Джулия Поздно – Шоколатье по(не)воле (страница 5)

— Ну ребенок вряд ли сможет об этом пустить слух. Да и, судя по вашему рассказу, ему от силы лет семь-восемь, и маг переноса для него неизвестное явление, — уверенно сказал Иван.

— Извините меня, но моя сила срабатывает, когда я пугаюсь. А я очень испугалась за мальчика.

— Ты ни в чем не виновата. Умение управлять энергией тренируется с детства, все происходит постепенно. Ты не должна бояться своего дара, это тебе только мешает, — Петр накрыл рукой маленькую ладошку Али. Девушку снова украсил румянец — ей нравилось внимание братьев.

Братья Сливовы слыли завидными женихами в Цароссе не только из-за состоятельности семьи, но и по причине внешней привлекательности. Они об этом прекрасно знали, но если Иван спокойно относился к этому, то Петр был не прочь использовать эти преимущества в своих интересах и не упускал возможности пустить пыль в глаза первым красавицам Цароссы. Самый младший — Василий, напротив, всего добивался собственным умом и упорным трудом.

От матери не укрылись заигрывания Петра с Алей, и этого она не одобряла. Он же интуитивно почувствовал взгляд матери и поспешно убрал руку.

— Алевтина, на сегодня, я думаю, впечатлений достаточно, но Иван и Петр правы — откладывать тренировки нельзя. Завтра в этом тебе поможет Иван.

— Что? — возмутился Петр. — С чего это Иван?

— С того, что он старший брат и более рассудительный. Нам необходимо научить Алевтину держать себя сдерживать свои эмоции. А ты без разжигания огня и дня прожить не можешь. Поэтому вот мое родительское слово: первым будет Иван! Ты не против, дорогая? — обратилась Степанида уже к Але.

— Нет, пусть будет Иван, — она украдкой посмотрела на мужчину, взрослый и уверенный в себе — он нравился ей не меньше, чем веселый и озорной Петр.

***

Ночью девушке спалось плохо, она вздрагивала во сне и тихо постанывала. Ей снился охваченный языками пламени родительский дом. Мать что-то кричала отцу, но из-за огня они не могли подойти друг к другу. Аля посмотрела на папу, он медленно шевелил губами — пытался ей что-то сказать, но она никак не могла понять его, и когда наконец расслышала «Дочка…», пламя разгорелось сильнее, и отец сгинул в огне.

Ее крик разлетелся по всему дому. Степанида в ночной рубашке босиком  преодолела расстояние от их с мужем комнаты до Алиной меньше чем за минуту. Девушка металась в постели и кричала, на ее лбу проступила испарина.

— Алевтина! — женщине пришлось будить ее. — Алевтина! — звала она, но никакого результата не последовало.

Тогда женщина схватила графин и набрала в рот воды. Резко прыснула на лицо Али, она дернула головой и открыла глаза.

— Это кошмар, просто кошмар… — твердила Степанида, обняв Алю. — Ты справишься, девочка, только не сдавайся.

Аля была безмерно благодарна женщине, хотя и не понимала, почему эта женщина проявляет к ней столько заботы и тепла.

Петр не решился войти, подпирал спиной дверь Алиной комнаты. В его сердце разгорался огонь, это было абсолютно новое для него чувство, и что ним делать, он не знал. Мелкие искры выстрелили с кончиков его пальцев и попали на бахрому портьер.

— В детстве не наигрался?! — осадил его Иван — он тоже проснулся от крика и поспешил на помощь.

Но каково же было его удивление, что пришлось наблюдать за братом, поджигавшим шторы в их доме. В молитвенном жесте Иван сложил руки, и в этот же момент из вазы с цветами, поблескивая в темноте, полетели крупные пузыри воды, они «бомбочками» лопнули у штор, загасив искры Петра. — Может, не только Алевтине нужны тренировки?

Петр хмыкнул и, зацепив плечом Ивана, слегка его оттолкнул в сторону. Сейчас в нем говорила гордыня и эгоизм, но разве он мог в этом признаться хотя бы себе?

Глава 5

Утро выдалось прохладным. После завтрака Алю провели в большое пустое помещение за особняком. Когда-то именно здесь Матвей Владимирович запустил свое первое производство шоколадных конфет и карамели с начинкой из сухофруктов.

Время шло, производство расширялось, и глава семьи нашел другое помещение —отделил личную жизнь от большого количества наемных работников. Производство разрослось в большой завод и занимало уже несколько корпусов. На их территории располагались: общежитие и больница для работников, и даже школа для их детей. Степанида помогала мужу в семейном деле, но не забывала заниматься и благотворительностью, хотя в этом у них с мужем мнения сильно разнились.

Аля стояла в центре пустого зала, чуть поодаль от нее Иван. Прислуга принесла несколько столовые ложки, колесо от повозки, камни и большую бочку, наполненную водой. Как только посторонние скрылись за широкими воротами, Иван заперся с Алей на большой засов.

 — Так к нам точно никто не помешает.

Он направился к бочке. Алю терзали сомнения.

