Джулия Ромуш – Наследник Буйного (страница 11)

— Ты сейчас лучше не делаешь, Эмир. Я не могу быть уверена, что ты так на ребёнке не сорвёшься. Это моё условие. Хотя бы пять сеансов у психолога. И тогда мы сможем прийти к компромиссу.

Он взглядом меня сверлит. Кажется, что в следующую секунду пальцы на моей шее сожмёт, и всё. Просто жизни меня лишит. Но нет. Он вдруг губы в устрашающей улыбке растягивает. Морозные мурашки по коже проносятся.

— Хер с тобой, кукла, — произносит обманчиво спокойно, я даже начинаю грешить, что это у меня кукушка поехала и всё происходящее мне кажется, — пять сеансов, но после без всяких выебонов разрешаешь встречу с сыном.

— И пока все пять не отходишь, то свои увлечения сталкерства в ящик откладываешь, — я удивлена тому, что он так просто согласился. Даже голос подрагивать начинает.

— За детьми не буду наблюдать, — хрипло выдаёт, взглядом по моему лицу скользит. Мои щёки моментально румянцем покрываются.

— И за мной тоже, — хриплю.

— Здесь не могу обещать, не факт, что удержусь, — скалится.

— Мне пора! — Тарелку в его руки толкаю и резко со стула вскакиваю. Уходить отсюда нужно, потому что жаренным начало пахнуть. Взгляд его этот, улыбка, голос хриплый. Я слишком хорошо успела его узнать, чтобы понимать, что сейчас нужно отсюда убегать.

— Ты кое-что забыла, — в спину бросает.

Я резко останавливаюсь, зажмуриваюсь.

"Спокойно, Злата. Выдыхай"

Его громилы не сдвигаются с места, преграждают выход из ресторана. И без его приказа меня отсюда никто не выпустит.

Делаю глубокий вдох, медленно оборачиваюсь. Уже готова снова его проклинать, как вижу, что Буйный пальцем мою сумочку подцепляет. Сам ко мне не идёт. На месте стоит. Хочет, чтобы я подошла. Я бы и рада его к чёрту послать, но в сумочке телефон, кошелёк и ключи от квартиры. Я ещё не успела сделать дубликаты, у нас всего одни ключи, и они находятся в сумочке. Чёрт!

Закусив губу, я несколько секунд обдумываю все за и против, а после шаг вперёд делаю, ещё один.

— Спасибо, — сквозь зубы выдаю, руку протягиваю, а Буйный тут же сумочку убирает, перехватывает моё запястье. Всё настолько резко происходит, что я даже понять ничего не успеваю. Секунда и его запах в ноздри вбивается. Жар его тела обжигает. Горячее дыхание кожи касается.

— И ещё кое-что, — хрипит, его пальцы подбородок сжимают. Я даже пикнуть не успеваю, как он в мои губы вгрызается. Жадно. Грубо. Языком между губ пробивается. Пользуется тем, что я совсем этого не ожидала, напором берёт.

Глава 11

Губы Эмира жёсткие. И такие горячие. А щетина так привычно царапает кожу, вызывая вспышки жара под кожей. Она такая же жёсткая, как я и помню. Оставляет после себя режущие мурашки.

Я упираюсь ладонью в его плечо. Пытаюсь надавить, но пальцы не слушаются. Лишь хватаю ткань его рубашки. Словно всё тело отказывает. Когда мертвец целует, такое бывает. Парализует. Накатывает удушливой волной, резко поднимая прошлое. Обрушивая на меня.

Когда я целовала его последний раз, не знала, что это последний. Не задержалась, не запомнила. Наш поцелуй был одним из сотни. Тысячи. Похожих. Жадных. Страстных. Просто один из! А стал последним. И я столько времени… Я не могла вспомнить. Прокручивала в голове. Вытягивала из закоулков памяти. Эмир зарывался в мои волосы? Кусал, выдавая свою несдержанность? Был этот хриплый гортанный стон, от которого у меня коленки держали? Что было? Почему я не запомнила?

Но сейчас… Сейчас это уже не важно. Потому что Эмир стирает своим напором любые сомнения. Разрушает воспоминания. Потому что теперь — этот последний. С терпким привкусом сигар. Вибрацией молний между нами. Запахом мужчины, который обволакивает всю меня. Злой. Страстный. С грубой хваткой И Эмира. С моими ноготками на его шее.

Потоки пламени переливаются, выжигая метки на моих рёбрах. Царапают, пока весь воздух не выходит вместе с жалобным всхлипом. Я его ненавижу. Я его…

— Сучка буйная.

Эмир перехватывает мои руки. За спиной удерживает, отчего я в его грудь утыкаюсь. Мешает по лицу зарядить. Хотя очень хочется.

— Угомонись, — с предупреждением. — Я твои выпады спускаю на тормозах. Не перегибай с моим добродушием.

— Не перегибай с моим самоконтролем, — рычу я. — Надо было прихватить ту вилку и…

Эмир сильнее обхватывает мои запястья. Вытягивает их так, что я в позвоночнике прогибаюсь. Смотрю, как мужчина наклоняется. Воздух трещит от накала. Разряды тока пробегают по нашему смешанному дыханию. Рвануть может в любой момент. Мы за секунду до предела доходим. Срываемся, порох в крови зашкаливает. Не хватает маленькой искры.

— Кукла, блядь.

