Джулия Ортолон – Не соблазняй меня (страница 50)

Итак, спокойно подумал он, что же будет, если он на ней женится? Для начала нужно добиться у нее согласия, и еще не факт, что ему это удастся, ведь, сколько нервов пришлось потратить, чтобы уговорить ее даже просто встречаться. И такая же история с уговорами переехать в Лос-Анджелес начнется потом. Как Эйдриан ни старался, не мог представить себе Джеки в роли изнеженной голливудской жены, которая дни напролет шатается по магазинам да валяется возле бассейна.

И вот он снова должен немедленно принять важное решение. Ну что за отношения у них такие, когда либо все, либо ничего? Эйдриан вспомнил, как Джеки уговаривала его ехать в Лос-Анджелес и решить для себя, чего он хочет. А ведь в этом пожелании заключено так много!

Эйдриан отправился в бар на условленную встречу, дав себе зарок по возвращении в телефонном разговоре с Джеки не обсуждать ничего серьезного — это лишь напугает ее, — а просто поболтать о том, о сем, завести один из тех непринужденных разговоров, которые прежде всегда избавляли ее от беспокойства — главное, к чему последнее время стремился Эйдриан. Однако встреча за коктейлем плавно перешла в ужин в ресторане «Спаго», а ужин — в вечеринку в особняке на Голливудских холмах, и когда Эйдриан добрался до своего номера, было уже три часа ночи. Оставленное ему сообщение говорило, что ему звонила Джеки.

Он попытался дозвониться ей на следующее утро, но снова услышал автоответчик. Так продолжалось последующие три недели: то Эйдриан не мог дозвониться до Джеки, то она не заставала его в гостинице. Но когда связаться им все же удавалось, они разговаривали часами.

И каждый раз, как Эйдриан вешал трубку, его намерение непременно отыскать способ преодолеть постепенно разделяющие их препятствия крепло.

Джеки сидела за столом в своей каюте и, вместо того чтобы сводить баланс в своем стареньком лэптопе, таращилась в пустоту и улыбалась. Эйдриан возвращался.

Он пробыл в Лос-Анджелесе больше трех недель, но не виделись они уже более двух месяцев. Завтра она отплывет на Жемчужный остров, а он прилетает в день ее прибытия.

Его появления на экране последние несколько недель вызвали новую волну интереса к гостинице и круизам. Особенно после того, как он выступил в шоу Леттермана.

Разговор в этой передаче, к сожалению, отклонялся от кулинарной тематики, и публика, оставив на некоторое время в стороне обожаемого шеф-повара Эйдриана, сосредоточила свой интерес на поисках сокровища Лафита и на волновавшем всех вопросе: почему его так долго не могут найти? Несмотря на крайнюю осторожность Эйдриана в высказываниях по этому поводу, тема возбудила бурные обсуждения в местной прессе, заставив людей недоумевать: «Почему так затянулись поиски?»

После последнего разговора с Рори Джеки живо представляла себе, как недовольный, надутый Карл дает на берегу импровизированные пресс-конференции, объясняя не имеющим никакого отношения к подводному плаванию людям, какие коварные сюрпризы порой преподносит морская археология.

Испытанная ею за последние два месяца гамма ощущений была сравнима разве что с катанием на «американских горках». Слава Богу, у Джеки была отдушина — ее разговоры с Эйдрианом. Его бесконечные звонки подкрепляли его уверения в том, что он по ней скучает.

В первый раз с тех пор, как Джеки согласилась встречаться с Эйдрианом, она начала верить, что их отношения действительно могут иметь продолжение, и это несмотря на то, что Эйдриану, возможно, придется уехать отсюда — обстоятельство, о котором она пыталась пока не думать. Искренность его слов, когда он называл ее единственной и не похожей на других, своей второй половиной, которая должна привнести в его жизнь здравый смысл и стабильность, теперь не вызывала у нее сомнений.

Вспомнив эти слова, Джеки улыбнулась. Такой мужчина, как Эйдриан, считал ее особенной. Мужчина, который мог заполучить себе любую женщину, какую только пожелает, выбрал из всех именно ее, потому что она не похожа на других и будет такой… по крайней мере какое-то время. А может быть, еще долго.

Раздался стук в дверь. Джеки подняла голову и увидела на пороге Тая.

— Привет, Тай. Что случилось?

— Ты видела газету? — осторожно спросил он.

— Какую газету?

Тай подошел к ней с газетой в руках.

— Я знаю, тут все вранье, — сказал он. — Стало быть, скорее всего, это все чепуха, и ничего в этом нет, но я знаю, что ты захочешь это видеть.

— Это о чем? Очередной раз пишут, что затонувшее сокровище — мистификация?

— Не совсем. — Тай бросил перед ней на стол выпуск «Нэшнл инкуайрер».

Джеки опустила глаза и, увидев на первой странице Эйдриана, прижимающегося к пышному бюсту Шоны Симмонс, новой голливудской звезды, фильмы с которой везде шли с аншлагом, окаменела. Оба — и Эйдриан, и актриса неземной красоты — улыбались во весь рот. Заголовок гласил: «Самый сексуальный шеф-повар Америки идет в гору?»

