Джулия Принц – Темная Владычица (страница 97)
Немногим ранее.
Так сказать, силы Света (всякие там инквизиторы, великие маги, императорская семья) и силы Тьмы (моя скромная персона, некромант, и немалое такое ведьмино семейство Блэр) объединились против сил зла!
Ну, во-первых, вы поняли, что Тьма – это не зло. Зло может быть и тёмным, и светлым, тут не цвет магии важен, а намерения носителя, так сказать.
Вот мы, все такие добрые и прекрасные, старательно сдерживали свои смертоносные намерения. Венценосное светлое семейство и высокая Инквизиция предлагали дождаться момента, когда Градургашш вовсю разгуляется на Меденосе и порушит пару тройку государств (королевств, да княжеств разных). А уже после, они, как истинные представители добра и справедливости, вмешаются и всех спасут.
На что, я мило улыбнулась и пообещала тоже подождать подходящего момента для спасения всех на Альтэриане, если Градургашш сначала решит порезвиться на светлом континенте. (А, судя по на двигающимся тучам с их стороны, так и будет).
Моя идея почему-то не очень пришлась по вкусу, и высокие члены нашего почти тайного собрания, что проходил в одном из залов Императорского дворца, решили замять эту тему.
Хотя мне и было слышно демонстративное бормотание его величества, как было бы хорошо заранее всех недругов убрать, потом же и проблем будет меньше, и благодарностей больше.
Наслушавшись этого дребезжания, я поближе наклонилась к императору и прошептала:
– Подаёте пример, ваше величество? Мне ему последовать?
Император посмотрел на меня и даже немного взгрустнул.
В результате, сэр Персиваль остался столицу охранять от неведомых туч. Все надеялись, что сила его Сияния защитит их.
Но был ещё вопрос с остальным материком, который непонятно как можно защитить от этой напасти. Разрушений у себя дома почему-то не хотелось и договорились, что Орден Инквизиции обеспечит посильную защиту, а ведьмин круг (конечно с ведьмаками и ведьмами) окажет экстренную помощь, ежели случится что.
Николас Прайтес, как Великий Воин Инквизиции, потащится вместе с Таром на тёмный континент в Градургашш, обеспечивать, так сказать, ликвидацию нехорошей магии, что затеяли Тёмные Башни во главе с незабвенным Арбуханом.
То, что Тар идёт фактически на семейные разборки не знал никто, кроме меня, конечно. Как и не знали они о таком его козыре в рукаве, как мир Смерти. И хорошо, что они не знали, а то мало ли какие идеи о всеобщем порабощении и могуществе могут зайти в голову правителям. А то есть у них (у правителей) такая слабость: как узнают о могучем оружии, так спать спокойно не могут. Всё думают о мире. Во всех смыслах, так сказать.
Ну, а я отправилась на совет тёмных правителей Меденоса, чтобы те бед не творили на свои головы и на наши. Когда я клятвенно пообещала их контролировать, светлый император поуспокоился немножко. Ну, или сделал вид. Что ему ещё оставалось? С Тёмной Владычицей не поспоришь. Это тебе не милая мисс Соврикас или острая на язычок старая дева.
По дороге на Меденос мы с Таром заскочили на остов Драконов. Нас там встретили достойно (в смысле не спалили сразу и даже дали поговорить).
– Я рад, что ты сделала свой выбор. И поздравляю тебя. Это великая сила и большая ответственность – сказал ментально мне Повелитель Драконов.
В этот раз он был в своём собственном теле. И скажу по секрету, тело это впечатляло куда больше, чем его же, но человеческое.
Аура дракона как раз соответствовала его размерам. А размер Повелителя едва ли не превышал гору, на которой он сидел. Так и хотелось спросить: не тесно ли ему на острове.
– Спасибо, брат. Надеюсь… мне не станет скучно.
– Когда-нибудь, обязательно. Ну а пока это будет… интересно.
– Очень рассчитываю, что не слишком.
Дракон захохотал на мои слова, и где-то в горах произошел обвал. Затем, он снова стал серьёзен:
– Если ты попросишь, сестра, я приду.
– Думаю… мы сами справимся. Сил хватает. Но скажи, брат… Почему? Почему ты избрал меня в свои названные сёстры? Почему нашёл меня?
Дракон усмехнулся и дым повалили из огромных ноздрей, в которых обычный человек мог спокойно поселиться.
– Времена древних богов и существ прошли, Зейфиран. Настало ваше время. А если я оставляю заботы этого мира на тебя, почему ты не можешь мне быть сестрой?
– Только это? – насмешливость Тара никуда не пропала даже перед лицом столь могущественного существа.
Но, видимо, в своём истинном теле дракон не испытывал тех же противоречивых эмоций к нему, как в человеческом, поэтому ответил спокойно и даже с юмором.
