Джулия Ромуш – Единственная для Буйного (страница 12)
Только надо какой-то огнезащищенный бункер выбрать, чтобы наверняка. И хер там кукла снова от меня куда-то денется. Закончились игры. Разозлила, сучка. Своим наглым появлением. И таким же огненным побегом. Больше не отвертится. Разложу там же, где и найду. Похуй если посреди ресторана, при свидетелях. Потому что эти игры мне надоели. Никакого больше времени. Никакой отсрочки. Всё что накопилось за это время — в неё спущу.
Притягиваю папку ближе. Открываю. Листаю собранную биографию на семью куклы. Новые детали ищу. Пробегаюсь глазами по досье матери. Лариса Виноградова, бла-бла. Дочь Злата, девятнадцать лет. Злата. Хуй там. Надо было назвать "Тридцать три несчастья". И прописать валерьянку каждому, кто с ней в жизни сталкивается.
Заливаю в себя коньяк. Моя версия успокоительного. Алкоголь обжигает гортань. Хорошо.
Откидываюсь в кресле. Продолжаю читать. Мои люди землю роют. Ищут, куда девка упетляла. Во время пожара давка была, суматоха. Отпустили. За что у меня в полной мере выгребли. Часть на больничный укатила. Уцелевшие теперь свой косяк отрабатывают. Потому что, когда я говорю, что за девкой нужно во все глаза смотреть, это значит, что, сука, моргать нельзя! А теперь опять искать. Ресурсы тратить. На одну наглую сучку, которая дорого обходится. Но ничего, Злата у меня всё отработает. И на коленях, и стоя. Во всех позах её покручу, пока жажду не утолю.
Смотрю дальше. Кукла про какие-то проблемы затирала. Решила, что может ко мне заявится и права качать. После того как от меня сбежать попыталась. Наглая. Самонадеянная. Я это быстро исправлю.
Читаю про сестру. Мелкая, под внимание не попадала. Но сейчас за новые данные цепляюсь. Перелистываю на отца Златки. Картина начинает складываться. Усмехаюсь хищно. Попалась, кукла.
— Буйный, — на пороге Расул топчется. Моя правая рука. — По ресторану вопрос.
— Нахуя мне ваши вопросы? — Рявкаю, желая злость выплеснуть. И взгляд пару жертв находит. — Мне ответы, блядь, нужны!
— Работаем. Ищем. Вода залила технику. Нужно время, чтобы достать записи с видеокамер. Но мы кое-что нашли. Под шкафом, возле мужского туалета.
— Выкладывай.
Помощник ближе подходит, с опаской поглядывает. Кладёт на стол золотую зажигалку. Сжимаю бокал так, что стекло трещит. Взглядом гипнотизирую, а пальцы подрагивают. От желания обойму выпустить в наглую рожу. — Пока не знаем, — продолжает мямлить Расул, — кому принадлежит. Отпечатки смазанные. Поспрашиваю пока у людей, кто знает.
— Я знаю.
Сдавливаю зажигалку, из-за чего гравировка в кожу впивается. Перед глазами всё в красный окрашивается. Царапаю кожу о выбитые буквы. КД. Камиль Демидов. Дикий, сука. Ни экспертизы не нужно, ни записи камер. Не Демидов, так его шестерка всё организовала. Пробралась, поджог устроила. Охрану я ещё проверю. Какого хуя они это допустили. Как не заметили, кого в мой ресторан запускают. Одна лажа. А я такого не прощаю.
Поднимаюсь, упираясь ладонями в стол. Кровь кипит от желания расправы.
— Дикий войну мне объявил, — озвучиваю. — Шаришь, что это значит?
— Да, — Расул кивает. — Собрать людей?
— Да. Всех сюда вызови. Чтобы никто без моего приказа в увольнение не ушел. Подготовь их. По моей отмашке выдвигаться будем.
Я эту суку с землей сравняю. Бойню устрою, весь его бизнес под снос пущу. И похуй как много людей положить придётся. У нас было подобие нейтралитета. С желанием закопать друг друга. Но не трогали. Повода ждали. Демидов первый его дал. Когда попытался Злату похитить, шантажировать меня. С того момента только счетчик в голове тикал. Искал возможность эту гниду прогнуть. По-тихому убрать, чтобы глаза не мозолил. Но поджог ресторана — это открытый вызов. И я его приму.
Отдаю распоряжение Расулу. Мышцы потряхивает от адреналина. В бой рвёт, прямо сейчас всё решить. С усилием торможу себя. Нельзя спешить. Нужно подождать, людей собрать, ударить по всем точкам сразу. Чтобы Демидов кровью захлёбывался и спастись не мог.
Плещу себе новую порцию коньяка. Отхожу к окну. Наблюдаю за вечерним городом. Выжидаю. Ночью кровь Демидова прольётся. Окончательно эту гниду удавлю.
— Эмир, — окликает меня Марат. — Мне только что сообщили.
— И ты сразу с проверкой примчал? — Хмыкаю, делая глоток алкоголя. Слежу за приближением друга через отражение в стекле.
— Ты уверен, что это нужно делать? Это война, Эмир. С двух сторон люди в землю лягут.
— Сливаешься?
— Нет. Никто из наших заднюю не дает. И ты это знаешь. Мы до конца пойдём, если тебе подкрепление нужно. Но я должен быть уверен, что нельзя всё по-другому сделать. С временем на подготовку.
