Джулия Ромуш – Наследник Буйного (страница 25)

— Это не клетка, — его голос становится тише, но от этого он кажется ещё более устрашающим. — Это защита. И ты знаешь, что так будет лучше для всех.

— Для всех? — Переспрашиваю я, из груди истерический смешок вырывается. — Или для тебя? Ты просто хочешь всё контролировать! Ты хочешь, чтобы я была под твоим постоянным надзором!

— Хочу, чтобы ты была в безопасности, — он, наконец, вбивает меня в себя, и наши лица оказываются так близко, что я вижу каждую линию его напряжённого лица. — Я не позволю, чтобы тебя снова кто-то тронул. Поняла? Ты вообще подумала о том, что бы было, если бы малая ко мне не дозвонилась?! Если бы я был не в зоне?! Если бы я не успел?!

Я прикусываю губу, глаза печь начинает от непрощенных слёз. Он прав. Чёрт побери, я понимаю, что он прав…

Эмир стоит, такой уверенный, такой несгибаемый, а я чувствую себя слабой, маленькой. И это злит меня ещё больше.

— Приставь охрану, пускай их будет много, но не… — Хриплю снова. Понимаю, что всё решено, но как маленький ребёнок пытаюсь найти хоть какой-то способ. А вдруг… Потому что я не хочу переезжать. Не могу. Мне страшно. Он каждый день рядом. Его запах. Близость… Да я же с ума сойду!

— Переезд, Зла-та, — его голос становится опасно низким, и я понимаю, что он не собирается уступать. — Ты с детьми переезжаешь ко мне. Сама не дала его прикончить. Так что…

— Это ничего не будет значить, — наконец-то сдаюсь, — между нами это ничего не решает, понял? Даже не вздумай себе что-то придумать.

Буйный скалится. Мои слова его как будто забавляют.

— Я бы справился и без переезда, — выдаёт с издёвкой в ответ, — так что мне не нужны послабления.

— Вот знаешь, иногда хочется сказать тебе что-то хорошее. В редкие моменты, их на пальцах пересчитать можно. Но ты и это портишь! — Отталкиваю его от себя. Шаг в сторону делаю. Вдыхаю глубоко. Полные лёгкие набираю кислорода.

— Значит, есть моменты? — Эмир снова довольно скалится. А я рычу про себя. Ну вот как с ним разговаривать?! Как с этим человеком хоть какой-то диалог вести?!

— Я бы на твоём месте так не радовалась. Двое детей, Эмир, можешь сказать пока своему сну.

— Нашла чем пугать. Меня и на тебя хватит, я покажу тебе, где находится моя спальня, на всякий случай…

Я закипаю внутренне. С каждой секундой всё больше. Пока сын уплетает вафли, я убиваю взглядом Эмира. Катюша пьёт лимонад, а я мужчину поджигаю мысленно. С удовольствием! У меня внутри лава ярости бурлит, не оставляет ни капли живого места. И я цепляюсь за гнев, чтобы не давать волю другим чувствам. Злиться легче, чем чувствовать безысходность. Потому что… Я могу кусаться, храбриться. Воспитывать двух детей могу, работать. Добиваться успеха. Столько всего могу…

Но когда Буйный возвращается в мою жизнь, я становлюсь беззащитной. Не могу против него выстоять. Он же чертов танк! Прёт, давит, размазывает. А после без сожаления смотрит на результат своих трудов. Вот даже сейчас. Сидит довольный за столом, медленно пьёт кофе. У него всё отлично. А я… Чем больше я думаю о предстоящем переезде, тем сильнее колит в груди.

— Мне нужно время. Переезд это сложное дело… — Выпаливаю, как только мы оказываемся на улице. Катюша с Миром идут впереди, не слышат нас.

— Завтра выдам людей, — легко обещает Эмир. — Упакуют и перевезут, что ты скажешь.

— Дело не только в этом!

— И в чём тогда?

— Мне нужно время! Чтобы привыкнуть к тому, что я вообще должна с тобой жить. Настроиться. Знаешь ли, у меня своя жизнь была до твоего появления.

— Да ты что? С трупом этим ходячим?

— Хоть и с ним. — Я подбородок вздёргиваю. Алексей ублюдок, это ясно. Проехали. Но не Эмиру судить, как я жила. Он узнал про мою семью и не лез. Молодец! А я узнала про его смерть. И выживала так, как только могла. И не собираюсь принимать то, что мне снова нужно переломать всю свою жизнь в угоду мужчине. Он появился, а я тут же подстраиваюсь. Обломается! — С ним, с Васей, с Петей, — хмыкаю, а у мужчины едва пар из ноздрей не валит. — Мой выбор. И у меня работа.

— Ок. Дам бабок. А этих будущих жильцов кладбища нехер припахивать. Сама же сказала, что другой не нужен был.

— Может, я передумала? И денег мне твоих не нужно. Я работаю. У меня свой график жизни. Хочешь жить вместе? Отлично. Но на моих условиях.

— Ты не слишком дохрена хочешь?

