Джулия Ромуш – Единственная для Буйного (страница 2)

По дороге домой захожу в магазин, покупаю продукты. На днях я получила зарплату, поэтому могу себя побаловать.

Загруженная пакетами, бреду в сторону пятиэтажки. Затылок покалывает от чужого взгляда. Я оборачиваюсь, но никого не вижу. А мурашки по коже ползут. Обвивает страхом.

Я замечаю вдали черный фургон. В таком когда-то меня отвезли к Буйному. Прямо на улице похитили.

Срываюсь с места. Пакеты тянут вниз, стеклянные бутылочки со звоном ударяются друг о друга. Голова кружится от бега, дыхание спирает. И мышцы начинают ныть. А бусик приближается. Всё ближе и ближе. И… Проезжает мимо.

Дурочка! Хочется себя стукнуть. Придумала себе невесть что. Так можно и до сердечного приступа дойти. Это всё глупости! Я сама себя накрутила из-за того, что Буйный теперь на свободе. Но это ведь ничего не значит. Я продолжу жить, как и раньше.

Захожу в прокуренный подъезд. Морщусь от неприятного запаха, пока поднимаюсь по лестнице на нужный этаж. Я сжимаюсь, слыша мужские голоса. Низкие, хриплые, незнакомые. Несколько крупных фигур стоят возле окна, курят. Мажут по мне равнодушным взглядом, не пытаются остановить. Но сердце всё равно стискивается в нехорошем предчувствии. Соседей я успела выучить. Но этих никогда не видела.

Я быстро перепрыгиваю через последние ступеньки, мчусь домой. Нужно скорее оказаться в безопасности. Тогда я снова начну думать трезво.

Дверная ручка дергается под пальцами. Открыто. Почему открыто-то? Баб Зоя снова забыла закрыться?

Я захожу внутрь, окутывает темнотой. Нащупываю пальцами включатель, но свет не появляется. Пульс зашкаливает, в горле образовывается ком.

— Баб Зоя? — зову неуверенно. — Вы тут? — Мой голос начинает подрагивать.

Запах одеколона забивает легкие. Знакомый. Родной даже. Я не могу дышать.

Понимаю, чьи шаги слышу в комнате. Эмир! Он нашел меня. И лично явился, чтобы наказать за побег.

Глава 2

Сердце пропускает удар. Еще и еще один. Я буквально чувствую, как внутри все замерзает. Покрывается корочкой льда. Нервная система издает последние писки жизни.

Шаг назад. Спиной упираюсь во что-то твердое и неровное. Это фотография на стене. Вжимается в кожу и заставляет скривиться.

Как он меня нашел? Почему так быстро? Неужели нет надежды на спасение?

Громкий хрип… Это я. Пытаюсь вдохнуть воздух, потому что легкие обжигает от нехватки кислорода.

Шаги приближаются, этот звук вибрирует в висках и сводит с ума. Доводит до безумия. Интересно, в моем возрасте случаются инфаркты? Потому что что-то мне подсказывает, что мой уже совсем близко. Вот-вот и хватит меня.

— Не подходи! — Хриплю и выставляю руку вперед, когда шаги оказываются совсем близко. Из-за того, что перенервничала, в глазах начинает рябить. Я вижу лишь темный силуэт. Прямо как в моем сне. От этого внутри все сжимается еще сильнее.

— Златка, ты чего хрипишь? — Раздается мужской голос. В первые секунды даже не до конца понимаю, что голос не принадлежит Эмиру. Совсем не его. До сих пор нахожусь в паническом состоянии. — С тобой нормально все?

Алексей подходит ближе, но я все еще не верю, поэтому дергаюсь, фотография, что впивалась в мое плечо, срывается с гвоздика и летит на пол. Слышится треск стекла.

— Не двигайся, сейчас еще на стекло наступишь, поранишься, — вздыхает Алексей, — ты можешь, я знаю. Сейчас только с пробками разберусь и помогу. Стой на месте.

— С какими пробками? — Хриплю в ответ, немного отхожу. Возвращаюсь в реальность.

— Которые выбило. Теть Зоя посмотреть попросила. Включила телевизор, а кто-то опять провод от чайника из розетки не вытащил.

Это в мою сторону прилетел камень. Да, черт, я забыла. Дом здесь был старенький. Проводка никудышная. Если хочешь телевизор посмотреть, то отключи все остальное, иначе пробки выбьет. Ну, в принципе, то, что и случилось.

Я выдыхаю. Громко. Прижимаю ладошки к груди и улыбаюсь. Бедное сердце начинает тарабанить в груди как умалишенное. Бейся, миленькое. Можно.

Проходит не больше минуты, как свет в комнате загорается. Алексей снова появляется, на этот раз в его руках веник и совок. Я же послушно стою на одном месте. Не двигаюсь.

Алексей — сосед баб Зои, он живет этажом ниже. Сын ее хороших знакомых. Он часто к нам в гости приходит. Раньше чаще заходил, когда баб Зоя одна жила. Продукты ей приносил. Давление мерил. Теперь у баб Зои я появилась, продукты и давление на себя взяла. А еще Алексей помогал баб Зое меня в дом принести, когда та нашла меня в лесопосадке без сознания. Они меня вдвоем в чувства приводили. Я даже первые два дня не все вспомнить могла. Провалы в памяти были. Но после все хорошо стало. Это, наверное, от того, что я головой сильно при падении ударилась.