— Я время давал. Нихуя на Дикого нет. Значит, так пойдём.
Никакой, сука, зацепки. Ноль слабостей. Родители в могиле. Девок пачками трахает, ни одна в постели не задерживается. Трахнул и забыл. Не из тех, кто на мордаху смазливую ведётся. Окружение его такое же. Не за что цепляться. Некого подкупать, чтобы надавить. Лазейку найти. Поэтому в открытую пойдём.
Не разворачиваясь, швыряю зажигалку. Марат перехватывает, изучает внимательно. Хмурится. — Это открытый вызов, — очевидное озвучиваю. — Я не лох, чтобы это глотать.
— Уверен, что его? — Уточняет Марат. — Мало ли похожих зажигалок. Инициалы легко набить.
— Я эту из тысячи узнаю. Во тьме, блядь. Лично видел, как Дикий постоянно эту цацку с собой таскает. Едва шею не скрутил охраннику, который пытался отобрать. Его.
Марат матерится под нос. Сжимает зажигалку, как я раньше. Напрягается, зная, что другого выхода нет. Друг мог бы и не лезть. У меня своя война с Демидовым. Но так у нас заведено. Брат за брата. Я моих названых братьев прикрываю. Они — меня.
Темнеет. Пора. Вместе с Маратом спускаемся в оружейную.
— Буйный, — тормозит меня Расул. — На минуту. Это Виноградовой касается.
— Нашли? Отлично. Оттащили ко мне, заперли. Надо — к батарее привязали. Стоп. Отмотали. — К батарее не надо. Эта бедовая к херам трубу сломает, и мне всё горячей водой зальет. И себя, идиотка, в краснокожую превратит. А из ожогового точно здрыснуть сможет. — Просто в пустую комнату, — меняю распоряжение. — Связанную. Без окон. И следить, сука.
— Буйный, дело такое, — помощник мнется. — Пока не забрали её. Там нельзя охрану просто преодолеть. Подготовка нужна.
— Вы с девкой одной справиться не можете? Я вас нахуй всех в расход пущу!
— Там спецы на охране. И люди Дикого тоже там.
— Не понял.
Разворачиваюсь. Ледяной яростью затапливаю. Сука. Кукла, если ты хоть каким-то образом с Демидовым связалась, то тебе пиздец. Я за подобное жалеть не буду.
Но складывается всё охуенно. Злата ко мне в рестик завалилась. А через десять минут это здание гореть начало. И зажигалка Дикого как главная улика. А ведь у девки было время. Минута, не больше. Но она могла бы что-то за это время организовать. Способная сучка.
— В общем, Злату засекли. Мы знаем, где она. И с ней Дикий.
Глава 12
От рассказа Алисы становится страшно. Мороз по коже пробегается, внутри все как будто замораживается.
— Ты думаешь это был тот самый Дикий? — Голос хрипит, страшно даже произносить его прозвище. Господи, ну вот как мы умудряемся то, а?
— Не знаю, но уже ничему не удивлюсь.
Подруга выжимает газ, машина срывается с места. Сжимаю пальцами оббивку сидения, впиваюсь в нее до боли. Кажется, хоть так получится вернуть себе возможность здраво соображать. Меня потряхивает от всего произошедшего. На что я надеялась, когда шла к Эмиру? На то, что я смогу хоть слово сказать, озвучить проблему. Но явно не на то, что меня в общей уборной разложат и…
— Злат… — Алиса растягивает мое имя, в ее голосе столько тревоги, подруга ужасно за меня волнуется.
— Он не стал слушать, — произношу тихо, — он как будто уже и не мой Эмир. Не тот. Смотрит иначе. Говорит. В глазах одна ярость. Как меня увидел и с катушек слетел. Я думала он меня там… Там…
— Плохая была идея, не нужно было тебя уговаривать.
— Нет, просто у меня все через одно место, Алис. Всегда же так было…
Всхлипнув, отворачиваюсь к окну, плечи дрожат. В голову лезут мысли о сестре. Стоит ее представить там одну, как она плачет и мысленно умоляет меня ее забрать, так мое сердце кровью обливается.
— Алис, а мы можем с твоим другом связаться? — Спрашиваю тихо. Ничего не делать я не могу. Просто не имею возможности. Бросить сестру там я ни за что не смогу. Пойду на все.
— Можем, вот только…
— Возможно он свяжется с той женщиной, может можно обсудить рассрочку, кредит. Я могу работать кем угодно, может ей нужно для каких-то дел. Я бы все смогла.
Подруга молча выворачивает руль в сторону, разворачивается и начинает ехать в противоположном направлении.
— Ты думаешь я глупую затею затеваю?
Подруга молчит, а меня это молчание убивает.
— Я думаю, что здесь все методы хороши. Нужно что-то делать. Мы обязательно что-то придумаем. Просто я ставку на Буйного делала, но раз так, нужно думать.
— Какого… — Не могу сказать, что друг Алисы нам рад.
Подруга стучит в дверь, как только парень открывает, она сразу проходит внутрь. Даже приглашения не ждет.
— Ты заходить будешь?! — Подруга бросает мне, и я тут же проскальзываю вслед за ней.
— Как дома себя чувствуйте, бля. — Парень с грохотом дверь захлопывает, матерится. Я же стою и скромно мнусь в прихожей. Дальше проходить не рискую. И так пришли без приглашения.