– Не только ведьмы страдают любопытством. Мне было интересно, кто займёт наше место. Хотел посмотреть на тебя, девочка, да и в целом на мир. Я так редко испытываю интерес к чему-либо, что научился высоко ценить это чувство.
Мы покинули остров, и мне приятно грело душу осознание того, что, если всё пойдёт не совсем по плану, то есть ещё один козырь. Дракон придёт, если я его позову.
Когда Тар и инквизитор прибыли в ледяные пустоши, началось самое интересное.
Их встретили Ледяные Великаны. Целое полчище.
По словам очевидцев, они плотно стояли друг к другу, как стена, их головы закрывали небо, а их ноги росли из земли, как скалы (Николас Прайтес показал, что он поэт в душе). Или, по словам Тара, их было, как снежинок в момент снегопада, но зрелище, хотя и впечатляло, было трудно различимо, так как белым было всё: и земля, и великаны. Лишь небо пучилось мрачными чёрными тучами.
Когда инквизитор задействовал сферу (как вы помните, она нейтрализует любую магию) произошло сразу два события: великаны рухнули и развалились на куски так, что поднялась целая метель. И метель неприятная: из мелких льдинок. А вот с тучами произошла нехорошая вещь: они пролились на землю каким-то кислотным дождём и не исчезли.
Позже выяснилось, что тучи над Альтэрианом тоже повели себя плохо, но с меньшей интенсивностью. В результате светлые и тёмные маги смогли удержать защиту вовремя. Тучи над Меденосом тоже пытались залить всё кислотой, но купол Тьмы, что я поставила, не дал возможности для разрушений и смертей. После принятия венца, моих сил хватило на целый континент. И я просто раздувалась от собственной гордости и важности, хотя в это время и сидела скромно в уголке под пологом невидимости на совете правителей Меденоса.
Но вернёмся к нашим героям. Когда тучи над Градургашем пролились кислотным дождём, неизвестного происхождения, Тар очень обрадовался (по словам инквизитора) и велел ему тут «прибраться», пока он сходит на Башни посмотреть.
«Прибраться» звучало не совсем понятно, инквизитор не послушался и пошёл с ним. Так они добрались до Второй Башни (Первая, как вы помните, давно разрушена). В этой Башне их встретил владелец, который встрече почему-то не обрадовался.
«Странный маг, – позже рассказывал его преосвященство, – людей, видимо, давно живых не видел, набрасываться стал».
И всё-таки, оставив инквизитора разбираться с магом Второй Башни, Тар пошёл проведать папу.
Папа этому не обрадовался и наслал на него ещё чёрных туч, которые уже были не просто тучи, а швырялись в некроманта молниями и кислотным дождём. Что интересно, ни магии, ни её нейтрализации, тучи эти не поддавались. Можно было только защиту выставить от кислоты, но и этого ненадолго хватало. Если дождь идёт беспрестанно, то он «проедает» защиту. «Настоящая неприятная пакость» – так охарактеризовал этот дождь некромант.
Встреча родителем блудного сына вышла эффектная, хотя не особо радушная.
Тар такой теплотой впечатлился, но не обрадовался. И выпустил свой, так сказать, внутренний мир в мир внешний.
Открыл проход миру Смерти в этот ледяной край.
Когда его мир начал пожирать Третью Башню, это оказалось неприятным сюрпризом для Арбухана фан Азы.
Расскажу, как я увидела эту картину со слов некроманта.
Серый туман возник сначала в руках Тара маленьким вихрем, затем он развернулся и стал окутывать собой землю, предметы и части Башни. То, чего он касался, просто исчезало из этого мира, и только белесая муть колыхалась в этом месте.
Некромант шёл, а перед ним стелился серый туман, захватывая всё на своем пути. Позади оставалось… НИЧТО.
Лестница на вершину Башни тоже поглощалась этим туманом, но это не мешало Тару подниматься всё выше и выше.
Арбухан был по-настоящему испуган. Ему ли, так долго стремившемуся к бессмертию, не узнать запах смерти.
Интересно, что чем больше ты чего-то боишься и избегаешь этого, тем стремительней оно настигает тебя с особой силой. И страх, который испытывает в это время человек не сравнится ни с чем.
Ведь прямо сейчас с ним происходит то, чего он боялся всю свою ооочень долгую жизнь.
– Ты! Ты… – борматал Арбухан, идущему к нему Тару, и пятился, уже не скрывая свой ужас.
Замечено, что пойманные злодеи, что спокойно пытали и убивали других, редко ведут себя достойно или пытаются сохранить лицо. Вот и этот старик с не одним десятком тысячелетий за спиной, попал в ловушку собственного ужаса, когда понял, что магии смерти он не может противопоставить ничего. Возможно, даже если и были бы у него силы, страх, с которым он жил все свои тысячи лет, настолько сковал его, что он сдался и смирился со своей участью до того, как смерть настигла его.
Последние слова, что он услышал, были:
– Ты жаждал забрать мои силы, так получи их в полной мере.