— Все, можешь двигаться, — Алексей слегка улыбается.

— Спасибо, — киваю в ответ, отхожу от стены, расстегиваю курточку, — Леш, чай будешь? Я батон свежий купила, еще печенье есть.

Растираю замерзшие ладошки. Он кивает в ответ, я улыбаюсь. Пускай Леша останется, так я еще чуть дольше смогу не думать о том, почему я его парфюм за парфюм Буйного приняла. Ведь я готова поклясться, что запах очень похож.

Когда прохожу мимо сидящего на стуле Алексея, то невольно принюхиваюсь. Вдыхаю поглубже воздух. Странно, от Леши пахнет духами. Вот только запах совсем другой. Не тот, что мне вбился в ноздри как я только зашла в квартиру. Это я с ума схожу так? Или что? Наверно именно так люди в психушку и попадают? Этот запах и правда был или это уже свое сознание подкидывает такие сюрпризы?

— Слушай, а баб Зоя где? — Оборачиваюсь, ищу Зою взглядом.

— Так она в поселок пошла, сказала, что дело у нее. А меня сюда отправила с пробками разобраться. — Алексей пожимает плечами, а я незаметно вздыхаю. Вот же баб Зоя… Специально все подстроила? Чтобы мы вдвоем в квартире остались? А сама что в поселке забыла? Неужели к ведьме все-таки пошла?!

— Тебе какой чай? Черный или зеленый? — Оборачиваюсь и на Лешу смотрю. А он как будто завис. Меня разглядывает. И глаза такие как стеклянные. Мои щеки моментально покрываются румянцем. Я знаю, что ему нравлюсь. Это слишком очевидно. Но Алексей ни разу даже не намекнул на это, и я была ему очень сильно благодарна. Это баб Зоя никак успокоиться не может. Все подталкивает меня. Намекает. Говорит, что с Лешей как за каменной стеной. И что всегда под защитой.

Вот только я знаю, что такое, как за каменной стеной. Застываю с кипящим чайником в руке. Мыслями снова к Буйному возвращаюсь. Могло ли быть такое, что он побывал в этой квартире? Что-то искал? Проверял? Потому что я уверена, что запах, который я почувствовала, зайдя в помещение, точно был его…

— Спасибо за чай, — Алексей кивает на пустую кружку. — Очень вкусный получился.

— Я просто пакетик заварила, — отвечаю неловко, зажимая ладони между коленями. — Ничего особенного.

— Всё равно. Ты, наверное, и готовишь вкусно?

— Угу. — Я бормочу, стыдливо отвожу взгляд в сторону. Алексею лучше не знать, что мои кулинарные способности очень интересные. То сожгу, то отравлю.

Я стараюсь незаметно посмотреть на часы. Мужчина уже всё починил и сделал, почему тогда не уходит? А напрямую я не могу попросить. Неудобно же. Он пришел помочь, исправить мой косяк. И приглашала его баб Зоя, я не могу за порог выставить. Поэтому приходится развлекать гостя. Ну, кивать невпопад на его рассказы. Это всё, что я сейчас могу.

Обхватываю чашку руками, медленно согреваюсь и успокаиваюсь. Сегодня какое-то безумие со мной происходит. Ну не мог Буйный в этой квартире быть. Иначе меня бы уже в фургон затолкали и повезли в его камеру. Ой. Ну, куда там тащат уже вышедшие зэки?

— Злата, — мужчина прокашливается, смотрит на меня серьезно. — Я хотел тебя спросить. Точнее, предложить…

— Ой, баб Зоя пришла. — Я подскакиваю. Ловлю покачивающийся стул, не даю упасть. С надеждой вслушиваюсь в то, как входная дверь скрепит.

Алексей — хороший. Не хочется его обижать отказом. Но ещё меньше хочется давать какую-то надежду. У меня ведь в груди ничего не екает, когда смотрю на него.

"Знаем мы от кого екает" — тут же просыпается внутренний голос.

Отмахиваюсь.

— Ох, Лешенька всё починил? — с преувеличенным восторгом радуется Зоя. — Спасибо. Я не сомневалась, что у тебя всё получится.

— Там делов на пять минут, — отмахивается мужчина.

— Это для тебя. Вот что значит не только голова работает. Всё умеешь.

Алексей скупо улыбается на эту похвалу, а я ведь знаю, что это для меня сказано. Очередное сватанье.

Радует, что мужчина быстро прощается и уходит. Я выдыхаю, когда за ним закрывается дверь.

— Ну? — довольно улыбается баб Зоя. — Всё, на свидание позвал?

— Нет.

— Как нет? Не предложил ничего? Ну я ему мозги втолкую! Меня долго не было. Уже можно было на плечо и к себе утащить.

— Мне такие не нравятся! — Я мгновенно ощетиниваюсь, обнимая себя за плечи. Для убедительности мотаю головой, словно тогда это станет правдой. Буйный был тем, кто "на плечо и в берлогу". Ничего хорошего из этого не получилось.

— А Леша, значит, нравится? — баб Зоя мгновенно цепляется за слова. — Хороший парень. Я его с пеленок знаю. С таким, Златка, всё нипочём. Думай, пока другая к рукам не прибрала.

— Баб Зоя, хватит. Мне сейчас не до отношений. Я пока не готова.

— Ой, ничего вы молодежь не знаете. Вот как у нас было! Разбил парень сердце, а ты в отместку замуж выскочишь. И счастливо всю жизнь жили. Эх.