— А разве ни у кого не возникло вопросов, для чего нам это и почему мы запираемся?

— Нет. Они привыкли, что мы с Петром часто тренируемся здесь, чтобы не потерять сноровку. Как видишь, это помещение пустует, но, думаю, предприимчивость отца не позволит ему долго стоять без дела.

— Я смотрю, вы с Петром очень близки, — Аля видела, что они держатся вместе все свободное время.

 — Да как-то само так вышло. Возможно, сказалась небольшая разница в возрасте. И так, довольно пустой болтовни, приступим к делу. Алевтина, отойдите, пожалуйста, в сторону, мне нужно пространство, — он аккуратно снял фрак и протянул Але. — Подержите недолго.

Аля завороженно смотрела на мужчину, его красивая осанка, размеренные движения приковывали ее взгляд. Бакенбарды подчеркивали правильный овал лица, слегка заостренный нос абсолютно не портил, а придавал внешности излишнюю серьезность. Такому человеку хотелось доверять, и при ближайшем знакомстве это желание лишь усиливалось.

Иван прикрыл глаза, словно готовился к молитве. Через минуту его веки дрогнули, а руки разлетелись в стороны. Бочка с водой покачнулась и задрожала. Медленно двигая кончиками пальцев, Иван будто вытягивал из нее воду. Она слегка колыхалась, словно танцующая кобра под звуки музыкального инструмента заклинателя. Потом мужчина опустил одну руку, а кистью второй закрутил, и вода приняла форму колеса, крутившегося по мановению руки мага. Аля смотрела как завороженная, ей казалось, что она попала на представление великого фокусника, и ей посчастливилось находиться в первом ряду. Вода послушно извивалась и меняла форму: вот красивый олень раскинул ветвистые рога, а вот уже огромный орел, паря, высматривал жертву. Вдруг жидкость приняла форму пузыря и забурлила, а потом взорвался и разлетелся на маленькие водяные бабочки.

Наконец, Иван сделал последний взмах рукой, и вода послушно вернулась в обычное состояние.

— Примерно так, — выдохнул мужчина. — Теперь ваша очередь, — он забрал из рук Али свой фрак.

— А что мне делать?

— Попробуйте для начала переместить ложку в другой конец зала.

Аля гипнотизировала столовый прибор, сто раз произнесла слово «ложка» мысленно и вслух, но ничего не происходило. Она пробовала снова и снова, но безрезультатно.

— Ерунда какая-то. Я не понимаю, почему ничего не происходит?! — зло топнула. — Где эта магия переноса, когда она нужна, и почему она себя проявляет в самый неподходящий момент?!

— Тише, — Иван подошел к ней и приложил указательный палец к ее губам. Во-первых, не забывайте — и у стен бывают уши, не стоит о своем даре говорить вслух. Во-вторых, вы не пытаетесь почувствовать силу внутри себя, а просто гипнотизируете ложку, а это не одно и тоже. Каждый раз сила проявлялась в моменты, когда вы испытывали страх. Но этого недостаточно, чтобы ее контролировать. Попробуйте успокоиться и попробуйте еще раз. — Иван свернул фрак и положил его возле бочки, опустил обе руки в воду и вынул, показывая Але. Она не верила своим глазам — вода не стекала с них, а облегала, словно прозрачные перчатки, но при этом находилась в движении.

— Сейчас вода часть меня, она не неподвижна, как в бочке, а циркулирует, как кровь в моем теле. Она ка бы часть меня. Вот так же нужно сделать с ложкой.

— Здорово, но я так точно не смогу!

— Не надо бояться, надо попробовать снова и снова, — он встал сзади Али и обхватил руками ее руки. — Сейчас мы одно целое. Вы чувствуете мое тепло, я ощущаю ваше. И если я подниму руки, ваши проделают то же самое.

Впервые Аля стояла так близко к мужчине, и ее мысли были заняты не ложкой. Кровь прилила к лицу, а мысли разлетелись, словно птицы. Она бы и рада сконцентрироваться, но это было практически невозможно. Ровное дыхание Ивана щекотало ее шею, а сердце в груди ускорило свой ритм.

— Ну же, чего вы ждете? — Иван не понимал, почему девушка стоит неподвижно и не спешит что-то предпринять.

Аля выскользнула из его рук и отошла. Сразу стало прохладно — ощущения тепла его тела и близости еще так свежи… Она понимала, что ведет себя как маленький ребенок, ведь в действиях Ивана не было ничего, чтобы так реагировать, злилась на себя. Перевела взгляд на ложку, лежавшую в кучке с другими предметами. Но то ли Аля была расстроена, то ли сильно взволнована, но ложка переместилась не одна — все предметы заискрились синевой и превратились в маленькие бусины. Аля попыталась им приказать, куда переместиться, но бусины хаотично кружились в воздухе. Девушка старалась переломить ситуацию и сделала пас рукой. Бусины закружились воронкой вокруг Али и Ивана, бочка перевернулась, и вода быстро растекалась серой лужей под их ногами.