Джулия Ортолон – Не соблазняй меня (страница 15)

— Ну-с, Джеки? — Карл выгнул бровь. — Что ты еще задумала?

Кровь горячей волной бросилась Джеки в лицо. Застыдившись, чувствуя болезненные спазмы в желудке, она не нашлась что ответить.

— Вот что я тебе скажу. — Карл наклонился вперед, сцепив на столе руки в замок. — Если ты готова отказаться от своих затей, я позволю уйти тебе отсюда подобру-поздорову. Присутствующим здесь достойным людям не нужно ничего знать.

К Джеки вновь вернулось желание выбежать из комнаты, но, если бы она поддалась ему, Карл увидел бы в этом подтверждение своих худших подозрений, а именно — что она затевает мошенничество.

— Джеки? — Эйдриан сжал ее за плечи. — О чем речь? — Карл, выжидая, продолжал не отрываясь смотреть на нее.

— Слово за тобой.

Руки Джеки сами собой начали сжиматься в кулаки. Но она, вспомнив, что держит конверт с письмом, усилием воли заставила их разжаться.

— То, что происходило на островах много лет назад, не имеет никакого отношения к этому делу, мистер Райдер, а потому не стоит ворошить прошлое.

— Вот уж не знаю. — Стул под Карлом, словно выражая протест, недоверчиво заскрипел. — Мне все это до смешного знакомо. Бадди Тейлор уже заявлял, будто имеет письмо, которое поможет найти затонувшее сокровище, и уговаривал приличных, трудолюбивых людей вложить средства в экспедицию. А где же сам Бадди? Ждет, когда ты обработаешь новых простачков для вашей аферы, а потом заявится сам, чтобы предложить свои услуги?

— Отец умер.

В глазах Карла мелькнуло удивление. Сменившее его затем выражение было похоже на сожаление, но Джеки не успела в этом убедиться: он слишком быстро отвел взгляд в сторону.

— Я… я не знал. Когда же?

Внезапная перемена его тона, в котором уже не слышалось враждебности, поначалу сбила Джеки с толку, но тут она вспомнила, что Бадди с Карлом когда-то, давным-давно, были друзьями. Неужели такой невозможно правильный Карл Райдер сожалеет о смерти Бадди?

— Восемь лет назад, — ответила Джеки. — При погружении у кораллового рифа Тобаго.

— Как?

— Я бы предпочла не вдаваться сейчас в подробности. — Не в силах смотреть на близких Эйдриана из страха увидеть на их лицах шок, она не сводила глаз с Карла. — Уверяю вас, мистер Райдер, он не лгал. Письмо существует.

— Прости, но я по-прежнему отношусь к этому скептически, — сказал Карл.

— Я еще не свихнулась, — процедила Джеки сквозь зубы. — И понимаю, что это Техас, а не Карибские острова. Здешние законы, касающиеся поднятых со дна моря ценностей с затонувших кораблей, — одни из самых строгих в мире. Я знаю, что нужно преодолеть, чтобы получить разрешение на такого рода работы. Было бы безумством подсовывать Техасской исторической комиссии подделку.

Карл молча продолжал на нее смотреть.

— Минуту, — вмешался Эйдриан. Он вышел из-за спины Джеки и встал между ней и Карлом. — Я не понимаю, что здесь происходит, но это мы, то есть наша семья, обратились к Джеки за помощью, а не наоборот. Поэтому уверяю вас, ни о каком обмане с ее стороны не может быть и речи.

— А разве не таким образом начинались все самые хитроумные аферы? — возразил Карл. — Когда жертвы мошенничества пребывали в полной уверенности, что идея принадлежит им?

— Кроме того, — продолжил Эйдриан, — подлинность письма без труда можно установить, так что ваш аргумент не серьезен. И потом, письмо — лишь одно из доказательств, которые мы готовы представить. Если вы не собираетесь высказать сомнения и в нашей честности тоже, то предлагаю вам хотя бы выслушать нас. В противном случае нам придется искать другого археолога для своего проекта.

Карл обвел взглядом сидящих за столом, но Джеки по-прежнему не могла заставить себя посмотреть на присутствующих. Наконец Карл протянул руку:

— Позвольте взглянуть на письмо.

Джеки боролась с желанием послать его куда подальше и уйти прочь. Но вместо этого она под нацеленными на нее взглядами заставила себя подойти к нему и подать конверт.

Карл снял защитные пластиковые конверты и пробежал глазами письмо. Затем он отложил его в сторону и обратился к Эйдриану:

— Ну, хорошо, поступим вот как: я выслушаю доказательства, которыми вы намерены подкрепить вашу просьбу, а потом отправлю письмо мисс Тейлор в лабораторию для экспертизы. Если все будет в порядке, мы продолжим обсуждение проблемы.

Присутствующие, обмениваясь вопросительными взглядами, разочарованно заерзали на своих местах. Джеки снова почувствовала спазм в желудке. Вдруг теперь историческое общество, взяв на заметку только что высказанные Карлом сомнения, откажется от участия в проекте?

