Джуно Доусон – Великий Доктор (страница 29)

На мгновение стражник задумался и оглянулся через плечо; ему бы точно не поздоровилось, если бы кто-нибудь услышал его слова:

– Не знаю. Но истории про него я люблю. С детства их знаю. Мама рассказывала мне их на ночь.

Женщина улыбнулась.

– О, у меня полным-полно историй. Хотите послушать?

Гадаполос пожал плечами. Вторая смена только начиналась, а ночь впереди была долгая.

– Почему бы и нет?

Женщина улыбнулась.

– Правильно! Жили-были четверо лучших друзей, и любили они путешествовать по свету очень, очень далеко от дома. Они повидали на пути много удивительного и прекрасного, пока однажды не попали в мир, где бушевала война. Два народа не могли договориться, кому принадлежат камни, песок и море.

– Никому не принадлежат.

– Пожалуй. Каждая сторона считала, что превосходит другую всем – не только оружием и силой, но и кровью, и костями. – Женщина неотрывно смотрела стражнику в глаза, не позволяя отводить взгляд. Гадаполос как будто бы впал в транс. – И вот что забавно: когда после битвы перед ними выросла целая гора мертвых тел, обе стороны в ужасе взглянули на нее и наконец осознали истину…

Гадаполос неловко поерзал.

– И в чем истина?

– В том, что кости у всех белые, а кровь – красная.

Прай собрал всех в главной пещере, чтобы доложить об успехах. Он стоял на валуне, возвышаясь над повстанцами.

– Братья и сестры! У меня появились последние геологические отчеты. Дайна взломала радиосеть, и выяснилось, что произошедшее с лихвой оправдало наши надежды. Взрыв в восточных шахтах резко дестабилизировал сооружения.

Райан опять растерялся. У них, конечно, были Глаза и новомодные багги, но в остальном общество казалось довольно примитивным.

– Что за сеть? – спросил он Джаю, которая стояла между ним и Яс, слушая речь.

– Несколько лет назад мэр и храм решили ограничить радио- и телекоммуникации. Но при этом ежедневно передают сообщения во все города и порты на Лобосе. У нас достаточно оборудования, чтобы прослушивать их переговоры.

– Мы здесь в безопасности? – крикнул Праю один из бойцов-людей.

– Да. Мы так думаем. Но будем держаться у поверхности к западу от Старого города.

– И что теперь? – спросила Джая отца.

– Мы отправимся в сердце пещер под храмом.

– Подождите! – закричал Райан. – Нас разве тогда живьем не похоронят? Не самый хороший план, если честно.

Прай покачал головой.

– Понимаю твою обеспокоенность. Один экипаж поедет вперед на экскаваторе, пока второй стабилизирует новые тоннели и обустраивает для нас эвакуационный выход. Я не хочу больше терять ни единой жизни. Мы и так потеряли Дейли в тюрьме. Мы так долго и упорно шли к этому дню, и теперь я вижу – конец близок. Вы и я… мы уничтожим шестивековой тотем угнетения!

Из толпы послышались возгласы одобрения.

Райан поднял руку, как будто в школе.

– Извините?

– Райан? – Прай раздраженно посмотрел вниз.

– Извините, но… что будет потом?

– Что ты имеешь в виду?

– Разрушите вы храм, а потом что? Они ведь так просто не сдадутся.

– Никто так просто не сдается, – добавила Яс.

– Пока в храме будет твориться хаос, мы сделаем ход: уберем с дороги этого бесхребетного хорька Белена и захватим власть над Старым городом. Наши братья и сестры в провинции последуют нашему примеру.

Раздался очередной возглас одобрения; люди скандировали имя Прая. Райан осторожно вытащил Яс из толпы.

– Что такое? – спросила Ясмин.

– Они совершенно одинаковые, – ответил Райан.

Она нахмурилась.

– Кто?

– Храм и эти повстанцы. Он только что назвал своих товарищей «братья и сестры»!

– Я не бывала в храме, но все же. Сотни лет храм убеждал всех вокруг, что по нашим словам женщины и лобосцы – это низший класс. Так за что их винить? Понятно, что они слегка… вышли из себя.

– А вот я видел обе стороны и могу уверить тебя, что они ведут себя одинаково. Как культ. Просто одни поклоняются Великому Доктору, другие – Праю.

Яс вздохнула.

– Или же они все-таки поклоняются высшей цели.

– Ради которой решили устроить землетрясение! Откуда им известно, что люди не пострадают? Они дураки? Или, может, им просто все равно?

– Я понимаю. Правда, понимаю. И хочу помочь лобосцам, но согласна, что это не выход. Их действия приведут к катастрофе.

Райан посмотрел через плечо на повстанцев: они все еще хлопали в ладоши и восторгались речами Прая.

– Так что будем делать?

– То же, что в прошлый раз сделала Доктор. Нужно убедить их пойти на переговоры. В тот раз ведь это сработало, верно?

Райан не видел, как Темпика проскользнул в пещеру, пока тот не оказался прямо у него перед носом.

– Райан, Ясмин, я пришел, как только смог. – Лицо Темпики стало бледным и потным, и он запыхался, как будто бежал всю дорогу.

– Зачем? Что случилось? – спросил Райан.

– Передохни, все в порядке, – попыталась успокоить его Яс.

– Нет времени на отдых, – выдохнул Темпика. – Я прямиком из тюрьмы. Я сделал все, что мог, клянусь.

– Темпика, в чем дело? – Сердце Райана сжалось от ужаса.

– Они приговорили Доктора к суду через поединок. Против Тромоса…

– Тромоса! – воскликнула Яс.

Снова это имя.

– Кто такой Тромос? – полюбопытствовал Райан.

– Лучше тебе не знать, – ответила Ясмин. – Райан… он ее убьет.

Глава 16

Доктор выглядела смехотворно маленькой по сравнению с пятью громадными стражниками, которые вели ее на арену. Из-за мешка на голове она понятия не имела, как далеко ее увезли, но по ощущениям они добрались до окраины Старого города.

Теперь они шли в тоннели под стадионом, где пахло лишь немногим лучше, чем в тюрьме. Доктора резко остановили и сдернули с ее головы мешок.

– Привет! – сказала Доктор.

Она оказалась в другой камере, где было полно ржавого оружия. На этот раз ее поприветствовал дневной свет. Все вокруг устилали пыль да паутина. Воздух стоял затхлый, как будто долгое время здесь никто не проветривал.