

Топаз переглянулась с матерью – в ее взгляде было напряжение, как будто она готовилась сказать нечто рискованное, но важное:

– Все мы делаем для детей все, что можем.

– Вот именно! – выпалила Изумруд.

– Но перегибаем иногда, – добавила Топаз, чем вызвала у сестры недоумение на лице. – Я тоже в свое время слишком давила на Жирафа. Думала, защищаю, а на самом деле – отталкивала.

– Ты? – удивленно переспросила Изумруд.

– Да, мы долгое время не общались. Жемчуг нас помирила. Так что попытайся понять свою дочь, пока она пытается с тобой говорить, – посоветовала ей Топаз.

– Девочки мои, все мы люди, – спокойно произнесла Рубин, оглядывая своих дочерей и внучек. – Главное – чтобы вы не ссорились. Мы же семья. Все можно пережить, если держаться вместе. Прошу вас, не ссорьтесь.

Все кивнули, довольные мудрой фразой. Все, кроме Гранат. Она, казалось, продолжала есть кашу, даже не вникая в выводы, которые делаются вокруг нее.

Рубин мягко положила руку ей на плечо и спросила:

– Хорошо?

Девушка подняла голову и невозмутимо спросила:

– Если главное – это не ссориться, тогда может и обвинениям нет места?

– Каким обвинениям? – растерялась Рубин. – Конечно! Какие могут быть обвинения в семье?

Бровь Гранат дернулась, словно удочка, поймавшая рыбку.