— Нет. Ты своё желание озвучил? Мы переезжаем. Теперь моё — чтобы ты не лез и не мешал. Я не позволю, чтобы твоя защита вновь в контроль переросла. — Я гордо подбородок вздёргиваю. Всю оставшуюся силу вкладываю в свой взгляд. Донести пытаюсь. Как раньше не будет. Когда я на каждое слово кивала, соглашалась. Когда переехала к Эмиру сразу, по его приказу. Потому что он обещал помочь с сестрой. Помог. Забрал её из детдома. Сделал документы на удочерение, чтобы никто не тронул больше. Я за это благодарна. Правда. Но это же не значит, что он снова тем же давить может.

Эмир резко тормозит. Моё плечо сжимает, к себе резко разворачивает. Его глаза вспыхивают недобрым огоньком. Я чувствую, насколько мужчина напряжён. Отлично! Значит, не одной мне не нравится ситуация. А это компромисс уже, да?

— Я ещё тебя контролировать не начинал, — с угрозой. — Поэтому давай сойдёмся на минимуме.

— А я тебе минимум и предлагала. Ты себе в подвале торчишь, я — на работе. Сделаем вид, что не знаем друг друга.

— Кукла, блядь. Ты же нарываешься сейчас. — Кукла? Может. А я отстаиваю свои границы. Потому что, если ты надеешься мне превратить в свою марионетку… Я тебя этими нитями задушу. — С вызовом произношу. На носочки поднимаюсь. Слова гневно в лицо мужчины выдаю.

Его желваки дёргаются. Зубы скрипят. Энергия бушует в мужчине. Расплёскивается вокруг, меня с головой накрывает. Воздух вибрирует, электричество кожу пощипывает. Почти пробивает меня, но я держусь. В этот раз… Выигрываю противостояние.

Эмир вдруг ухмыляться начинает.

— А ты изменилась, Зла-та, — тянет он задумчиво. Будто запомнить меня новую пытается. — Договорились.

— Да? — Я уточняю недоверчиво. — Согласен на мои условия?

— Да. А ты на мои. Ты живёшь со мной. А я даю тебе свободу действий.

Я чувствую подвох, но поспешно соглашаюсь. Пока в Эмире хоть что-то мягкое просыпается, этим нужно пользоваться. Вот только и Эмир ждать не собирается. Хочет, чтобы я сегодня уже ночевала у него.

Мне долго приходится всё объяснить Катюше. Но она понимает. Сама испугалась прихода Алексея. Я прикрываюсь этим. Не говорю, что у Буйного снова проснулись замашки контролёра. Одна ночь. Просто привыкнуть, а после вернуться домой. Постепенно подготавливать детей к переезду, собрать вещи нормально…

— А может… — я ёрзаю в машине. — Может потом? У тебя же ничего не готово для детей.

— Всё готово. Я оформил в момент, когда о сыне узнал. Когда Марат мне рассказал… Я уже тогда решил, что заберу вас. Тебя. Шансов у тебя не было, Зла-та.

Глава 25

Как бы я ни хотела и не сопротивлялась, но здравый смысл был всё ещё со мной. Головой я понимала, что в первую очередь для детей будет безопасно переночевать не в нашей квартире, а у Эмира. Даже сейчас, когда его имя про себя произношу, съязвить хочется. Ненавижу, когда он прав! Бесит! А ещё я заметила, что уравновешенная и взрослая Злата, которой я стала за последние года рядом с Буйным, куда-то исчезает. И на её место приходит та вторая. Котору он куклой называет. Короче, я злая. Взбешённая. Готова воспламениться от любого минимального огонька со стороны.

Эмир паркует машину перед огромным домом, который я вижу впервые. Ну конечно, возле огромного, когда это у Буйного что-то маленькое было? Внутренний саркастичный диалог с самой собой никуда не исчезает. Но я настолько устала после всего случившегося, что у меня нет сил подкалывать Эмира или как-то фыркать. Он спас сегодня меня. Я ужасно благодарна ему за это. А вот то, что сейчас внутри меня происходит… Это всё от его командного тона. То, что он приказывал мне.

Оборачиваюсь назад. Дети сонные на заднем сидении, и мне только остаётся посмотреть на Эмира, прежде чем он откроет дверь.

Мир, приоткрыв глазки, тут же начинает ёрзать на сиденье.

— Мама… а кува мы пиехали? Это наш новый дом?

Они оба надо мной издеваются, да?

Эмир видит мою реакцию, уголками губ улыбается. Помните про то, что мне совсем ничего нужно, чтобы взорваться?

Катюша рядом с Миром морщится, потягивается, но уже не так фыркает, как раньше. Поступок Эмира изменил её отношение к нему.

— Это временное место, — отвечаю я, улыбаясь уголком губ. — Не уверена, что вам понравится.

Буйный лишь головой качает и улыбаться продолжает. Мир же, увидев дом, забывает про сон и мгновенно оживляется. Стоит Катюше его отстегнуть, как сын слазит с сиденья и, едва спустившись на землю, начинает осматривать всё вокруг, глаза горят от восторга.

— Ма-а-а, сотри какой больфой! — Кричит он, переполненный эмоциями.

Катюша выходит медленнее, осматривая дом с привычным недоверием, но на этот раз её фырканье не звучит так резко. Она уже не так демонстративно отвергает происходящее, хотя и не подаёт виду, что что-то её впечатляет.

— Пойдёмте внутрь, — тихо произносит Эмир, и как бы невзначай свои руки мне на талию опускает. Подталкивает вперёд.

— Если ты планируешь ими ещё пользоваться, то советую их от меня убрать. — Шиплю в ответ.