Эйдриан выдвинул стул и кивнул на него Джеки, приглашая сесть. Твердая уверенность в его глазах заставила ее горло сжаться. Она была уверена в подлинности своего письма и заняла место у стола, опасаясь лишь одного — что Карл все-таки посоветует комиссии отказать им в разрешении лишь из-за того, что в деле участвует она.

Скотт, сидевший напротив нее, открыл папку.

— Я… м-м… принес несколько фотокопий писем и других документов, которые получил из разных музеев и которые доказывают историческую ценность пороховницы… — он посмотрел на мистера Райдера, — поэтому сомнений относительно их подлинности возникнуть не должно.

Скотт начал свой доклад, а Эйдриан занял единственный оставшийся свободным стул, довольно далеко от Джеки.

«Мне жаль, — пыталась она сказать ему взглядом. — Я знаю, как это важно для тебя, а я, похоже, все испортила».

Эйдриан ободряюще улыбнулся в ответ. Но ощущение собственной вины не покидало ее. Доверие Эйдриана превратило пережитое Джеки унижение в злость на себя саму: ей следовало быть более осмотрительной. Ведь так уже случалось не раз в ее жизни: стоило ей замахнуться на что-то серьезное, как обязательно с ней случались подобные вещи. Наверное, ей следовало, как это сделала Маргарита, проявить смирение и ограничиться простым существованием.

Глава 9

После собрания Джеки выскочила из переговорной как ошпаренная. Когда Эйдриан дошел до парковки, ее пикапа уже и след простыл. Пришлось поехать с Рори и Чансом. Всю дорогу домой он кипел от злости.

— Бедная Джеки, — проговорила Рори с заднего сиденья, где мягким плюшевым кроликом забавляла ребенка. — Просто возмутительно, каким тоном говорил с ней мистер Райдер.

— Он, бесспорно, мог бы вести себя посдержаннее, — кивнул Чане. — Например, вызвать ее из переговорной и пообщаться с глазу на глаз, так чтобы остальные члены комиссии ничего не слышали.

— Как ты думаешь, не передумают ли они теперь финансировать проект? — спросила Рори.

— Нет, если подтвердится подлинность письма.

— Конечно, оно подлинное, — твердо сказала Рори. — Но я переживаю из-за Джеки. Она, кажется, в ужасном состоянии. Я бы на ее месте просто со стыда сгорела. Как только приедем домой, ты, Эйдриан, сразу же зайди к ней, узнай, как она там.

— Конечно, — пообещал он, молясь про себя, чтобы Чане хоть раз в жизни отступил от правил и немного превысил скорость.

Когда они добрались до гостиницы, Эйдриан сразу же поспешил в комнату Джеки, но натолкнулся на запертую дверь. Ему и в голову бы никогда не пришло потревожить постояльца. Джеки, однако, была не клиентом, а гостьей семьи. И все же, прежде чем постучаться к ней, он поколебался. Ответа не последовало, и его беспокойство возросло.

— Джеки! — позвал он, снова постучав и отчаянно надеясь, что она не плачет там взаперти. При мысли о том, что кто-то довел ее до слез, ему захотелось ударить по чему-нибудь кулаком. Или кого-нибудь. — Джеки, ну открой, я знаю, что ты там. Я видел твою машину на улице.

Дверь резко распахнулась, и на пороге появилась Джеки. В ее глазах блестели не слезы — в них горел гнев.

— Чего тебе? — Эйдриан вскинул голову.

— То есть как это «чего»? Вот пришел посмотреть, как ты тут.

— Лучше не бывает, — бросила она сквозь зубы.

— Я понимаю, ты расстроена, и я тебя за это не осуждаю. Карл Райдер — просто осел.

— Карл Райдер — человек исключительно порядочный. Он говорил истинную правду.

— Он обозвал тебя мошенницей.

— Так оно и есть!

Эйдриан в замешательстве покачал головой.

— Можно мне войти?

— Как хочешь. Ты у себя дома. — Джеки большими шагами приблизилась к кровати, на которой рядом с ее сумкой высилась гора одежды.

— Что ты делаешь?

— А ты как думаешь? — Она выхватила из груды рубашку и запихнула ее в сумку. — Избавляю тебя от необходимости просить меня уехать.

— Да с чего ты взяла, что мы захотим это сделать?

— Не знаю. — Рука Джеки застыла в воздухе. — По-моему, мало кому понравится терпеть в своем доме мошенницу, а тем более — иметь с ней дело. Ты же слышал, что сказал Карл. — Она схватила следующую рубашку и скомкала ее.

— Да, но теперь мне хотелось бы выслушать тебя. — Эйдриан поймал ее за запястье, мешая затолкнуть скомканную рубашку в сумку. — Можешь ты хоть на минуту остановиться и поговорить со мной? — Отодвинув в сторону ворох одежды, Эйдриан опустился на кровать и, потянув Джеки за руку, усадил рядом с собой. — Ну, расскажи мне, в чем дело.

Джеки наклонилась вперед и, уперев локти в колени, уронила голову на руки.

— Все сказанное Карлом сущая, правда. Мой отец был ко всему прочему мошенником.

— А к тебе это, какое имеет отношение?

— Эйдриан… — Джеки, чуть приподняв голову, посмотрела на него. — Это же мой отец. Он меня воспитывал.