Джулия Поздно – Женитьба Ночного охотника (страница 4)

– Просто ты же Ночной охотник. Неужели ни одна девушка из вашего поселения не хотела бы стать хозяйкой в твоем доме?

– Хотела, и не одна. Многие хотели. Но ты пока молод, и не все тебе доступно.

Ну конечно, кто бы сомневался, что всю правду мне вот так не раскроют.

Пока мы продвигались в палатную залу, я обратила внимание на местных женщин и девушек: высокие, статные, светловолосые, с голубыми или серыми глазами. Одеты они были в платья-рубашки с необычными вышитыми орнаментами, а голову украшали небольшие ленты или кожаные повязки с самоцветами, ну или просто с цветными камушками. Издалека так сразу и не понять, что это. Я и в подметки не годилась местным красавицам, тут и сравнивать было нечего. Хотя свою истинную внешность я до сих пор не смогла рассмотреть. Надо будет заняться всенепременно при первой возможности, главное – зеркало найти побольше и без посторонних глаз.

Палатная зала стояла отдельной постройкой в самом центре поселения. Овальной формы, с высокими дверьми и грубой отделкой. Внутри находилось несколько столов: один большой и длинный, остальные чуть поменьше и стояли в стороне поодаль. Столы были сервированы глиняной посудой, столовые приборы, на первый взгляд, были изготовлены из дерева.

Колоритно, ничего не скажешь. Почувствовала себя на одной из исторических реконструкций. Маринка постоянно зазывала поучаствовать, но я всегда была скептически настроена. Это сшей сама костюм – ну ладно, не сама, а швея, но все-таки. Украшения подбери – статья расходов не такая уж и маленькая, и жить несколько дней в палатках не очень как-то заманчиво. Я человек, любящий комфорт, и все неудобства вызывают во мне внутренний протест.

Оказавшись внутри, я растерялась и заметалась под ногами Безупречного. Кто его знает, какие тут заведены обычаи, не хотелось подставлять Ночного охотника, о котором складывались легенды, и выставлять его перед сородичами не в том свете.

– Чего ты заметался, как мышь? – грохнул приятный баритон над ухом.

– Я не знаю, где мне можно сесть. Там? – Неуверенно указала рукой на центральный стол.

– Нет, малец, пока не дорос до основного стола. Сядешь с женщинами. – Безупречный кого-то высматривал, а затем позвал: – Зольда, подойди. Размести парня, будет ужинать с вами.

От толпы отделилась изящная фигура девушки. Пышногрудая блондинка с васильковыми глазами, виляя своей пятой точко, й продефилировала в нашу сторону.

– Привет, мальчик, – замурлыкала незнакомка, откровенно флиртуя со Стеном.

– Меня зовут Дигги, девочка! – изо всех сил скрывая накатившую злобу, проговорила сквозь зубы.

– Какие мы обидчивые, – рассмеялась девушка и потрепала меня за щеку.

Меня аж передернуло от ее прикосновений. Нет, все-таки быть подростком не так уж и забавно, как в детском саду: отдельный стол, и не перечь взрослым.

– Пойдем, поможешь принести на тот стол пиво и вино в бочонках, пока мы поставим основные блюда.

Пока я стягивала меховую жилетку и искала хоть какое-то подобие вешалки, Зольда прильнула к Стену, совершенно не стесняясь окружающих.

– Я так соскучилась, Стени. Ты сегодня придешь ко мне?

Я аж обомлела: вот тебе и холостой. Нет, ну надо быть полной дурой, чтобы поверить, что такой мужчина, как Стен, не имеет никаких интрижек между набегами на присвоенные земли…

Постаралась отвлечься и сосредоточиться на еде. Действительно, я была весьма голодна, больше суток ничего, кроме воды, во рту не было.

Мужчины расположились за центральным столом, во главе сел Генри, а напротив него место занял Стен. Женщины подносили на больших подносах мясо и рыбу, в серебряные кубки с нанесенными защитными рунами разливалось вино и пиво.

– Малец! – Рядом громыхнул небольшой кубок, и кто-то с силой ударил меня по плечу, я чуть не подавилась куском мяса, закашлялась.

Кто бы сомневался, Филипп собственной персоной.

– Выпей за знакомство, ты теперь один из нас.

Я с недоверием покосилась в сторону Безупречного, а он сделал вид, что ничего необычного не происходит, и тут же взмахнул одобрительно кубком, давая мне понять, что не против. Может, это у них традиция такая для новеньких… Не уверена, что они тут спаивают подростков каждый божий день. Да и от одного глотка, наверное, ничего не будет.

Робко обхватила ножку холодного серебра и пригубила.

– Нет, так дело не пойдет, пей до дна! – запротестовал Филипп.

Мужчины громыхнули раскатистым смехом и застучали своими кубками по столу: «Пей, пей».

Я жадно обхватила губами кубок и стала пить – а куда деваться. Лучше сделать, как просят, действительно не умру, тем более кубок был небольшой, в разы меньше мужских.