Джеки открыла указанную под снимком страницу газеты и увидела остальные фотографии, где Эйдриан развлекался в каком-то ночном клубе, причем рядом с ним всегда была Шона Симмонс.

В голове у Джеки звучал голос Эйдриана:

«Жизнь налаживается, но по тебе скучаю».

«Как жаль, что тебя со мной нет».

«Очень устал, и все, чего хочу, — это провести хотя бы одну ночь дома, в своей постели, предпочтительно с тобой».

Устал? Ха! И немудрено. Вот змей! И сколько же, интересно, он опробовал постелей, что так соскучился по своей собственной? Мысли начали набирать обороты, однако Джеки решительно остановила их. Танцы в ночном клубе еще не означают, что Эйдриан распутничал. Даже если он танцевал с одной из самых ярких красавиц в мире.

— Скорее всего, это ерунда, — сказал Тай. — Но в этой газете все представлено так, будто между ними что-то есть.

Он был, конечно, прав, но Джеки казалось, будто ей в сердце всадили нож. Ведь она уже почти поверила этому мужчине, поверила его словам, что она дорога ему, решилась-таки принять эту нарядную коробку с подарком. И что же? Обнаружила внутри змею! Лживую, предательскую змею!

Сердце глухо стучало в висках; Джеки казалось, голова вот-вот лопнет. Но и тогда, откинувшись на спинку стула, она собрала волю в кулак, ни одним движением мускула на лице не выдала того, что чувствовала.

— Конечно, это ничего не значит. Но если и значит, Эйдриан — не моя собственность. Охота ему веселиться на отвязных вечеринках с кинозвездами с фальшивыми сиськами — на здоровье, это его дело.

Тай внимательно на нее посмотрел.

— Хочу дать тебе только один совет.

— Да? — Джеки выдавила из себя улыбку.

— Обязательно дай мужику объясниться, прежде чем отрежешь ему яйца.

— Ума не приложу, о чем ты.

Когда Эллисон встретила Эйдриана в аэропорту, он устало плюхнулся на переднее сиденье роскошного седана, принадлежавшего их тете. Последние несколько лет, с тех пор, как тетя Вив большую часть времени проводила вдали от дома, машина находилась в их распоряжении.

— О! Какие роскошные у тебя очки, — сказала Эллисон, которая, прежде чем выехать на шоссе, внимательно рассмотрела его темные очки с большими стеклами.

— Это камуфляж, чтобы скрываться от сумасшедших женщин и неистовых фоторепортеров.

— И что, помогает?

— Нет, не очень. И потому я теперь не сомневаюсь, что звезды кино носят их по тем же самым причинам, что и все остальные люди, — чтобы защищать глаза от солнца. — Эйдриан, готовясь провести час в дороге, поудобнее устроился на сиденье. Уже в сотый раз за этот день у него возникало желание сказочным образом, в мгновение ока, очутиться на Жемчужном острове, обнять Джеки и сказать ей те слова, которые буквально сжигали его все эти недели: «Как я по тебе соскучился, как соскучился, я люблю тебя».

Он точно не знал, когда эти слова родились в нем, но последние несколько дней ему всеми силами приходилось сдерживать себя, чтобы не сказать ей этого по телефону. Такие важные слова в первый раз нужно говорить, только глядя в глаза. Ему нужно было видеть лицо Джеки, знать ее реакцию. А затем целовать до беспамятства и часами заниматься любовью.

Сдерживая свое нетерпение, Эйдриан откинул голову на подголовник.

— Рассказывай, что произошло за время моего отсутствия. Господи, кажется, будто меня здесь не было целую вечность.

— Дай-ка подумать… Мы пригласили Карла завтра на обед в честь твоего возвращения.

— Это хорошо. — Эйдриан зевнул.

— Вообще-то, пригласила его тетя Вив, которая приехала погостить на некоторое время, — уточнила Эллисон радостно, и по ее голосу было понятно, что она улыбается.

— Вот как? — Эйдриан приоткрыл один глаз.

— Ага. — Элли хитро улыбнулась. — Они оба пытаются скрыть, но мы с Рори догадываемся, что они уже успели втюриться друг в друга.

— Да ты что! — воскликнул Эйдриан. — А я думал, «втюриться» могут только дети, а не люди, которым за пятьдесят.

— Подожди, вот увидишь их вместе. Тетя Вив все время изображает из себя холодную, неприступную королеву, а бедняга Карл совсем потерял голову.

— Мне поговорить с ним?

— Ни в коем случае! — Эллисон ущипнула его за бок. — Ты, верно, думаешь, сексуальная жизнь должна быть только у тебя.

— Это неправда. — возразил Эйдриан. — Уж мне ли не знать, каковы мужчины, когда у них на уме только секс.

— А кстати, как Джеки отреагировала на те твои фотографии в «Нэшнл инкуайрер»?