Джулия Поздно – Шоколатье по(не)воле (страница 10)

— Простите, мне так неловко… — она не знала, как себя оправдать, а подставлять Петра и вносить раздор в семью ей совсем не хотелось.

— Может, хватит устраивать допрос?! Если ты не заметил — на улице дождь. Не хватало нам всем заболеть! — Петр взял девушку под руку и обогнул брата.

Иван чувствовал себя дураком, он так и не понял, что приключилось. Аля явно от него что-то скрывала. Да и в тот момент, когда он застал парочку, ему показалось, что Петр собирался ее поцеловать. Неприятное чувство заныло в груди, он сжал руки в кулаки и постарался сдержаться.

Они старались не шуметь в доме, не хотелось лишних разговоров среди слуг, а уж тем более что-то объяснять родителям. Аля была очень расстроена, а мужчины слишком заняты собственными мыслями, чтобы заметить притаившуюся Евдокию. Она забилась в угол и не понимала, что молодые господа и новоявленная родственница могли делать в такое время на улице? Евдокия старалась не спешить с выводами, но держать ухо востро и втереться в доверие Алевтины Александровны. Ведь девушка явно нуждалась и в женском общении, так что это всего лишь вопрос времени, скоро молодая хозяйка будет ей доверять. И тогда настанет ее время выслужиться перед Сливовым-младшим.

Глава 11

Старший сын семьи Сливовых — Иван — замечательно справлялся с семейным бюджетом и вел весь бухгалтерский учет. Матвей Владимирович никогда не жалел потраченных средств, вложенных в обучение своих детей. Он считал, что необходимо дать всестороннее развитие. Не стремился отправлять их в академии с программой, часто не применявшейся в жизни, а делал ставку на «матерых» и продуманных частных преподавателей, иногда прибегая к услугам Забугорных светил с превосходной практикой.

Иван рос положительным, уравновешенным ребенком. Ему легко давался забугорный язык, распространённый и прочно закрепившийся тогда в Цароссе. Тем не менее сам шоколадный бизнес своей семьи он, мягко говоря, недолюбливал. Только цифры были его слабостью, а вот шоколад порой вызывал отвращение. Отец принимал выбор сына и не заставлял вникать в рецептуру и продвижения продукции. Иван ценил это и старался не подводить отца, досконально вникая в отчетность семейного дела.

Вот и сейчас он, как и его младший брат Василий, держал руку на пульсе большого запуска нового продукта, который до этого могли производить только кондитеры Забугорья. Мужчина перевернулся на бок и постарался заснуть, обдумывая масштабность грядущих перемен. Но вместо того чтобы окунуться в ночное забытье, перед ним продолжал возникать образ Алевтины. Такой хрупкой и беззащитной, продрогшей на улице и с растрепанными волосами — именно такой ему казалась девушка, заброшенная неведомыми силами межмирья, в тот момент, когда он сбежал с крыльца их особняка и окликнул Петра. Он старался прогнать это видение, но безрезультатно. Громко выдохнув, Иван откинул одеяло, встал с кровати и прошел к окну. Прекрасный вид открывался из него на старинное дерево — символ их братской силы.

Это было много лет назад, когда времена года на Цароссе только формировались, и маги-ученые составляли календари, считая лунные дни. В один из заснеженных дней «Новой звездной Луны» они бегали на заднем дворе особняка, где завершалось первое строительство их производства.

— Дети! — громко раздался голос отца.

Мальчишки с легкой досадой оставили свой заснеженный замок, который был не хуже настоящего. Ивану удавалось подмораживать снежную пыль лунного неба, и их постройка простояла неделю.

— Отец, вы звали? — как всегда первый задавал вопросы Иван.

Василий был еще мелковат, и цветом своей кожи напоминал подрумянившийся кексик,забытый на снежном полотне. Петр же запускал огненные искры и дразнил младшего, он вообще редко вникал в отцовские разговоры.

— Алексей Федорович вернулся из командировки, он побывал в Забугорье и передал для вас подарок.

Мальчишки очень любили друга отца Алексея Федоровича — магистра первого ранга императорского дворца. Первым быстро среагировал Петр, да так, что позабыл затушить искру, пущенную на шарф Василия. Иван быстро водной каплей затушил разгоревшийся огонек на шарфе.

— Подарок?! — протянул руки вверх ладошками в ожидании увесистой коробки с сюрпризом.

— Подожди, Петр! Ишь какой прыткий! Это подарок предназначен для вас троих, — отец окинул взглядом сыновей, и радушная улыбка появилась на его лице.

На его ладонях в золотом свечении парил маленький отросток какого-то растения.

Маленький смуглый карапуз широко раскрыл карие глаза, золотой блеск ростка отразился в них, как в зеркале.

— И это все? — недовольно фыркнул средний сын.

