Джулия Либур – Фрэйгар Холодный Свет (страница 51)

Всё это Риммор говорил, глядя на снежные вершины. Казалось, у него не было сил взглянуть на сына. Фрэйгар тоже смотрел на высящиеся пики гор. Он слушал отца с бесстрастным лицом, но руки, сжимавшие перила  до побелевших костяшек, выдавали его волнение. Когда Владыка замолчал, он не сразу заговорил.

– Отец, на самом деле я, наверное, всегда это знал. Как-никак я маг Холодного Света Несущего Истину. Вот только я прятал эту истину сам от себя. Так хотел иметь отца, что отметал всё, что может этому помешать. Сейчас ты эту истину обнажил, заставляя меня взглянуть правде в глаза. Я благодарен тебе за это, потому что недостойно воина вести себя как ребёнку. Позволь мне теперь подумать обо всём этом. Я постараюсь разобраться в своих чувствах и не буду больше прятать голову в песок, как страус.

– Конечно, сынок. Я тогда к себе. Не буду говорить «Увидимся», потому что не знаю, какое решение ты примешь. Однако буду счастлив, если ты хотя бы не возненавидишь меня.

Риммор исчез, а Фрэйгар продолжал стоять, смотря невидящим взглядом как солнце золотит снега на склонах. Он сказал отцу правду. Из перешёптываний и недомолвок, которые он слышал с детства, он давно уже понял, что его матушка умерла по вине отца. Вот только признавать это ему не хотелось.

Повелитель Тёмных Глубин в его глазах представал совсем другим: благородным и заботливым. Терять такого отца ему было больно, потому и закрывал глаза, прячась от истины. Теперь же миф развенчан. Однако, надо отдать должное, храбрости Повелителю не занимать. Речь не о сражениях. Тут Владыка, само собой, в числе первых, а вот показать себя в неприглядном свете ничего не скрывая, не каждый способен. И осознать, свои поступки не каждый способен. Ему бы самому такая смелость не помешала. Значит, отец изменился, поэтому признать его – не означает предать матушку. Не идёт ли он сейчас снова на поводу у своего желания иметь отца? Ну-ка, Фрэйгар Холодный свет, представь, что ты обнажаешь истину для другого и подумай. Хорошо подумай…

***

В замке Кельсьерри царила суета. Повелитель приказал приготовить обед для важного гостя. Кого ждёт, не сказал. Стол накрыт и гость вот-вот прибудет. Владыка лично встречает его на внешней площадке. Слуги в изумлении перешёптываются. Это же Воэнэнг! Они с Повелителем никогда друг друга не жаловали. А тут обедают вместе. Удивительные времена наступили в Тёмных Глубинах. Смотри, как Владыка его потчует.

Повелитель Тёмных Глубин и в самом деле расстарался. Бог Теней искренне восхищался каждым блюдом. Когда подошли к десерту, он уже не мог впихнуть в себя ни кусочка. Пришлось брать передышку. Откинувшись на спинку высокого кресла, Воэнэнг осмотрелся.

– Отец, это тот самый, скрытый магией дворец, в который ты перенёсся с Тондо?

– Он самый. Магию, если захочу, убрать могу. Но не вижу смысла. Пусть будет так. О нём по-прежнему мало кто знает. Иной раз правда хочется укрыться от всех. Так что пусть служит и дальше убежищем от суеты. А ты по-прежнему живёшь с Эдой в том маленьком домике?

– Ну, по сравнению с твоими замками он может и маленький, а нам двоим потеряться можно. Друзья помещаются свободно, когда приходят в гости. Так что нам с избытком хватает.

– Ты же можешь построить себе дворец.

– Действительно не хочу, отец. И Эда не хочет. Она-то согласится, если мне приспичит, но я не вижу смысла во дворце.

– Ладно, не о дворце я хотел с тобой поговорить. Меня интересует, не передумал ли ты стать наследником трона Повелителя Тёмных Глубин. Мы с тобой вроде уладили всё между собой, что же теперь тебе мешает?

– Отец, давай сделаем так, я сейчас откроюсь и отвечу тебе, а ты читай, мои чувства. Так ты поймёшь, говорю ли я правду. Готов?

– Отвечай.

– Я не хочу быть наследником трона Тёмных Глубин. Я ощущаю себя повелителем всей ночной Эргирии. И не просто ощущаю. Мы с Эдой безраздельно царим по ночам. Для меня стать владыкой Морских Пучин, значит уменьшить свою власть.

– Да. Я чувствую. Удивительно. Я бы так не смог. Жаль. Фрэйгар тоже не хочет мой трон.

– Ты предлагал? И что он говорит?

– Я рассказал ему, отчего умерла его мать, ничего не скрывая. Он неделю ничего не отвечал мне, а потом появился. Сказал, что я всё равно остаюсь его отцом и он любит меня. На предложение стать наследником трона, он ответил, что станет главой клана матери. Эйкре хочет перебраться в Эльсол Фуар. Он мол единственный мужчина клана и ему ещё нужно подумать, как отменить проклятие, из-за которого погибла Лаэри. Фрэйгар хочет, чтобы ни одна фея холодного света больше не пострадала из-за мести древнего бога.