– Чего вы это тут удумали, демоны! – появилась Гретта и вырвала из моих рук кубок. – Мне его еще проверить нужно, сейчас споите, руны правду не покажут. – Женщина подхватила меня одной рукой под локоть и вывела из-за стола. – Закат уже, ты чуть не опоздал, – с укором проговорила Гретта и многозначительно посмотрела на меня.

– Гретта, ты нам его только живым верни! – кто-то выкрикнул из-за стола.

– Поговори мне тут еще… – Женщина одарила шутника таким взглядом, что тот сразу умолк. – Пошли, Дигги.

Глава 5

Последняя усадьба у колодца ничем не отличалась от остальных на первый взгляд, но, как только я прошла внутрь, все изменилось. У стены был собран огромный каменный камин, который выполнял функцию не только обогрева дома, но и сгодился для варки различных снадобий. О чем свидетельствовал большой вертел, на котором висел засаженный котелок.

– Садись и сними шапку, я на тебя погляжу, – проговорила Гретта и разожгла костер под котелком.

Я замешкалась, но потом послушно села за стол, на котором лежали различные засушенные травы и холщовые мешочки. Шапку тоже сняла.

– Почему вы меня не выдали? – этот вопрос меня волновал уже несколько часов.

Раз она была для Стена как мать, то должна была предупредить Безупречного о моей тайне.

– Я давно жду тебя, – проговорила Гретта и из ведра плеснула воды в котелок. – Сейчас закипит, и приготовлю травяной отвар для тебя.

– Я бы не задержалась, просто… не знала, как незаметно покинуть зал. – Сцепила руки в замок и посмотрела на травы. – А для чего отвар?

– Отвар для очищения ауры, и тогда руны смогут почувствовать твою силу, если она, конечно, имеется. Но пока ты в таком виде, как сейчас, я не смогу провести обряд раскрытия.

– Обряд раскрытия? – с недоверием повторила за Греттой.

Честно говоря, от всего этого потока информации просто голова пухла. Зря я кляла судьбинушку и стенала по отсутствию мужчины в своей жизни. Сейчас одиночество и пятнадцать кошек в квартире уже не казались чем-то досадным и фатальным.

– Вижу, не из нашего мира ты пришла. Иномирянка в чужом теле.

– Но как вы это видите?

– Я не просто целительница, от матери я унаследовала дар предвиденья. Не все и не всегда, но самое основное само приходит. Ну хватит разговоров, сейчас ты раздевайся и в баню сходим, помощницы мои уже натопили. Искупаешься и в истинном образе сможешь взять руны.

– А вдруг кто меня увидит? Дигги уже примелькался за день, а незнакомку сразу заметят.

– Не увидят. В мой дом без разрешения только Стен вхож, но сейчас ему не до нас. – Гретта потянулась к вещам на небольшой полке. – На вот, наденешь на ритуал.

Я развернула и ахнула: новенькое платье-рубашка с красивым цветочным орнаментом.

– Наконец и в наши заснеженные места пришла весна. – И так зыркнула недвусмысленно, я аж оступилась и чуть не упала. – Ты давай, девонька, не будь тютехой, миссия на твои плечи нелегкая возложена.

Я так и знала, что где-то есть подвох, раз главная целительница на меня обратила свое внимание.

– А если я не хочу? Может, вы знаете, как я могу домой вернуться?

– Нет тебе дороги домой! Твоя жизнь там оборвалась, – как обухом по голове получила, от расстройства даже прослезилась.

Это что же получается, этот бугай и хоккеист-недоучка меня на тот свет отправил? Надеюсь, его посадят и надолго! Хотя кому теперь от этого легче станет. Вот так живешь, живешь, думая, что вся жизнь впереди, а оно вон как оказалось.

– Раздевайся, вещи мужские здесь оставишь.

Я не стала больше медлить, сняла жилетку, рубашку и штаны, обувь только оставила, другой не предлагалось.

– Эх, с грудью то за что так? – осуждающе проговорила женщина, обошла стол и взяла большие ножницы.

– Это не я, а она. Когда я попала в это тело, девушка уже была мальчишкой.

– Эх и глупая, поэтому и век короток!

– Я?

– И ты глупая, раз осталась в чужой одежде, – заворчала Гретта и разрезала ленту, стягивающую грудь.

Потом накинула на меня большую шкуру, чтобы я могла добежать до бани и не испачкать чистое ритуальное платье.

Небольшая деревянная постройка находилась на заднем дворе усадьбы целительницы. Пересекли двор, не опасаясь быть замеченными: на улице уже было довольно темно. Когда же мы оказались в предбаннике, женщина распахнула основную дверцу и пустила тепло. Потом она ворчала, когда вынимала из моих волос шпильки.

– Дуреха, как есть дуреха – накрутить такое гнездо на голове. Хорошо, если сейчас удастся размыть голову, а если нет – только состригать все.

– А может, и к лучшему, легче будет юношей притворяться?