Джулия Куинн – Словно в раю (страница 44)

– Не представляю, почему все так считают, – совершенно искренне ответил Маркус.

– Потому что ты должен пить бульон. И есть студень. И рыбий жир. Это же всем известно.

Его едва не вывернуло при упоминании этих блюд.

– Тебе когда-нибудь становилось лучше от употребления вышеперечисленных деликатесов?

– Нет, но дело не в этом.

– А в чём тогда?

Онория открыла рот, чтобы возразить, но застыла в комическом молчании. Она закатила глаза, затем посмотрела влево, словно подыскивала подходящий ответ. Наконец, она нарочито медленно произнесла:

– Я не знаю.

– Тогда ты украдёшь для меня кусок пирога? – И Маркус улыбнулся самой лучшей из своих улыбок. Улыбкой, в которой читалось «я едва не умер, как же ты можешь мне отказать». По-крайней мере, он питал надежду, что это выглядит именно так. По правде говоря, Маркус был не особенно искушён во флирте, и его улыбка вполне могла оказаться «я тут немного сошёл с ума, поэтому тебе лучше притвориться, что ты со мной согласна».

Ничего нельзя было сказать наверняка.

– Ты хотя бы представляешь, какие у меня могут быть неприятности? – спросила Онория. Она склонилась к нему, словно заговорщик, как будто кто-то мог их подслушать.

– Не особенно, – ответил Маркус. – Это всё-таки мой дом.

– Это немногого стоит в сравнении с объединённым гневом миссис Уэзерби, доктора Уинтерса и моей матери.

Он содрогнулся.

– Маркус…

Однако никаких вразумительных возражений не последовало, поэтому он добавил:

– Пожалуйста.

Онория посмотрела на него. Маркус постарался принять самый жалостливый вид.

– Ну, хорошо, – Онория фыркнула самым неизящным образом. – Я должна сделать это прямо сейчас?

Он сложил руки в мольбе:

– Я буду тебе очень признателен.

Онория не повернула головы, но глаза её забегали из стороны в сторону, и Маркус оставалось лишь гадать, не пошла ли она на попятный. Затем девушка встала, вытирая руки о бледно-зелёную ткань своих юбок.

– Я скоро вернусь, – пообещала она.

– Жду не дождусь.

Она подошла к двери и повернулась:

– С пирогом.

– Моя спасительница!

Онория прищурилась:

– Ты будешь у меня в долгу.

– Я задолжал тебе гораздо больше, чем пирог с патокой, – серьёзно ответил ей Маркус.

Она покинула комнату, не сказав ни слова, и оставила Маркуса наедине с пустой супницей и хлебными крошками. И с книгами. Он посмотрел на стол, где она оставила ему стопку книг. Осторожно, чтобы не сбросить стакан тепловатой воды с лимоном, приготовленный для него миссис Уэзерби, он передвинул поднос на другую сторону кровати. Потянувшись вперёд, Маркус схватил первую книгу и посмотрел на название. «Поразительные и Живописные Описания Великолепных, Грандиозных и Захватывающих Пейзажей озера Эрн».

Боже мой, она нашла этов его библиотеке? Маркус взглянул на следующую книгу. «Мисс Баттерсуорт и Безумный Барон». Он вряд ли стал читать такой роман в обычное время, но он явно выигрывал в сравнении со смертельно скучными «Поразительными и Живописными Описаниями и так далее чего-то, что находится где-то в шотландской глуши».

Маркус устроился среди подушек, перелистал страницы к началу и принялся за чтение.

Стояла тёмная и ветреная ночь

. – Это он где-то уже читал? – Мисс Присцилла Баттерсуорт была убеждена, что дождь может начаться в любую минуту, буквально хлынуть потоками с небес….

К возвращению Онории мисс Баттерсуорт была покинута на крыльце, пережила чуму и спаслась от дикого вепря. Она оказалась быстроногой, эта мисс Баттерсуорт.

Маркус с нетерпением принялся за третью главу, в которой, как он предчувствовал, мисс Баттерсуорт столкнётся с полчищами саранчи. Он с головой ушёл в чтение, когда в дверях появилась запыхавшаяся Онория с салфеткой в руках.

– Не получилось? – спросил Маркус, глядя на неё поверх томика мисс Баттерсуорт.

– Разумеется, получилось, – презрительно ответила Онория. Она развернула салфетку, открыв его взгляду слегка раскрошившийся, но в целом узнаваемый пирог с патокой. – Я принесла его целиком.

Маркус почувствовал, как расширяются его глаза. Он весь дрожал. Честно. Дрожал от нетерпения. Даже мисс Баттерсуорт со всей своей саранчой проигрывает в сравнении с пирогом.

– Ты просто героиня!

– Не говоря уже о том, что я как-то спасла тебе жизнь, – колко заметила Онория.

– И это тоже, – возразил Маркус.

– Один из лакеев погнался за мной, – она посмотрела через плечо на открытую дверь. – Думаю, он принял меня за вора, хотя если бы я грабила Фенсмур, то вряд ли бы начала с пирогов.

– Правда? – спросил он, уже ощущая божественный вкус во рту. – Потому что я бы начал именно с них.

Онория отломила кусочек и сунула себе в рот.

– Ох, как вкусно, – выдохнула девушка. – Даже без земляники и сливок.

– Ничего лучше на свете нет, – сказал Маркус, вздыхая от счастья. – Ну, разве что шоколадный торт.

Она устроилась на краю постели и отломила ещё один маленький кусочек.

– Извини, – сказала Онория и проглотила, прежде чем продолжить. – Я не знала, где искать вилки.

– Мне всё равно, – ответил он. Его действительно ничего не волновало. Маркус был так счастлив снова получить настоящую еду, обладающую вкусом. Которую нужно пережёвывать. Ему ни за что не понять, почему люди считают жидкую пищу ключом к выздоровлению.

Маркус стал фантазировать о пастушьем пироге. Десерт оказался изумительным, но он уже нуждался в более серьёзной пище. Бифштекс. Хрустящие дольки картофеля, едва вынутые из печи. Он почти ощутил их вкус.

Маркус посмотрел на Онорию. Ему почему-то не верилось, что ей удастся стащить эти блюда из кухни и принести ему в салфетке.

Девушка потянулась за следующим кусочком.

– Что ты читаешь? – спросила она.

– «Мисс Баттерсуорт и …» э-э… – Он посмотрел на книгу, лежащую открытой на постели. – «…и Безумный Барон», кажется.

– Серьёзно? – Онория выглядела изумлённой.

– Я не смог заставить себя открыть «Отражения и Красоты забытого Богом уголка Шотландии».

– Что?

– Вот это, – он подал ей книгу.

Онория посмотрела на обложку, и он заметил, что её глазам пришлось потрудиться, чтобы полностью дочитать название.

– Книга выглядела достаточно заманчиво, – ответила она, пожимая плечами. – Я подумала, что она тебе понравится.

– Если не лихорадка, то этоточно доконало бы меня, – фыркнул Маркус.

– Мне показалось, что название звучит интересно.

– Тогда тебе самой следует её прочесть, – Маркус сделал изящный жест рукой. – Я не буду по ней скучать.