– Благородная миссия.

– Не спорю. Только у меня нет наследника престола.

– Ты решил оставить престол?

– Нет, конечно. Но о будущем-то подумать надо.

– Отец, прости, но разве ты не собираешься жениться на Перли?

– А это тут причём?

– Прости ещё раз, но человеком ты был сообразительней. У тех, кто женится, со временем появляются дети. Мальчики так же часто, как и девочки. Да, девочка тоже может быть наследницей престола. У вас с Перли наверняка будут дети. Вот им и оставишь престол. Я бы, кстати, на твоём месте поспешил со свадьбой. Перли, после возвращения, стала так популярна, что около неё постоянно кто-нибудь вьётся. Не замечал?  Ах да, как тебе заметить. Она ведь в своём дворце сейчас живёт. Ты же воевал с демонами песка. Это не сарказм. Но прошло уже две недели, а Перли по-прежнему в своём дворце. Я понимаю, ты улаживал отношения с Фрэйгаром, был занят собственными владениями, но так можно до конца жизни чем-то заниматься. Не боишься, что ей надоест тебя ждать? Или считаешь, её своей собственностью, которая никуда не денется?

– И кто же крутится около моей жены?

– Погоди, по законам Эргирии она ещё не твоя жена. Так что у неё есть свобода выбора, а у кандидатов в мужья есть шанс.

– Не жена ещё, говоришь. Ну, эту ошибку исправить легко. Но мне всё равно хочется знать имена смельчаков.

– Вызовешь на дуэль? На каком основании? Подкараулишь в тёмном углу? Чтобы отвечать перед Советом?

– Ладно, ты прав. Но эта хулиганка у меня получит.

– Погоди, за что? За то, что красивая, озорная, женственная, привлекательная? За то, что пошла за тобой в круги и поддерживала тебя в каждом рождении?  За это? Или ты хочешь, чтобы и эта невеста от тебя сбежала?

– Дожил. Сын учит меня уму-разуму. Риммор, ты ли это?

– Прости, отец. Я не учу. Я просто показываю тебе, как обстоят дела. Прости ещё раз, если обидел тебя своими словами.

– Да нет, ты прав. Меньше всего мне хотелось бы потерять Перли. И я действительно почему-то не подумал, что наш с ней ребёнок может быть наследником трона.

– Может быть потому, что его ещё нет, а мы с Фрэйгаром есть.

– Спасибо сынок. Ты заставил меня вспомнить всё, что мы с Перли пережили. Надо делать это почаще, – Риммор решил сменить тему, –  Попробуй ещё вот это.

– Тоже рецепт из людского мира?

– Да. Я решил собрать самые лучшие. Помнишь, когда мы приезжали в гости к мэтру Лансло, то покупали пирожные в кондитерской? Вот вкуснее нигде не пробовал. Я своего повара измучил, но он смог добиться практически такого же результата. Перли тоже оценила. Уж она толк в этом знает.

– Вот это меня в тебе всегда восхищало. Ты воин до мозга костей и такой же гурман.

– А вот это пирожное делали в кондитерской недалеко от набережной. В бытность мою доктором, если помнишь.

– Помню. И чуму не забыть.

– Сынок, я рад, что ты сегодня пришёл.

– Я тоже. Наверное, сейчас у меня тот отец, о котором я всегда мечтал. Спасибо.

Глава 33. Семь Лет Спустя

Грязная улочка, засыпанного угольной пылью городка, изгибалась, как будто её нарисовала неумелая рука малыша, впервые взявшая карандаш. Солнце не делало этот мир ярче, оно только подчёркивало убогость обветшалых домов, облезлые краски и чахлую зелень. На хмурых лицах не проступало ни капли сочувствия, когда они видели плачущего на ступенях одного из домишек малыша лет пяти-шести. Ничего удивительного в этой картине не было. Скорее всего, ноет от голода. У них, у самих частенько так хныкали дети, где тут обращать внимание на чужого. Понуро бредущие редкие прохожие не замечали странную своей насыщенностью тень между скученными домами на противоположной стороне улочки. А между тем, оттуда внимательно наблюдали за малышом.

 Повелитель Тёмных Глубин не жалел малыша и не собирался покормить или утешить его. Нет. Он знал, что свой путь эта душа должна пройти сама. Однако в его памяти живо вставали воспоминания о его собственных кругах, особенно первом. Только теперь он отчётливо понял, как много ему дала Перли. Возможно, круги его продолжались бы до сих пор, если бы светом своей любви она не озарила его путь. Жизнь, согретая ею, даже в рабстве не была так жестока, как могла бы. Морину же предстоит проделать свой путь в одиночку, а значит, будет этот путь долог и труден.

Вдруг к плачущему мальчугану подошла малышка примерно такого же возраста. В руках у неё было сокровище в виде горбушки хлеба. Ни мгновенья не сомневаясь в причинах слёз, она разломила горбушку и протянула несчастному половину. Увидев этот щедрый дар, мальчишка выхватил кусок и откусил чуть ли не треть. С трудом прожёвывая сухой хлеб, он рассматривал ту, что в данный момент была его доброй феей. Обычная маленькая замарашка, но с весёлыми глазами.