Эмир, играясь, перехватывает моё колено. На опасность реагирует легко. Сжимает под моим коленом, а я начинаю пошатываться. Зверею из-за догадки, которая уже цвела в моей голове. У него молниеносная реакция. Натренированная годами. Он угрозы заранее нейтрализует. Но я всё же зарядила ему по лицу. Дважды. Потому что он позволил. Этот сукин сын не стал меня останавливать намеренно! И забирает сладостный триумф.

— Пусти!

Я отлетаю от мужчины, стоит ему отпустить. Часто дышу. Так и тянет прикоснуться к губам. Стереть его след.

Кожа полыхает. В отметины от укуса Эмира табак просачивается. Метит, напоминает.

— Тебе точно к психологу нужно, — я вздёргиваю подбородок. — Ты на людей бросаешься. Не собираюсь подпускать к сыну того, кто плохому научит.

— Плохому? — Мужчина оскаливается.

— Не уважать личные границы. Набрасываться на девушку, которая уже давно замужем. За другим.

Эмир челюсть сжимает. Желваки танцуют, а я наслаждение от его злости получаю.

Меня потряхивает. Хочется просто сбежать поскорее, а при этом, чтобы последнее слово непременно осталось за мной. Показать Буйному, что "куклы" больше нет. Не получится давить и приказывать. И просто так я не буду ему подчиняться.

— Мой сын заслуживает отца, который станет ему хорошим примером, — произношу я твёрдо. — Либо прими это, либо возвращайся в ту дыру, где ты последние четыре года провёл.

Шпильки едва не скрипят по полу, так резко я разворачиваюсь. Спешу к выходу. На этот раз никто меня не останавливает.

Я жадно вдыхаю воздух, пытаясь остудить жар внутри. Прикладываю ладонь ко лбу, пытаясь понять, что произошло. В какое болото я угодила, начав свою игру. Но Буйный не отступит. А мне нужно хоть как-то удержать дистанцию. Показать, что "по его" не будет. Иначе Эмир быстро войдёт во вкус. Начнёт всё за всех решать. В каком-то бункере меня запрет, как раньше, и будет рад. Нужно держать оборону.

Я добираюсь до дому. Успеваю успокоиться. Перед детьми я собранная и весёлая. Никто не замечает, как меня колотит.

Страшно представить, как отплатит Эмир. А узнать — ещё страшнее. Потому что с самого утра раздаётся звонок. И я каким-то шестым чувством знаю, что это Буйный. Словно все волоски на моём теле становятся дыбом, дрожь прокатывает. А сердце выстукивает правильный ответ.

— Собирайся, кукла. Я через полчаса заеду.

— Эмир, — я возмущаюсь. — Ты ничего не перепутал?! Ты обещал сначала к психологу сходить.

— Я помню, вот вместе и сходим.

— Что?!

— Я записал нас к семейному мозгоправу. Нас ждут охуенные пять сеансов.

Могут срок дать, если я убью того, кто уже официально четыре года в могиле прохлаждается?! Вряд ли интернет мне адекватный ответ на такой запрос выдаст, да?

Знали бы вы, как у меня внутри всё закипает. Господи. Я настолько злая, что просто сил нет терпеть. Из подъезда вылетаю как торпеда. Семейная психотерапия? Серьёзно? Буйный походу реально решил, что он бессмертный! Р-р-р-р-р-р! И ведь даже пальцами нечего сжать от ярости. Ни одной подходящей шеи рядом!

Согласилась ли я на это идиотское предложение? Хотя стоит напомнить, что меня не спрашивали! Но я еду. Да. Чтобы устроить ему там эмоциональный похорон! Закопать. Отыграться на полную катушку. Злость направить на одного-единственного человека. А вот и он, тот, кого я хочу задушить, прибить и всё, что ещё только можно с ним сделать.

Машина Эмира заезжает в мой двор. Я на всех этих эмоциях даже не спросила, откуда он адрес мой знает. Хотя чему я удивляюсь? Когда ему что мешало информацию про человека собрать? Наверное, его громилы уже все про меня пробили.

— Запрыгивай, кукла, — Эмир возле меня останавливается, окно опускает. Взглядом своим похотливым окидывает.

— Я другого таксиста вызвала, так что проезжай мимо, — натянуто ему улыбаюсь и руки на груди складываю.

— Я его заказ взял, так что прыгай, не выделывайся.

— А не много ли ты на себя берёшь?! — Тут же взрываюсь.

— Мы для этого на семейную терапию записались, родная, там всё и выясним.

Взглядом в него стреляю, жаль, что не убийственным. А очень хотелось. Зубами скриплю.

— Ты вообще границ не видишь, да?!

— Как раз таки отлично всё вижу. Я тут мозгами раскинул, без тебя там туго будет. Если у меня кукуха и поехала, то с твоей помощью, так что в тачку садись, будешь всё исправлять.

Как огнедышащий дракон огнём скоро дышать начну. Ну вот охренел же! Ну, будет тебе терапия, придурок! Сам же о пощаде взмолишься!

Принципиально на заднее сидение сажусь. Чтобы рядом с этим не сидеть. Эмир лишь усмехается и рассматривает меня в зеркало заднего вида.

— И аккуратно поезжай, иначе влеплю тебе одну звезду в приложении! — В ответ выпаливаю.

— Я как-то переживу, — в ответ хмыкает, но с места трогается.