— Да подожди ты! — одернул его Иван. — Алексей Федорович еще ни разу не дарил ерунды.

— Подумаешь, какой-то отросток непонятно чего! — продолжал настаивать Петр.

Отец с сомнениями посмотрел на среднего сына.

— Не делай поспешных выводов, сынок. Иногда ценность сразу не рассмотреть, — Матвей Васильевич сделал пас рукой, и золотое свечение скрылось. — А теперь, дети, приложите ваши руки и влейте вашу магию в растение. Только немного, росточек еще мал и от переизбытка может погибнуть.

Мальчишки с интересом протянули ладошки, еще мгновение — и росточек наполнился насыщенно-синей, огненно-красной и зеркально-голубой энергией маленьких магов-стихийников. Энергия сплелась в большую нить и со свистом рванула к маленькому отростку, цветные искры отлетели от растения. Золотое свечение вспыхнуло с удвоенной силой и разрослось до размеров заснеженного двора.

— Что это? — едва смог выговорить самый младший из сыновей.

— А это, дорогие мои, ваше будущее дерево. Алексей Федорович купил его в самой дальней части Забугорья. Дерево наполняется магической силой, раз в год надо делать энергетическую подпитку. Оно своего рода маленький аккумулятор и накопитель ваших магических сил.

Ребята открыли от удивления рты.

— А оно сможет нам отдать эту силу потом? — с привычной серьезностью спрашивал Иван.

— Возможно, но как это происходит, никто еще не видел. А теперь оно сделает выбор, где ему расти, — Матвей Владимирович подбросил росток вверх, он медленно поплыл и опустился в том месте, где стоял снежный замок.

Земля затряслась под ногами магов, громкий гул оглушил всех на мгновение. Росток увеличился в размерах, а его длинные корни пробили заснеженную постройку. Это произошло так быстро, что мальчишки даже не сразу поняли, что остались без любимого места для игр. Первым выказал протест бурными слезами Василий, и только потом возмущения посыпались от его старших братьев.

— А ну, успокоились все! — прекратил крики Матвей Владимирович. — Новый построите, еще лучше будет! А дерево свой выбор сделало.

Эти воспоминания детства всплыли ярко, потому что рядом с деревом Иван увидел Алевтину в объятиях Петра. Плотно задернул портьеру и не увидел, как листва их магического дерева окрасилась в насыщенный синий цвет, а его свечение сменилось с золотого на серебряное.

Глава 12

Грозовое небо над Цароссой метало молнии, а сильный ветер срывал еще не опавшую листву. К утру ливень прекратился, ветер сменил направление, и на столицу опустился холод. Крыши домов покрылись обледенелой коркой, уличные дороги превратились в настоящий каток, а многие деревья напоминали ледяные скульптуры, высеченные из льда. Город спал, и мало кто из его жителей мог подумать, что его ожидает после ночного пробуждения.

— Э-ге-гей, Микола! — раздался громкий голос Проньки на улице. — А ну перегоняем лошадей, пока хозяева не поставят защиту от холода! Чего встал? Живее, околеют ведь!

Аля открыла глаза. Все тело ныло от боли, а голова казалась тяжелой. И еще этот раздражающий крик прислуги за окном. Который час? Она перевела взгляд на старинные часы: зеркальная стрелка указывала на середину циферблата, усыпанного звездами, маленькая же — золотая — остановилась на темной Луне. Время этого мира очень отличалось от земного, и девушка еще не очень во всем разобралась, слишком быстро сменялись события. По ощущениям, день в столице был длиннее, но сейчас ее меньше всего это тревожило.

Пол в ее комнате покрылся инеем. Мелкими перебежками она добралась до окна и отдернула занавеску в сторону. Прислуга, скользя по застывшим лужам, была тепло одета, до такой степени, что их лица закрыты большими платками, только глаза можно рассмотреть. Двое мужчин, придерживая за уздечку лошадей, переводили их из конюшни под крону магического дерева. 

Что могло произойти? Аля отошла от окна и остановилась у зеркала, вода в кувшине на небольшом умывальном столике превратилась в лед. Девушка ничего не придумала лучше, как утеплиться оделась и отправилась на поиски кого-нибудь из жильцов этого дома. Первым делом заглянула в гостиную и не прогадала: хозяева бурно обсуждали магическую защиту территории особняка.

— Это просто чудо, что мы не замерзли во сне! — твердила Степанида Сергеевна.

— Возможно, наша личная магическая защита не дала этому случиться, — ответил Иван.

— Но как это все возможно? Я не могу вспомнить подобной аномалии! — женщина в шубе из пышного меха расхаживала из стороны в сторону, подол её одежды скользил по паркету, сметая иней.

— Отец, нам срочно нужно на производство, необходимо проверить, не вышло ли оборудование из строя! — Василий очень смешно выглядел в щегольской шляпе с широкими полями — она явно не по погоде.